Чёрный Скорпион
Шрифт:
Однако Гена только повернулся к гиганту и шутовски развел руками:
— Слыхал, Жор? Убийца твоего брата просит нас быть милосердными…
— Да не убивал я никого! — перебил я. — И вообще, не пойму, о чем речь!
Гена продолжал улыбаться:
— Видал? Он, оказывается, все еще не понимает!
Громила яростно скрипнул зубами и рыкнул что-то нечленораздельное.
— Правильно, Жора, — кивнул напарник. — Дойдет очередь до него — поймет. А давай-ка мы с тобой для начала позабавимся на его глазах с этой малышкой. Ты не против?
— Не против, — буркнул Жора. Я же едва не задохнулся от злобы.
Зверёк положил свободную руку на плечо Алле, которая, казалось, вот-вот потеряет сознание.
— Ну и ладушки! А между прочим, Жора, в этом доме имеется и еще кое-кто. Сами Маргарита Владимировна сладко почивают в своей спальне, так что дойдем и до нее. Не всё же этому гаду. (То есть, мне?)
— Но его-то пришьем? — настырно уточнил мордоворот.
— О-бя-за-тель-но… — сладко промурлыкал Гена и вдруг куснул дрожащую Аллу за мочку уха: — А ведь и тебя, мурзилка, тоже придется потом пристрелить, уж не обижайся, ладно? — Немного помолчал и добавил: — Хотя знаешь, после тех фокусов, которые мы тут с тобой понавытворяем, и самой вряд ли жить захочется. Не, ну ежели ты действительно порядочная девушка.
Я дёрнулся, но дуло револьвера опять глянуло мне в лоб:
— Остынь, кореш, не колотись! А вообще-то, Жора, может, и правда сперва пришибить его? Чтоб не мешал? Да и спокойнее — потихоньку, безо всякой спешки…
Ноги Аллы подкосились. Она вскрикнула и рухнула на пол.
Я до боли сжал кулаки и, понимая, что это уже последняя попытка выиграть хоть сколько-нибудь времени, процедил:
— Слушай, друг… Ни я, ни тем более девушка тут не при делах. И вообще — не врублюсь, с какой это стати вы именно сейчас на меня набросились?
Генка пожал плечами:
— А чего здесь врубаться? Просто твой покойный дружок говорил, что ты тоже алкаш.
Я обомлел:
— Что?! В каком смысле?
Он усмехнулся:
— Да в самом прямом. Потому и не все поначалу приняли тебя всерьез. Решили: покрутится, мол, туда-сюда — и назад домой. А ты, вишь, каким оказался!
Вот оно что…
Да, действительно, я уже говорил, что был и в моей жизни непростой период, о чем Серый прекрасно знал. Ну да, они ждали запойного дуролома наподобие муженька Маргариты и наконец поняли, что ошиблись…
— Ладно, Зверёк, — услышал я сердитый бас и новую порцию матерщины из уст Жоры. — Хорэ трепаться, давай его кончать…
Копец, невесело подумал я. Похоже, и правда финита ля комедиа. Но я-то, чёрт, хоть знал, в какие игры играю, а Алла? Что эти сволочи сделают с ней? А Маргарита?..
При мысли о спящей наверху и ни о чем не подозревающей Рите я едва не взвыл волком. Твою мать, и пока ни единого шанса — близко они не подходят, а чтобы добраться до…
И тут меня понесло. Знаете, бывает иной раз в жизни, когда начинаешь пороть такое…
— Эй! — отчаянно заорал я верзиле. — Погоди! Я обязательно должен сказать тебе две вещи. Первая — если сейчас же не угомонишься, предупреждаю: I will speak daggers1.
Жора выпучил глаза:
— Чево?!
— Ничево! И второе: если ты уверен, что я имею отношение к смерти твоего брата…Эх-х, да я б за брата — голыми руками! Мужик ты или не мужик?!
С р а б о т а л о…
Едрёна вошь — сработало! Невзирая на предостерегающий возглас Зверька, Жора бросился на меня как боевой слон, и его кулак пушечным ядром врезался в мой череп.
В принципе, я мог увернуться, но тогда мизансцена потеряла бы ореол достоверности. А так все получилось прекрасно: я с грохотом полетел со стула, свернулся клубочком как малое беззащитное дитя, а когда "развернулся" — все было о" кей и в каждой руке по ножу, первый из которых уже через секунду претенциозно торчал из правого бока Жоры.
Но я не стал дожидаться, пока Жора всей тушей завалится на меня, и, поднырнув под его локоть, заметался из стороны в сторону: мне ведь надо было еще что-то делать и со своим другим "кинжалом".
Рука Зверька с револьвером бестолково замельтешила в воздухе — и бессильно обвисла: рукоятка второго, острого как бритва ножа торчала из его правого плеча. Потом раздался тихий стук: это упал на ковер револьвер. Рожа подонка перекосилась от боли, однако реакция у него оказалась неплохая: схватив здоровой рукой сидящую на полу белую как мел Аллу, он рывком приподнял ее и толкнул мне под ноги, а сам выскочил в коридор. Я невольно задержался, а когда, уложив девушку на диван, выбежал наконец на крыльцо, Гены и след простыл. Слинял, чучело, с моим ножом…
Гнаться за ним я не стал. Сидел на ступеньках, курил и размышлял о разных вещах. К примеру, о том, как плохо порой не знать иностранных языков, хотя бы одного, Жора — свидетель, а также гадал, что все-таки означает столь неожиданный тандем: Зверёк — человек Паука, а Жора — не знаю конкретно, чей, но с этой братией на сегодняшний день у меня сложились наиболее плотные взаимоотношения. Так почему же они были вдвоем? Главари договорились о совместных действиях или проклятый вьюн Генка решил пойти по скользкому пути "лысого" и Валентина? А может, он осмелился на собственную партию?
Ежели так — то зря. Ребята столь мелкого калибра в ходе подобных мероприятий, как правило, не выживают. Даже такие хитровыделанные, как Зверёк.
…А еще я думал о том, почему Гена и Жора проникли в дом, а я не был даже предупрежден об этом визите вежливости.
Занятно, очень занятно…
Глава тринадцатая
Я сходил на кухню и принес стакан холодной воды для Аллы, которая с отсутствующим лицом лежала на диване. Стеклянный взгляд ее не отрывался от огромной неподвижной туши посреди комнаты, а руки мелко дрожали.
— Попейте, вам станет лучше.
Девушка сделала пару торопливых глотков. Несколько капель застыли на подбородке — я вытер их своим платком.
— Спасибо…
Ну, слава богу, начала оживать. Я сожалеюще покачал головой:
— Простите, что все так получилось.
Она подняла на меня глаза и как-то неуверенно, жалко улыбнулась:
— Это называется в гости сходила, да?
Я тоже изобразил на физиономии подобие ободряющей улыбки:
— Ага. Ну ничего, переживем.
Алла присела и поджала под себя ноги, с трогательной тщетностью пытаясь прикрыть их верхнюю часть микроскопической юбкой. Вообразив, что прикрыла, уже более твердым голосом произнесла: