Чтение онлайн

Кучук-бей хотел что-то ответить, но хлопнула дверь - и в комнату вошел Чора. Усталый, похудевший, со злыми глазами, он мрачно поздоровался и укоряюще посмотрел на мать.

Варвара-ханум немного побледнела. Сыновний взгляд сказал ей много: и о причине его печали, и о боли, пронизывающей его грудь. Она сочувствующе вздохнула. Но едва приметная искорка, на миг вспыхнувшая в ее глазах, свидетельствовала и о радости: сын вернулся живой-здоровый, а полонянка, которая могла стать причиной раздора и взаимной ненависти в семье, должно быть, навсегда исчезла с их пути.

Палий заметил молчаливый диалог матери и сына, понял все, что за ним скрывалось, и, облегченно вздохнув, удовлетворенно расправил русые усы. Значит, Стеха свободна и он с верными соратниками может завтра на заре покинуть Белгород и мчаться на Буг, к условленному месту...

13

Переправившись через Дунай, янычарский отряд во главе с чорбаджием Сафар-беем медленно двигался по Добрудже к Балканскому хребту.

Одетый в янычарскую одежду, Арсен вместе с Младеном ехал все время впереди: он не хотел показываться на глаза Юрию Хмельницкому, который плелся, привязанный к возу, где-то в середине обоза.

И Арсен, и Младен торопились. Все отдали бы не задумываясь, только бы сократить путь!..

Арсена подгоняло желание как можно скорее добраться до Стамбула, где был уверен - найдет Златку. Младена влекло вперед, кроме тоски по дочери, еще и другое чувство. Вокруг него уже были родные края! Там, на горных пастбищах, в зеленых долинах, среди лесов гуляют его побратимы-гайдуки, борцы за свободу Болгарии... К Златке и к ним рвется сердце старого воеводы!

Когда на шестой день, взобравшись на высокий перевал, они остановились, Младен подозвал к себе Ненко и Арсена. Вид у него был торжественный. Он снял чалму, расправил рукой длинные седые волосы, глубоко вдохнул густой прохладный воздух и сказал радостно:

– Боже! Вот она предо мной - Болгария! Старая Планина!
– Младен опустился на колени, наклонился и поцеловал землю. В глазах его блестели слезы. Поднявшись, окинул взглядом дали в синей дымке и чуть слышно прошептал сухими губами: - Болгария! Родная моя...

И Арсен, и Ненко не проронили ни слова. Они понимали, какое пламя бушует сейчас в груди старого воеводы.

Младен взял их за руки, подвел к краю обрыва, с которого виднелись южные склоны хребта, произнес взволнованно:

– Сыны мои! Здесь мы расстанемся...

– Почему, отец?
– удивился Ненко.
– Мы договорились ехать в Стамбул вместе. Спасать нашу Златку...

– Вас двое - молодых, сильных... От меня помощь невелика, справитесь сами. Вызволите Златку... А я останусь здесь, в родных горах. Разыщу своих юнаков... Верю, они ждут меня! Где-то там, - он снова поднял морщинистую, но еще крепкую руку, - мать наша, Анна. Орлица моя. Давно она дожидается моего возвращения...

Долго они стояли молча, пока на крутом подъеме не показался обоз, медленно поднимавшийся в гору.

Старый воевода заспешил.

– Вот что, сыны, запомните все, что я скажу... Первое и главное задание: вызволить дорогую мою доченьку Златку. Где б она ни была, хоть в серале* султана, вырвите ее оттуда! И пошлите весть мне об этом в Сливен через старого Станко... Вы оба знаете его дом. Станко мой давний друг и верный помощник... Поняли?

______________

* Сераль (турецк.) - дворец султана.

– Да, отец, - кивнул Ненко.

– И второе задание: подтачивайте могущество Порты! Где только сможете. И как только сможете!.. Уничтожьте великого визиря Кара-Мустафу! Это хитрый и заклятый враг всех народов! Особенно болгар... Останется жив - натворит много новых бед!.. Обо всем, что стоит внимания, оповещайте меня через Станко, а я найду способ передать ваши сообщения кому нужно - в Киев, оттуда в Москву, в Запорожье, а если потребуется, и в Варшаву... Враг нашего врага - это наш союзник. Помогайте ему всюду и всем, чем можете! Вот так, сыны... Теперь давайте прощаться, ибо не ведаю, увижу ли вас еще когда-нибудь... Годы мои бегут, как горные потоки, и все ближе - чувствую это - к вечному морю покоя... Лучше не тешить себя напрасными надеждами!

Обнял Ненко, крепко прижал к сердцу.

– Я счастлив, сынок, что нашел тебя. Безмерно рад, что ты понял меня и разделяешь мои замыслы и стремления. Спасибо тебе! Будь здоров и удачлив, родной мой!..

Отступил на расстояние вытянутых рук, долго смотрел на Ненко, потом порывисто поцеловал и повернулся к Арсену:

– Арсен, друг, ты стал мне таким же родным, как сын. Я в неоплатном долгу перед тобой: ты нашел моих детей. Но еще больше буду обязан тебе, если вызволишь мою доченьку...
– Он обнял казака и трижды поцеловал.

– Найду, батько! Только б жива была - из когтей самого шайтана вырву нашу любимую Златку!
– с чувством ответил Арсен.

Младен посуровел, еще раз пристально взглянул на сына, на Арсена, подошел к коню и легко, словно за плечами не было тяжести лет, вскочил в седло. Помахал рукой.

– Прощайте, родные! Счастья вам на вашем суровом пути!

Он тронул коня и звериной тропой свернул в сторону от дороги. Через минуту его крепкая и все еще стройная фигура скрылась в чаще зеленых кустов.

Арсен вздохнул:

– Ну, вот и воеводы Младена нет с нами...

Тем временем приблизился обоз. Прошли янычары, прогромыхали тяжелые, окованные железом возы. Просеменил с арканом на шее припорошенный дорожной пылью Юрась Хмельницкий.

Простоволосый - он где-то потерял свою шапку-гетманку, - маленький, сгорбленный, подурневший лицом, он едва переставлял ноги и, опустив голову, подхлестываемый плетками конных охранников, через силу совершал позорный путь возмездия...

Арсен проводил его сумрачным взглядом, и сердце его, как всегда, когда видел Юрася, наполнилось глухой злобой. И хотя казак понимал, что не один Юрась виноват в его мытарствах - там, далеко впереди, в могучей Порте, жестокий Кара-Мустафа, с которым он должен бороться не на жизнь, а на смерть, - однако к этому выродку, принесшему столько горя ему, столько страданий народу, была особая яростная ненависть.

Звенигора едва сдержал болезненный стон, рвущийся из груди.

Ненко заметил перемену, которая произошла с Арсеном, и, вскочив на коня, ласково позвал:

– Едем, братик!

Но тот, вздохнув, отрицательно покачал головой:

– Поезжай, я догоню...
– И грузно опустился в седло.

В его приглушенном голосе прозвучала такая тоска, что Ненко не решился настаивать. А когда, тронувшись вслед за обозом, через некоторое время оглянулся, то увидел на перевале, над отвесным обрывом, одинокого всадника, темневшего на фоне ярко-голубого бездонного неба. И было в нем что-то трагическое и грозное одновременно.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Исторические романы известного украинского писателя Владимира Кирилловича Малика "Посол Урус-Шайтана", "Фирман султана", "Черный всадник" и "Шелковый шнурок", выпущенные в Киеве издательством "Молодь" в 1968-1977 годах, - большое полотно жизни Украины во второй половине XVII века. Эти романы соответствуют понятию тетралогии - произведения, состоящего из четырех самостоятельных частей, связанных общим идейно-художественным замыслом автора.

Главным действующим лицом во всех романах является казак-запорожец Арсен Звенигора. Судьба забрасывает Арсена (он родился в Подолии, возмужал в Сечи) во владения Оттоманской империи, в Крым, в Болгарию. Побывал он и в сердце Балкан. В последнем романе ("Шелковый шнурок") Арсен оказывается Центральной Европе, под стенами Вены, куда двинулись янычары в 1683 году. Он был и воином, и разведчиком, и дипломатическим агентом, пленным и невольником, был даже вынужден вступить в отряд янычар. Отталкиваясь от документальных источников, описаний общественной жизни Украины и соседних стран той эпохи, В.К.Малик с большой достоверностью воссоздает конкретные исторические ситуации, в которых проявляются лучшие черты казака-героя решительность и отвага, дерзость и бескомпромиссность в борьбе против социального и иноземного гнета, горячее сердце. Подвиги казака во имя родной Украины, его страдания и горе, любовь к болгарской девушке-невесте, - вся драматическая жизнь Звенигоры рассказана в тетралогии В.К.Малика с подлинным мастерством.