Черри
Шрифт:
– Конечно. Можем отойти в кабинет…
Черри кивнула и следом за Нилом пошла к отдельному кабинету в дальнем углу их офиса. Это было небольшое, со вкусом обставленное помещение, где проводились переговоры с клиентами, которые предпочитали обсуждать нюансы своих сделок с недвижимостью в укромной обстановке. Черри чувствовала на себе горячие от любопытства взгляды Эбигейл и Эмили, смотрящих им вслед, но не могла поднять глаз из страха разрыдаться.
– Садись, – Нил кивнул на коричневое кожаное кресло. Она присела на краешек, ее начальник начал волноваться, гадая, что за проблему она собирается на него излить. Он сел рядом с ней на стуле, и она обратила внимание, как блестят его туфли. Нил не сам начищал их до такого блеска, он платил за эту услугу, развалившись в высоком кресле с чашкой капучино и «Файненшл Таймс» в руках, не замечая согнувшегося у его ног человека. – Что у тебя стряслось?
Она подняла на него глаза. Сделала глубокий вдох, сдерживая слезы, и только потом заговорила.
– Моя бабушка… Она заболела. Очень сильно. Я хотела попросить пару отгулов… чтобы проведать ее.
– О, ну конечно, – воскликнул Нил с видимым облегчением, видимо, радуясь, что дело не в каких-нибудь женских проблемах. – Когда ты уезжаешь?
– В пятницу. – Черри заметила, что он поколебался. – Я понимаю, что Эбигейл и Эмили уходят в отпуск в это же время… – Она беспомощно умолкла.
Нил немного поразмыслил и решил ее успокоить:
– Ничего страшного. Возьмем временного сотрудника. Сколько дней тебе нужно?
– Я ненадолго, проведаю ее и обратно. Просто она за границей… Дорога тоже отнимет время.
– Где она живет?
– Во Франции. Я уже посмотрела расписание рейсов, и если вылетать в пятницу, я успею вернуться во вторник утром.
– Хорошо. Как-нибудь справимся.
Черри облегченно вздохнула:
– Спасибо. Ты и представить не можешь, как это важно для меня. Мы с ней очень близки.
Нил сочувственно закивал.
– Надеюсь, с ней все будет в порядке…
На глазах у нее набухли слезы.
– Я тоже. У нее рак. Только что обнаружили. Готовят к химиотерапии.
Судя по его виду, он уже пожалел, что спросил.
– Сочувствую.
По щеке скатилась слеза, и она смахнула ее с храброй улыбкой.
– Это очень много для меня значит – успеть навестить ее. Я гарантирую, она тоже будет очень признательна тебе за эту возможность.
Он скромно отмахнулся от ее слов.
– Не стоит благодарностей, честное слово.
– Il est un merveilleux patron.
– Что?
– «Он замечательный босс», – Черри высморкалась. Улыбнулась. – Вот так бы она сказала.
Нил расправил галстук.
– Что ж, чем могу… – Он прицокнул языком, встал и понимающе склонил голову. – Дать тебе минутку?
Черри благодарно кивнула. Он положил руку ей на плечо и двинулся к выходу.
– Bonne chance, – сказал он, и Черри снова кивнула.
Когда Нил закрыл за собой дверь, Черри подождала немного и громко высморкалась на случай, если он все еще был поблизости. Замерла. Прислушалась. Тихо. Черри улыбнулась. Она едет во Францию! На Лазурный Берег! Она так обрадовалась, когда пришло приглашение, а потом вспомнила, что две курицы из ее офиса уже застолбили это время для своих отпусков, и Нил ни за что не отпустил бы и после них. Это было так нечестно. Ей в жизни не выпадало такой возможности. Почему она должна отказать Дэниелу только из-за того, что у этих двух нашлись деньги, чтобы забронировать двухнедельную поездку на Ибицу?
Она едет во Францию! Где у ее парня была собственная вилла! Строго говоря, вилла принадлежала его родителям, но это мелочи. Ведь это когда-нибудь изменится. Черри поздравила себя с хорошим выбором, тешась этим открытием и смакуя его.
Потом она встала, оправила юбку и приняла позу безмятежного мужества, после чего вернулась на свое рабочее место.
11
Пятница, 20 июня
Лора поправила цветы в вазе в комнате Дэниела, которая на время станет комнатой Дэниела и Черри. Прованс славился своими весенними цветами и маковыми полями, раскинувшимися вдоль дорог, и она нарвала большие охапки заодно с пахучими ветками ярко-желтой жимолости. Постель была убрана покрывалом с хрусткой ажурной вышивкой, и Лора окинула взглядом результат, довольная собой. В холодильнике была еда и остывала бутылка вина, дожидаясь их приезда уже – Лора посмотрела на часы – минут через двадцать.
Их вилла была традиционным домом в стиле «прованс». Лора прошлась по ней, проверяя, чтобы все было чисто и гостеприимно. Не найдя ни в чем изъянов, она вышла на залитую солнцем террасу, откуда был виден весь полуостров Сен-Тропе. Она обвела взглядом сверкающие белые яхты, которые казались лишь мелкими горошинами с этого расстояния, одни были пришвартованы, другие мягко покачивались на ветру. Здесь Лора всегда чувствовала себя свежее. Лондонский дом принадлежал Говарду, а этот – был ее личной тихой гаванью, где всегда можно было укрыться, когда домашняя жизнь накрывала ее с головой. С выхода на работу она выбиралась сюда всего на пару недель в году, но всякий раз ей казалось, будто она возвращается к старому другу. И особенно она была рада оказаться здесь именно сейчас, потому что буквально в день ее отъезда их лондонский сосед начал строительные работы. Они тоже взялись за расширение подвала, и шум от экскаватора был оглушающим и сотрясал весь дом, а строители уже успели задеть их электролинию. Лора села на самолет, и как будто гора с плеч свалилась. Можно было подумать, что весь Кенсингтон стал разрывать свои участки и превратился в лабиринт туннелей и просторных подземелий. Лора воображала, как однажды этот кусок Лондона возьмет и провалится в один большой котлован.
Хоть на две недели, но она сбежит от всего этого. И Дэниел тоже был рад приехать. Лора понимала, что ему нужно заниматься учебой, а с такой какофонией за окном это едва ли возможно. Черри останется с ними до вечера понедельника, и у Лоры были на нее большие планы. Она хотела поводить ее по окрестностям, познакомиться поближе и сделать все, чтобы Черри почувствовала себя как дома. Со стороны подъездной дорожки послышался шорох колес по гравийке, и Лора двинулась к парадному входу дома, широко распахивая перед ними двери. Дэниел припарковал взятую напрокат машину и уже доставал сумки из багажника. Лора распростерла руки и подошла обнять Черри.
– Добро пожаловать! Как я рада, что тебе удалось отпроситься на работе!
– А я как рада, – ответила Черри.
– Проходи. Устала с дороги? Выпьешь чего-нибудь?
Был ранний, изумительно теплый вечер. Черри окинула взглядом виллу. Ставни и окна были распахнуты, и белоснежный хлопковый тюль цеплялся за оконные рамы. Ей уже нравилось все, что она видела. Она не противилась, когда ее повели внутрь и стали хлопотать над ней. Черри оценила просторные комнаты с большими открытыми каминами и кухню в деревенском французском стиле со столами из гладкого тикового дерева. Она взяла протянутый ей стакан лимонада со звенящими кубиками льда.
– Как ты долетела? – поинтересовалась Лора.
– Спасибо, хорошо.
Черри увлеченно глазела по сторонам и не особенно участвовала в вежливом диалоге с Лорой. Разглядывая кухню, она заметила прямо над собой поразившую ее картину – яркое масляное полотно с красными пятнами крыш вокруг песочного цвета площади на фоне яхт в лазурном море.
– Какая красивая картина! – воскликнула она.
– Очень красивая, – согласилась Лора. – Кисти местного художника.
– Это Сен-Тропе?