Чтение онлайн

Демиан закричал от боли, повалился на землю.

Крики. Крики. Крики. Пелена заполнила разум. И последнее, что видел Мираган перед глазами – охваченное муками лицо Демиана.

Город Вириан

На высоте нескольких верст можно было разглядеть почти весь город. Вириан – единственный город, что строился на берегу неспокойного моря. Праздник для торговцев со всего княжества. Кто-то зовет этот город раем, кто-то рассадником заразы. Но для Маригоны этот город родной дом и здесь она чувствовала себя как рыба в воде.

Она стояла на окраине крыши высокого дома, разглядывая улицу вдоль и поперек. Приближалась ночь. Маригона пробежала вперед почти по краю. Обычно стражи по верху не бродят, но девушка всегда была на стороже. Она накинула капюшон, подбежала к краю и перепрыгнула на крышу соседнего дома. Внизу было тихо. Немного людей прогуливалось по улице, шепчась между собой. Вдруг вдоль домов зажглись огоньки. Каждый вечер чародейки дарили городу свет, зажигая факелы волшебным огнем. Маригона не была такой. Не умела.

На город окончательно опустилась ночь. Яркая летняя луна осветила улицу. Маригона, добравшись до дома с высокой крышей, забралась в круглое окно. Внутри горела свеча, а в углу небольшой комнатки сидела пожилая женщина. Она подняла зеленые потухшие глаза на девушку и еле заметно улыбнулась.

–И где ты была, дочь моя?

Маригона молча полезла в сумку, достала несколько золотых монет и протянула их матери.

–Маригона, откуда это у тебя? – недовольно спросила старушка.

–Заработала.

–Как? Ты снова продавала снадобья богачам?! – взгляд ее потемнел. – Сколько раз я тебе говорила, что эти люди когда-нибудь решат тебя убить или того хуже, забрать твою свободу! – Вислава резко поднялась с кресла. – Хоть раз в жизни послушай свою мать…

–Не важно, как я заработала их. Главное, что мы будем сыты, – Маригона прильнула к материнской груди. – Мам, я постараюсь сделать все, чтобы ты была счастлива.

–Я боюсь за тебя, Маригона. Ты у меня одна, – старушка провела худой рукой по рыжим кудрям дочери, – каждый раз, когда у тебя возникнет мысль поделиться с кем-то своими силами, вспомни то, что эти люди сделали со мной и с твоим отцом.

–Прошу…

Маригона отвернулась. Она сделала шаг назад, отбросила пряди с лица.

–Я помню. Мне каждую ночь снится, как его рвут на части… Но прошу тебя, дай мне шанс, – она сжала руки в кулаки, – я хочу все исправить. Доказать тебе, что нет нужды прятаться в тени, нет нужды бояться себя, – Маригона прикоснулась ладонью сердца Виславы, – я не чувствую в тебе силы, матушка. Но знаю, какой ты была. Мой отец полюбил тебя живой и отважной. Но почему ты не можешь быть такой и для меня, своей дочери?

–Потому что вся моя жизнь ушла с твоим отцом.

Маригона отдалилась. Она всегда боялась этих слов. Она была одинока, пока ее мать страдала, до сих пор не осознав, что любовь всей ее жизни покинула ее.

–Прости меня, дочь. Я не в силах дать тебе то, чего ты хочешь, но я люблю тебя, – Вислава обняла ее, поцеловала в румяные щеки.

Когда лунный свет проник в глубь комнаты, Вислава взялась за вязание. Она любила заниматься этим в тихие вечера. А Маригона, пообещав вкусный ужин, спустилась на улицу.

Ближе к полуночи редко, где можно было купить еды, но около соседнего дома всегда в такой час работала одна лавка. И Маригона, накинув капюшон и сжав ручку корзинки, отправилась туда. Стражи на этой улице было немного, и Маригоне удалось проскочить незамеченной. Она успела вовремя. Купец, что торговал овощами и мясом, еще не успел уйти домой. С полной корзинкой еды Маригона возвращалась домой. Но путь ее прервал любопытный разговор двух неплохо одетых дам. Они стояли около входа в здание. Маригона забежала за угол и притаилась.

–…Нет, я же тебе говорю, ни какая она не чародейка.

–Откуда знаешь? Ты ее видела?

–Видела. Она в наглую того купца, что украшениями торговал, обокрала. Все камушки поодбирала.

–Ну и как выглядела?

–Ну… кудри рыжие, глаза огромные…и платье! Платье на ней странное было. Короткое, а на ногах штаны, как у мужиков наших. Чародейка, точно тебе говорю… Ее из далека видно было.

–Хочешь сказать, чародейки опять за старое взялись?

–А я не утверждаю, всякое может быть. Одна решила обокрасть, вторая убить может. Кто их знает. Боги одни и ведают…

Маригона прижалась к холодной каменой стене.

«…одна решила обокрасть, вторая убить может…»

Быстрым шагом, спрятав свое лицо, девушка прошмыгнула мимо женщин в дом, поднялась на верхний этаж и вошла в квартиру. Матушка ее так и сидела в кресле и вывязывала чудные узоры.

–Купила нам немного мяса и овощей, – сказала Маригона, ставя корзинку на стол около двери, – хочу жаркое сварить.

–Могу я помочь тебе?

–Отдыхай, матушка.

Запах жаренного мяса мигом заполнил собой маленькую комнатку. Маригона не любила готовить, но улыбка на лице матери стоила того, чтобы пересилить себя.

Маригона накрыла на стол, стоявший около окна. Мать и дочь сидели друг на против друга, в тишине вкушая блюдо. Каждая из них не ела уже несколько дней, и каждый съеденный кусочек ощущался волшебным глотком воздуха. Маригона понимала, что за каждое ее действие ее давно уже покарают боги, но еще она понимала, что эти же боги отняли у нее отца, с которым, будь он жив, все было бы по-другому.

Далеко за полночь, когда уставшая Вислава заснула, Маригона укрылась в уголке комнатки, зажгла единственную свечу и достала из небольшого напольного шкафчика книгу. Почти каждую ночь, пока мать ее спала, Маригона готовила снадобья. Она училась чему-то и готовила то, что всегда было необходимо: снадобье из листьев черники и мякоти шиповника помогало от головной боли, снадобье из чистой воды с щепоткой сухой кары рябины помогало в лечении ран. Многого девушка не знала, но многому училась сама. Мать ее всегда была против этого, и на то были причины, но Маригона никогда не стыдилась и не боялась того, кто она на самом деле.

Маригона открыла небольшую книгу, отыскала страницу с успокаивающим снадобьем. Она готовила его впервые, но пальцы ее не дрожали. Она отыскала ингредиенты и с уверенностью приступила к приготовлению. Семена мака, что она купила вчера на рынке, она тонкими пальцами размяла в небольшой глиняный горшочек. Затем добавила свежие листья мяты и бутоны лаванды. Основой для этого зелья служила чистая вода, протекающая в лесных ручьях. Эту воду сложно было отыскать в городе, но некоторые купцы любезно соглашались принести ее лично в руки за несколько золотых монет. Маригона никогда не выходила за пределы города, и ей часто приходилось пользоваться этой услугой. Снадобье это не нужно было прогревать, как это часто приходилось делать с другими, это должно было настояться несколько часов. Глаза ее болели от света свечи, и девушка, закрыв книгу и спрятав снадобье в шкафчике, отправилась в постель.