Чтение онлайн

– Все, успокойся. – Сказал его напарник. – Действуем по инструкции. Скажи, к какой урне тебя б-больше тянет? – Обратился он к вору.

– Не знаю, - пожал плечами он, - в каждой что-то есть, я прав?

– В каждой? – Мужчина постарался взять себя в руки. – В каждой, значит пойдешь в универсальный. Сейчас выйдешь из шатра и скажешь, что поступил на факультет иллюзий, понял? – Вор утвердительно кивнул.

– Тогда выметайся отсюда, и никогда, слышишь, никогда не открывай такие урны. – Чуть не сорвавшись на крик добавил мужчина.
– Ты понял меня? – Вор промолчал.

С каменным лицом Вэлдрин поднялся со стула и зашагал к другой стороне помещения. Прошипев что-то под нос, мужчины покрутили урны и духи стали отцепляться и возвращаться назад.

«Печальное зрелище», - подумал он: «прекрасные творения природы на службе людской прихоти». Пообещав себе при любой возможность освободить маленьких друзей, он двинулся дальше. «Так значит на Генрика они среагировали похожим образом. Любопытно», - думал он, выходя на свет.

Архимаг

В просторном помещении, среди прочных каменных стен, заставленных высокими полками, на которых книги перемежались склянками загадочного содержания и вязанками таинственных растений, за широким массивным столом, заставленным кипами бумаг, сидела, и напряженно водила пером седовласая женщина. Архимаг внутренне усмехнулся: какие бы силы демоны не давали человеку в обмен на душу, было бы абсурдно надеяться получить бессмертие, ведь тогда они бы не смогли насладиться платой. Марна чувствовала, что ей осталось не много, судя по усердию, с которым она вгрызалась в работу. Волшебник понимал желание оставить в мире как можно больший след, ему даже было жаль коллегу (в некотором смысле), но ее мечта всегда казалась ему слишком… приземленной. Учить кого-то сокровенным знаниям, постичь которые в высшей мере способен лишь самый непревзойденный ум: как не пытался, он не мог понять, что толкало ее к этому. Слабые и не готовые к суровой реальности колдуны и колдуньи на его взгляд были обречены всю свою жизнь прятаться, вжимаясь в стенные щели и задыхаясь от вони сточных канав, чтобы не превратиться в топливо для костров инквизиции. Чудо волшебства в случае слабых духом грозило стать смертельным проклятием для покинувших тепличные условия замка выпускников. «С другой стороны», - думал он: «пусть занимается чем угодно, раз это доставляет ей удовольствие. Для стариков типична любовь к возне с мелюзгой».

– Ну? – Устав ждать, задала наводящий вопрос Марна, не отрываясь от заполнения пергамента. – Хватит меня рассматривать, от твоего сочувствующего взгляда меня мутит. – Она поставила перо в подставку и подняла на него усталый въедливый взгляд. – Эх, многое бы я отдала, чтобы поменяться с тобой местами, и глазеть на тебя такими глазами.

– Глупо вас в этом упрекать. – Улыбнулся Архимаг. – Думаю в этом и состоит ваша проблема: вечно отдаете вместо того, чтобы взять принадлежащее по праву великого ума. Может вы себя недооцениваете, или это что-то, заложенное в природе?

– Хватит язвить, Завулон, прояви уважение. – Прищурившись произнесла она.
– Даже на смертном одре у меня останется достаточно гордости чтобы плеваться ядом от твоих комплиментов. – Последняя часть фразы отдалась инфернальным отзвуком, а глаза собеседницы раскрасились всполохами алого.

– Прошу прощения, если имел неосторожность вас оскорбить. – Сказал волшебник с иронией. – Я ни в коей мере не хочу принижать ваших достижений, просто считаю, что вы способны на много большее. – Завулон откашлялся. – Что ж, переходя к делу, вам уже доставляли сообщение о прошедших испытаниях?

– Анка поразила всех своими способностями? – Спросила она, переложив на рабочее место новый лист, и пробегая его глазами.

– Можно и так сказать, - ухмыльнулся он, - но, полагаю, не совсем в том смысле, в котором вам бы хотелось.

– Мм? – Марну раздражала любовь собеседника к смакованию растянутых предисловий.

– Ваша внучка превратила один из наших фонарей в мышат. – Улыбнулся он.

– Спонтанная магия. – Произнесла Марна, почесывая подбородок. – Ничего удивительного. – Она пожала плечами, стремительно теряя интерес.
– Кошмарная сила, способная ровнять с землей горы, и возводить города в пустыне щелчком пальцев. Полагаю, ее сразу определили в боевой?

– Не хочу показаться консерватором, - нарочито спокойно протянул Завулон, - но так как отдельных инструкций вы не давали, Анка проходила распределительный экзамен на общих условиях.

– И? – Нетерпеливо махнула рукой она.

– Иллюзии. – Усмехнулся волшебник.

– Шик. – Она разочарованно откинулась в просторном кресле. – Глупцы не разглядят бриллиант у себя под носом, если слегка смазать его глиной. – Женщина устало протерла виски пальцами.
– Ладно, это все равно не имеет значения. Столь могучий потенциал раскроется вне зависимости от направления учебы. – Завулон согласно кивнул.
– Что это еще не все? Поторопись, ты отвлекаешь меня от работы.

– Помните я говорил вам об Охотниках святой инквизиции? – Проговорил Завулон непривычно серьезно, но Марна все равно закатила глаза.

– Опять за старое? Черт возьми, как ты дожил до своих лет, если боишься каждого камня, который неровно лежит?

– Информация подтвердилась, Пламекрылая, к нам послали убийцу, и вас это должно беспокоить куда больше, чем меня. – Улыбка Завулона на мгновение стала демонической.
– Понятное дело, что ни мне ни вам этот человек не угрожает, но безопасность учеников и родственницы находятся под вопросом.

– Правильно подметил, Завулон, человечишке меня не напугать. Крайне глупо в одиночку лезть во вражеское логово, надеясь остаться целым. – Марна задумалась. – Как поживает наш ручной песик? – Глядя в глаза архимагу спросила она. Тот непонимающе выгнул бровь. – Что Сареф? – Напрямую спросила ведьма.

– Восстанавливает силы. – Виновато улыбнулся Завулон. – Вампирша сильно потрепала его в последний раз, бедолага даже с постели сам встать не может, но, если станет достаточно жарко, я прерву его заслуженный отдых чего бы это ему ни стоило. – Несмотря на нейтральный тон, у ведьмы не оставалось сомнений в серьезности жестоких намерений архимага.

– К черту, - махнула рукой Марна, - Охотник не сможет прятаться вечно, и как только покажет себя, мы его прихлопнем. Жизнями пары учеников можно рискнуть ради того, чтобы преподать святошам урок, так я считаю. – В речи женщины прозвенела сталь.
– Кстати, откуда ты столько знаешь про инквизиторов?

– Личные источники, - расплывчато улыбнулся архимаг, - без них я бы и правда не дожил до своих лет, несмотря на все подвластные мне силы. Вам бы тоже следовало обзавестись, такими одной мощи недостаточно, когда противостоишь такой махине, как церковь. – Марна фыркнула.

– Освободи меня от своих советов. Хочешь искать убийцу - развлекайся, ищи сколько влезет, а мне нужно работать.

– Не спешите. – Оборвал он, вновь посерьезнев. – Говорят, за нас взялись основательно. Дело академии доверили самому Рихтеру Балдеру, Аутодафе. – Он выделил имя голосом.
– Вы можете помнить его по множеству тел сожжённых друзей, дела которых были подписаны его рукой. – Марна заметно насторожилась. – А отправили сюда никого иного как Палача, или, чтобы быть точнее, Охотника по прозвищу Хенкер, известного по происшествию в монастыре святой Ольги, где он в возрасте двенадцати лет голыми руками перебил целую банду разбойников, терроризировавшую окрестности.