Чтение онлайн

Пора было передохнуть от беседы, размять ноги. Я предложил гостю подышать свежим воздухом, прогуляться по вечерней Москве. Мы вышли на улицу, медленно прошлись до Пушкинской площади, затем немного спустились вниз по Тверской, чтобы Игнасио мог насладиться панорамой Кремля, а когда вернулись, на столе нас ждал сюрприз – с пылу, с жару пироги с капустой и с грибами, испеченные поварами бара, а еще малиновый и клюквенный морс. Чуть позже принесли еще один пирог, покрытый румяной корочкой и издававший такие запахи, что хотелось сразу надкусить.

– Это кулебяка, – просветил я гостя, повторяя несколько раз по слогам, – наше национальное блюдо, тоже пирог, но с разной начинкой – яйцом, картофелем, мясом…

– Ку-ле-бяка, – на удивление Игнасио выговорил это сразу.

Он с удовольствием разделывался с произведениями традиционного русского кулинарного искусства, запивая приятным напитком. Наш морс оказался достойным конкурентом: бокал красного вина, наполненный еще до ухода на прогулку, стоял нетронутым.

– У вас необычная кухня, к ней надо привыкнуть, мы дома все больше на мясо нажимаем. Вы когда-нибудь пробовали урраско, или ольо, или парильяди? Без них аргентинцы не садятся за стол. Дома я сам готовлю. Очень вкусно. Ваши пироги, ку-ле-бяка тоже очень вкусные, а еще днем в обед меня необычным супом угощали, с маслинами. Со-ля… Со-лян-ка… Я даже попросил рецепт.

– Игнасио, а какое самое любимое животное у вас на родине?

Мой неожиданный вопрос озадачил аргентинца:

– А что это вы вдруг об этом спрашиваете?

Вместо ответа я посмотрел на часы и раскрыл ноутбук, приглашая Игнасио взглянуть на экран.

– Это Роналдо? Он в Москве? Что он тут делает?

Из-за спины знаменитого бразильца выглядывали забавные мордашки амурского тигра, кота и волка.

– Special guest на выборе талисмана чемпионата мира-2018. Кто-то из этих зверьков будет. Люди еще медведя предлагали, но потом решили: пусть он останется в памяти как символ московской Олимпиады.

– О, у нас, если дождемся мундиаля, тоже есть из кого выбрать. Я бы предпочел ягуара, побольше кошка, чем ваша, и хищник, как у вас волк. Олень мазама, патагонская свинка мари, ее еще патагонским зайцем называют… Видите, сколько у Аргентины с Россией общего – волк, заяц…

Как все-таки вовремя, будто специально подгадал, прилетел в Москву Игнасио. Прервав беседу, он впился глазами в экран и внимательно следил за бегущими на нем цифрами голосующих телезрителей, а я тем временем обратился к Валерию Маслову, человеку в «двух лицах», он ведь был и прекрасным футболистом, сколько лет играл вместе с Яшиным, и великолепным мастером хоккея с мячом, многократным чемпионом мира:

– Валерий, как вы думаете, кому передаст эстафету «земляк» Роналдо Фулеко? Он был талисманом предыдущего мундиаля-2014?

– Да черт его знает, вот спорим с ребятами, все достойны. Кто-то за полосатого, у кого пушистый кот дома мяукает, он за него, а мне больше волк нравится. Чем? Характером. Как он яростно за добычей охотится. И футболисты так на поле должны, рвать и метать, для нас добыча – гол.

Женщины, взбодренные марочным аргентинским вином, были еще эмоциональнее в развернувшейся дискуссии, энергично жестикулировали руками, не жалели голосовых связок. Я предложил Игнасио оторваться от компьютера и узнать мнение одной из них, высокой стройной шатенки в строгом коричневом костюме, уверенный, что оно ему будет во всех отношениях интересно.

– А кто она, эта женщина?

– Познакомитесь – узнаете. Да ладно, не стану интриговать. Дочь Яшина, Ирина. Ее сын Василий, внук Яшина, тоже играл вратарем. Сейчас тренер, замену своему легендарному деду готовит.

– Так что ж вы молчали до сих пор, – в голосе Игнасио послышались нотки возмущения.

– Мы с мамой, – сказала Ирина, – да вся наша семья за волка, название ему какое образное придумали – Забивака, думаю, многие из присутствующих тоже за него. Какие наши леса без серого волка.

И ведь угадали! Ирина и Валентина Тимофеевна, супруга Льва Ивановича, оказались вместе с теми, кто выбрал героя мультфильма: «Ну, погоди!» Их оказалось большинство, целый миллион!

Так совпало, что Роналдо в этот вечер присутствовал не только в студии Первого канала, откуда шла прямая трансляция выбора талисмана, но и на майке, которую привез с собой из Франции месье Сам Эсседири, у себя на родине он возглавляет Фонд «Футболка дарит жизнь».

– Мы для показа захватили с собой еще и футболку Месси, как на презентации «Черного паука» без этого знаменитого аргентинца, – сказал он. – Майка Яшина? О чем вы говорите, конечно, она у нас есть, но мы не привезли ее сейчас, готовим совершенно новую к открытию на будущий год стадиона. Фонд готов поучаствовать еще и в Кубке конфедерации ФИФА, и чемпионате мира, если последует приглашение от организаторов и ФИФА. А все вырученные от продажи маек деньги идут на помощь больным детям.

…Я было уже распрощался с Игнасио и собирался уходить, когда вдруг он остановил меня у двери.

– Кажется, я забыл вам сказать про реакцию тогдашнего президента нашей национальной ассоциации футбола и одновременно Южноамериканской конфедерации Рауля Коломбо. Он стоя бурно аплодировал Яшину, когда тот покидал поле, а потом вскинул руку с поднятым большим пальцем и выкрикнул всего одно слово: Яшин! Дед сидел недалеко и слышал это. А у себя дома в Мендосе мы бережно храним истертую уже временем местную газету, в ней написано: «В русской команде есть блестящий кудесник мяча, который футбол превратил в подлинное искусство. Он устраивает на поле спектакль и заставляет своей игрой восторгаться публику. Это – Яшин!»

– Игнасио, а вас ждать на открытие динамовского стадиона?

– Вы еще спрашиваете, конечно! Приеду обязательно и не с пустыми руками. Я полагаю, никто не откажется поднять бокалы с «Ara~na negra», чтобы и за великого Яшина выпить, и отметить это великое событие.

– Никто, Игнасио.

Вот такая история.

Редкой души был человек, Лев Иванович Яшин. А какой вратарь! На все времена. Памятник ему – Яшин в броске отражает мяч – будет теперь украшать «ВТБ Арену парк». Знаю, создатели проекта трепетно подошли и к реконструкции, и к новому строительству, и она будет выглядеть шикарно, и все равно, я грущу по старому красавцу-стадиону «Динамо», его нет, а с ним ведь ушла целая эпоха. Каждый раз, проезжая мимо него, напеваю: «Но упрямо едет прямо на «Динамо» вся Москва, позабыв о дожде». Даже в яркий солнечный день без единого облачка на голубом небе, когда дождем и не пахнет. Но пахнет тем незабываемым временем.

А теперь о боксере на все времена.

Грустным было это известие из-за океана – умер Мохаммед Али, легендарная личность, порхавший на ринге, как бабочка, а жаливший больно (более полусотни нокаутов), как оса.

Мне довелось дважды сталкиваться с этим великим мастером, олимпийским чемпионом Рима (тогда он выступал под своим настоящим именем – Кассиус Клей) и неоднократным чемпионом мира среди профессионалов. Это было в Москве и на Олимпиаде-2000 в Сиднее. Но что мои впечатления в сравнении с воспоминаниями Виктора Агеева, и уже по первым словам, после того как я позвонил ему, я почувствовал, как был расстроен этой новостью Виктор Петрович.

– За свою долгую карьеру у меня скопилось много разных наград и призов, – сказал Агеев, который, с его неповторимой манерой поведения на ринге, много лет был украшением всего нашего бокса, – но красные перчатки с автографом Али и бляха на чемпионском ремне, которые Мохаммед мне подарил, – пожалуй, особо ценные и памятные. Мне довелось быть среди тех, кто встречал Али в «Шереметьево», когда он прилетел в Москву вместе с женой Вероникой. Было это в июне 1978 года, его пригласил Спорткомитет, а содействовал его приезду, насколько мне известно, наш тогдашний посол в Штатах Добрынин.