Чтение онлайн

— Друзья, гражданская война в Америке подходит к концу. Думаю, что в следующем году всё закончится.

— Предлагаю выпить за чужую беду, принесшую хороший доход нашим семействам, — выкатил тост мой тесть.

Своеобразный цинизм по-своему подчеркнул непривычность ситуации для России. Обычно другие наживаются на русских внутренних проблемах, а тут эдакая несуразица происходит. То ли кто-то где-то сдох, то ли дерьма поел, но даже начало развития российской массовой металлургии проводится на деньги европейцев. Причём у зарубежных инвесторов имеются на руках лишь голые слова и мутные обещания..

Даже локальные боевые действия не могли помешать начинающейся индустриализации, так как обходились горадо дешевле грандиозных вторжений в европейские конфликты. В средней Азии хапнули Туркестан и подобрались к Чимкенту с Ташкентом, в Польше уже угомонили "белых" и дожимали "красных". А великая Кавказская война закончилась массовым отселением тех, кто не желал жить при русском царизме.

Приколист Борюсик, который Валевский, внёс гениальное предложение.

— Мы готовы делать в Австрии всё, что нужно, чтобы проложить железную дорогу от Кривого Рога до Днепра. Приглашаем вас на совместное совладение ей.

— И что же от нас потребуется, князь? — спросил Шеллер.

— Всего лишь деньги, Франц Иоганнович. Нужно выплатить аванс, чтобы заказать всё необходимое в Австрии, а также нанять людей в России и организовать снабжение их продовольствием.

Тесть посмотрел на меня, видимо поинтересовался мнением.

— Что скажешь, Владимир, поможем нашим австрийским партнёрам?

— Конечно поможем, Франц Иоганнович. Как только "партнёры" построят дорогу, так тут же рассмотрим вопрос о совместном владении ей.

— Господа, но нам нужны деньги сейчас, а не потом. Ну как вы не понимаете этого?

Трудно понимать трудности и желания других, когда полон рот своих забот и потребностей.

— Борис, вы не в тот момент обращаетесь за помощью. Нам важно развивать промышленность в России и здесь же создавать рабочие места, а не инвестировать в промышленность Австрии.

— Но это же вам выгодно будет.

— Увы, но игра слов не в пользу потенциального сотрудничества. Нас слово "будет" не устраивает, не сердитесь.

Валевский даже растерялся. Казалось бы, что предлагает помощь европейской сверхдержавы отсталой полуазиатской стране, а та кобенится почему-то.

— Владимир Михайлович, наши паровозы и рельсы будут, хоть и дорогие, но самого высокого качества. Русские просто не способны на такое, сами же понимаете, что сиволапые мужики просто не могут создавать добротное оборудование.

— Зато наша сталь пока лучшая в мире и наши рельсы будут стальными, а не чугунными или железными.

— Эк вы хватили, да откуда в России лучшая сталь?

Я не стал углубляться в пояснения, потому что этому умнику совсем не обязательно знать о наших последних достижениях. А тесть достаточно нормально объяснил, что пока мы будем строить железные дороги в зоне своего влияния.

Вообще-то поступало немало предложений от разных компаний о сотрудничестве. Особенно от тех, которые были заинтересованы поднять курс своих акций на базе сообщений в том же "Инвесторе" об участии крупного капитала в мелко-среднем бизнесе.

Хотя и достаточно необычные тоже изредка приходили. Оказывается дружное семейство Ротшильдов решило силами своего парижского банка войти в долю по совладению алмазным месторождением в Африке.

— Мсье Гранье, я рассмотрю ваше предложение и постараюсь дать тот или иной ответ до конца года, — достаточно мягко и уважительно пояснил их представителю.

— Благодарю, ваше сиятельство, понимаю, что вопрос серьёзный и требует тщательного изучения.

— Главное, постарайтесь держать в секрете наши контакты, — попросил его от всего сердца и надеясь, что он меня правильно понял.

Хотя, вернувшись в Париж, Гранье чуть ли не сразу прислал письмо с извинениями. Каким-то образом информация о предполагаемых договорённостях появилась в одной из парижских газет, после чего облетела чуть ли не всю Европу.

— Володя, тебе повезло. Твои акции резко поднялись в цене, так что продам, пожалуй, сотни три.

— Да уж, действительно повезло. Кто же знал, что из их французского офиса произойдёт утечка информации.

Объективно, если бы у нас такое случилось, то о сотрудничестве Ротшильдов с Васнецовыми сообщила бы в первую очередь какая-нибудь российская газета, причём в Санкт-Петербурге. А коли инфа пробилась у лягушатников, да ещё через три дня после возвращения Гранье, то всем ясно где дырка имеется. Ну не могут же тупорылые русские коммерснаты делать столь изяшные ходы, они же пока не развиты в подковёрных телодвижениях.

Кроме того, учитывая мощный авторитет банкирского семейства, прыжок в цене оказался очень солидным. Все же знают, что Ротшильды суют свой нос и засовывают палец лишь туда, где очень-очень выгодно. Так что я мог по-честному хлопать ресницами от изумления и даже наивно изумляться от всего сердца. Европейские банкиры добавили двести пунктов в репу "Алмазы ЮА", подняв цену в один момент до 300 рублей (и это после пятикратного сплита).

— Валера, я отдал указание продать пять тысяч акций через Лондон, за фунты по курсу. Это, считай, четверть миллона в их валюте.

Нужны мне иностранные денюжки прямо сейчас, вот и приходится сливать бумажное добро. Зато могу теперь начать строительство дополнител; ных "мастерских", чтобы наконец-то заняться разработкой и производством различных трёхлинеек. Именно сейчас, а не когда начнётся русско-турецкая война. Ну не умею я в спешке на охоту собираться, вот и запрягать начинаю, когда другие русские ещё даже собак не надумали кормить.

А заодно проплатил ещё одну часть кредита. Тем более, что дульнозарядки уже отправлены на двух судах в Боливию. Пусть обратно привезут селитру и гуано. Последнее, кстати, обменяю Круппу на очередные стальные колуны, вроде он согласен почему-то. Ах, да, перуанцы и боливийцы готовы мне продать по дешёвой цене свой металлолом. Им пока он не нужен, а мои "мартены" с удовольствием вторсырьё поглощают при варке. Надо бы по Европе подсуетится, мало ли у кого ненужное железо без дела ржавеет. Правда скоро и французы этим же займутся по мере мартенизации своей металлургии.

— Саша, ты чего такой радостный? — спросил император у своего второго по старшинству сына.

— Папа, помните вы разрешили купить пятьсот акций алмазной компании князя Васнецова?

— Да, ты тогда потратил 50 тысяч рублей из своего содержания.

Довольный царевич выждал одну секунду, после чего придавил родителя своей халявной радостью.

— После сплита количество акций выросло в пять раз! Так я, на последних новостях, распорядился продать две сотни за 60 тысяч рублей, чтобы окупить расходы.