Черный пес Элчестера
Шрифт:
– Разве ваш брат скончался?..
– невольно вырвалось у Фрэнсиса.
– Я предпочел бы, чтобы он скончался, - тяжело ответил король. Взгляд его стал тусклым и невыразительным.
– Роберту было бы лучше в гробу, чем в каземате... Но он сам выбрал себе такую судьбу!
– Почему же?..
– вырвалось у Фредерики.
– Дитя, - ласково произнес Генрих, - политика такое сложное и запутанное дело, что не пристало вам забивать ее ненужными соображениями свою очаровательную головку. Господа, не будем же утомлять леди...
Белокурый юный Дик тут же завел разговор об охоте, и все с энтузиазмом поддержали эту увлекательную тему...
Король с благодарностью посмотрел на юношу.
Говорили об оленях, о кабанах, потом о более грозных тварях: драконах и василисках. Фредерика всерьез поспорила с Диком, существуют ли чудовища, столь часто изображаемые на гербах.
– Все это выдумки!
– горячо возражала леди Уэлчерста.
– А я слышал, моя леди, будто драконов видели в горах Шотландии. И где-то на материке...
– Мой лорд, я тоже люблю легенды, - с улыбкой парировала Фредерика.
– И когда ты наконец повзрослеешь, Дик?
– укоризненно вздохнул старший брат.
– Ричард у нас всегда был фантазером, - снисходительно рассмеялся граф Эдмунд.
– В девятнадцать лет это не преступление.
– Неисчислимы чудеса Господни, - философски заметил король.
– Кто знает, быть может, Дик не столь уж не прав?..
Разошлись все усталые и веселые, условившись завтра, если буря прекратится, отправиться, конечно же, на охоту, а нет - так устроить состязания трубадуров. Пусть поют в честь влюбленных!
Фредерика была в восторге.
...Ричард и Фрэнсис вместе шли по коридору к своим спальням. Свет факелов, змеясь, рыжими бликами лизал стены, золотил лица идущих молодых людей.
– Я могу тебя поздравить, Дик, - заметил старший брат, хлопая спутника по плечу.
– Ты произвел благоприятное впечатление на Его Величество! Можешь считать, что ты уже в его свите. Я рад за тебя.
– Надеюсь произвести на него еще большее впечатление, - одними губами усмехнулся юноша.
– А как тебе моя невеста?
– Я бы не сходил по ней с ума, братец, но и ругать ее не за что. Девушка как девушка, лишенная тех немыслимых достоинств, которыми наградило ее твое пылкое воображение.
– Брось, Дик! Фредерика чудо...впрочем, женюсь-то ведь на ней я, а не ты, так что я и должен видеть ее достоинства. Странно было бы, если бы их замечал ее деверь, а не муж...
– Если бы старшим сыном был я, жениться на этой леди пришлось бы мне. Разве ты не понимаешь, насколько выгоден этот брак?.. Ты, как и старший брат Его Величества, Роберт, витаешь где-то в своих грезах, оторванных от реальности...но, в отличие от бедного принца, хотя бы делаешь то, что следует! Мотив неверный, результат нужный!
– Если бы ты был старшим сыном, никто бы не стал тебя женить против твоей воли, Дик...
– А кто тебе сказал, что это было бы против моей воли?.. Я бы женился на ней, потому что это выгодно, Фрэнки!
– Дик остановился, повернув свое тонкое лицо к собеседнику. Взгляд его был холодным пламенем.
– Но оставим этот разговор. Скажи мне, отец или король ничего тебе не говорили? Всем были довольны?..
– Да, - изумился Фрэнсис.
– Ты же сам был с нами за столом!
– Я заметил, как они переглянулись у тебя за спиной, и мне стало не по себе, Фрэнки. Согласись, я наблюдательней, чем ты, и меньше доверяю чувствам. Мне сложнее заморочить голову...
– Но в шахматы я играю лучше!
– рассмеялся старший брат.
– Не будь ребенком, - Дик покачал головой - и его светлые волосы змеистыми ручейками расплескались по плечам.
– При чем здесь шахматы? Ты играешь лучше, потому что с деревянными фигурками ты отбрасываешь все свои чувства, все свои бурные страсти. Но с людьми ты находишься в плену иллюзий, часто предпочитаешь видеть вещи такими, какими ты хочешь, чтобы они были, а не такими, какие они есть... А я всегда холоден. Так поверь же мне: над твоей головой собирается гроза. Мне не понравился взгляд отца. Мне не понравился взгляд короля.
Фрэнсис нахмурился.
– Что ты хочешь сказать?
– Я допускаю, что мне могло показаться, или что я придаю значение какой-то мимолетной мелочи...но не мог бы ты не выходить из своей комнаты до утра, пока я все не разведаю?.. Тем более, отец собирался зайти ко мне перед сном... Как только я выясню истинное положение вещей, я тотчас приду к тебе и расскажу.
– В любом случае, я собираюсь до утра спать, - пожал плечами Фрэнсис.
– Ты пугаешься тени, Дик. Твоя голова вечно была забита фантазиями...
– старший брат улыбнулся.
– Ради бога, выясняй, если тебе угодно. Я буду в своей спальне до рассвета. Только сам не ввяжись в какую-нибудь историю!
С этими словами юноша, рассмеявшись, закрыл за собою дверь опочивальни.
Дик смотрел на нее холодными, бесстрастными глазами сфинкса.
– Посмотрим, кто посмеется последним, Фрэнки, - тихо произнес он.
Часы на башне пробили одиннадцать.
Глава III
В замке еще не все отошли ко сну. Кое-где раздавались голоса гостей, делавших распоряжения прислуге, из-за дверей доносился мелодичный смех леди, разговоры... Для сэра Эдмунда, совершавшего ежевечерний обход покоев, музыкой звучали обрывки реплик, хваливших гостеприимного хозяина.
Граф шел поздравить своего младшего сына с тем впечатлением, что юноша произвел на короля.
Без стука отворив дверь, - по каменным стенам и гобелену испуганно заметались тени от всколыхнувшегося пламени камина - старик заметил, как Ричард поспешно спрятал что-то в карман.
Какое-то письмо, кажется.
– Что, почта Амура?
– улыбнулся отец.
– Что?..
– не сразу понял Дик, а потом как-то слишком поспешно закивал головой: - Да-да, именно то, что вы подумали, батюшка.
Сэр Эдмунд нахмурился.
– Что это за письмо, Дик?
Юноша досадливо закусил губы.
– Уверяю вас, это обычная любовная записка, там ничего...
– Дай сюда.
– Но, сударь, помилуйте, я...
– Дай сюда эту писульку.
– Там ничего нет, уверяю вас, батюшка.
– Из-за ничего и волноваться нечего! А ну, давай сюда! Если это обычный любовный вздор, я тут же забуду, что там писала тебе твоя леди. Ну!
– Простите, мой лорд, я не дам вам это письмо. Пусть я навлеку ваш гнев лишь на себя одного!
– Дик упрямо вскинул голову, твердо встретив взгляд отца.