Чтение онлайн

— Но вы примитивны и отстали в своем развитии от нас на десятки тысячелетий.

Я начал есть, не вслушиваясь в этот бессмысленный спор: убежден, он длится не один год. Увидев то, что достал профессор из синтезатора, решил, что и мне такое подойдет. Встал и взял такой же сосуд из куба. Оказалась серо-зеленая жидкость, очень вкусная, чем-то походила на рыбу в кисло-сладком соусе.

Единственное, что мне мешало наслаждаться пищей, так это спор, который вела дочь с отцом.

— Давайте я вас примирю, — наконец не выдержав, предложил я. — И поставлю точку в вашем безнадежном споре.

Они разом посмотрели на меня как на сумасшедшего, но мне на это было плевать: сейчас я был там, на промозглых, грязных весенних улицах, в кривобоком кафе с грустным названием «Ласточка», и ел кисло-сладкое мясо. А Ирка сидела напротив меня и что-то щебетала о своей работе. А после ужина мы собирались заняться любовью, потому что моя девушка, выпив, всегда хотела этого.

— Скажи, что думаешь, а мы послушаем, — кивнула девушка. — Очень интересно, что об этом думает не очень сообразительный представитель слаборазвитой цивилизации.

— Настя! — Профессор с укоризной посмотрел на дочь, потом перевел взгляд на меня. — Действительно, интересно узнать, сумеете ли вы, юноша, сказать нечто такое, что нам неизвестно.

— Пожалуйста. — Я пожал плечами, присосался к трубочке, надеясь, что вкус тоски и прошлого поможет мне лучше сформулировать свою мысль. — Ответ прост: артефакт получит тот, кто сумеет до него добраться. И очень велика вероятность, что это не удастся никому…

— Мм… да, — фыркнула девушка. — Очень мудро. Как же мы сами до этого не додумались?! Но сейчас мы говорим не о том, кто доберется, а у кого больше прав.

— У нас есть поговорка… — Я снова глотнул серо-зеленое желе, определенно мне оно нравилось. — Бодливой корове бог рогов не дает.

— И что? — Девушка посмотрела на меня как на клинического идиота. — Разве это имеет какой-то смысл?

— А я понял, — кивнул профессор. — И думаю, юноша прав.

— В чем?

— Артефакт получит тот, кто будет к нему технически, морально и умственно готов. Право состоит только в этом.

— Да неужели? — Голос девушки стал язвительным. — Но тогда у вас нет ни единого шанса. Вы даже до ближайшей планеты еще не добрались, долетели только до своего спутника, а преподносите это как огромный шаг вперед.

— Вот-вот… — глубокомысленно покивал я. — Поэтому и горячиться нечего. Мало ли кого сюда приведет профессор, если не готовы, то нам ничего и не достанется…

— А мы пройдем дальше. — Девушка со снисходительной улыбкой взглянула на нас и величественно продолжила: — Наверно, ты прав, Григ. Артефакт получит тот, кто к нему готов. Спорить действительно не о чем. Мы проведем исследования, соберем все, что нам известно, и когда-нибудь разрешим эту задачу. А на вашем примитивном уровне ее не решить никогда! Пусть мой отец приведет сюда все население вашей планеты, никто не сможет пройти дальше арки.

— Посмотрим, что будет, — спокойно согласился профессор. — Действительно, что толку спорить о том, кому это достанется, когда достаточно просто подождать?

На этом они успокоились и стали есть. Я съел половину цилиндра и вдруг понял, что больше не хочу. Никогда такого за собой раньше не замечал, чтобы отказывался от еды, но все когда-нибудь бывает в первый раз. И дело даже не в том, что наелся. Как раз этого и не было. Просто вдруг почувствовал себя смертельно уставшим…

Господи, как же мне все это надоело!

Я встал, поблагодарил и пошел к двери.

— Ты куда? — Голос Насти тревожно зазвенел. — Если обиделся на меня, то прости, всегда горячусь, когда спорю, потом жалею. Я не хотела тебя обидеть…

— Извини, дело не в тебе, просто вдруг почувствовал, что если сейчас не лягу, то засну прямо здесь. Устал я сегодня. Очень…

Дверь открылась передо мной, я прошел по коридору и подошел к двери той комнаты, в которой ночевал прошлую ночь. Знак запомнил, нечто вроде двух перевернутых рыб или пустого глаза. Дверь послушно отодвинулась, я из последних сил дошел до мягкого камня и рухнул на него.

Дальше ничего не помню, мне даже не пришлось тушить свет, сам потух. Или все-таки потушил? Не помню…

Снились мне плохие сны, тяжелые. Я снова находился в лабиринте. Меня прижало к земле и основательно расплющило так, что от моего тела осталось только мокрое место. Боли не было, только ужас рвался изнутри, разрывая сердце и грудную клетку. Ощущения незабываемые. Не думал, что, когда твои кости превращаются в кашу, испытываешь столько невероятной боли…

Я проснулся в холодном поту от собственного крика и подумал о том, что в этом походе за моей спиной постоянно маячила леди в белом саване с косой и голодной костлявой улыбкой. Зачем мне такое счастье? Такое задание и миллиона рублей не стоит.

Тут не война, а умереть легко — отправишься на тот свет так быстро, что даже не заметишь. Если бы не профессор с его мазью и лечебными грязями, давно бы уже беседовал с Богом.

Не хочу больше. У меня внутри все трясется от ужаса, и не только из-за кошмаров, но и от ожидания нового ужаса.

Тут мое сердце вздрогнуло, остановилось на мгновение и снова настороженно забилось.

Мне показалось, что дверь в мою комнату открылась, мелькнул на мгновение рассеянный свет из коридора, и снова закрылась, оставив непроницаемую темноту.

Но кому я здесь нужен? Врагам? Так их у меня нет. Есть только природа и непонятные для меня явления. Я умру не от рук недругов, а от собственной глупости, просто не успев понять, что необходимо сделать для того, чтобы выжить.

Думаю, моим предкам было так же страшно, как мне. На них тоже охотились страшные создания: саблезубые тигры, пещерные медведи, неандертальцы… или это мы на них охотились?

И все-таки кто это мог быть? Дверь не могла сама открыться. Мне показалось, что я увидел светлый очень знакомый силуэт. Жаль, окна не пропускают свет.

Я почувствовал, как рядом со мной кто-то лег на мягкий камень.

Мне сразу стало ясно, кто это, и не только по тихому незаметному дыханию и силуэту, который едва успел разглядеть: узнал по легкому нежному запаху и по тому, как забилось сердце, еще не веря себе.

— Я же тебе никогда не нравился, — прошептал в темноту. — Пришла сказать какую-нибудь гадость?

— Хорошо, что не спишь, — послышался мягкий шепот в ответ. — Не знала, как привлечь твое внимание и не испугать тебя. Ты такой ранимый…