Чтение онлайн

– Эрл Гарен, я бы хотел, чтобы вы начали полную вырубку Бернамского леса. В первую очередь со стороны этого замка. Город вокруг растет. Людям нужны пашни и пастбища.

– Но Гарольд! – Королева всплеснула руками, отчего брызги полетели во все стороны. – Мы с тобой это не обсуждали! Такой серьезный шаг, все нужно хорошенько обдумать.

– Вот и обдумайте, матушка. Не зря же ваши высокие лэрды брэ [24] просиживают в зале совета.

Королева гневно взглянула на сына. Его неуместное своеволие злило. И ведь понятно откуда рога росли. Спакона и ее глупое предсказание о конце правления. Заморочила юнцу голову шарлатанка! Ведь и так понятно, что никакая магия Холмов не может оживить обычные деревья и привести их под стены замка, а священные все давно вырублены. Сиды слабы и разрозненны.

Гинерва думала, что хорошая охота отвадит сына от идеи рубить лес, но не тут-то было. Славная добыча не спасла деревья от дурной прихоти короля. Напротив, вернувшись, он укрепился в своей мысли. Однако спорить с правителем при вассалах – дурной тон. Поэтому королева скривила губы в улыбке и произнесла:

– Сын мой, оставь серьезные дела до утра и отдайся магии праздника. Сегодня к нам прибыл скальд Льюис Молчун. Он не успел на вчерашний пир и Самхейн провел вдали от домашнего очага.

Гарольд удивленно поднял брови и подозвал скальда поближе. Даже в скудном свете было видно, что человек совершенно сед и болезненно бледен. В руках он сжимал тальхарпу [25] .

– Здрав будь, Льюис мак Дьюол! – пробасил король, заставляя воду в бадьях подняться волной.

– И ты живи во здравии сотни лет, правитель Альбы, – едва слышно прошелестел скальд.

По залу прошлись редкие смешки. Не каждый день встретишь песнопевца, которого мыши под полом перекричат. Но короля, кажется, ничего не смущало.

– Скажи, не ты ли был со мной в прошлом году в походе, когда восстали южные земли?

– Да, ваше величество. – Голос скальда был все так же тих и невзрачен.

– Помнится мне, тогда твои волосы были цвета летней пшеницы.

– Верно, сир, но все поменялось вчера ночью. Я не успел вернуться домой до заката, и меня не пустили ни под одну крышу. Всякий страшился открыть даже ставни, ибо сиды в эту ночь покидают Холмы. Но не мне бояться волшебного народа, ведь семь дней я играл в их подземных залах, а когда закончился славный пир и меня с дарами отправили наверх, оказалось, что прошло семь долгих лет. Увы, в этот раз удача от меня отвернулась, ибо перешел я путь Нукелави. Именно взгляд его огненных глаз и высеребрил мои волосы.

– Расскажешь? – Король протянул скальду свой кубок с пряным вином. Скальд принял его, поклонился и тихо-тихо произнес:

– Вы же знаете, сир, что говорить я не мастер. А потому единственный из скальдов ношу имя Льюис Молчун. Но если ваша милость будет не против, я могу спеть гальдр, и вы увидите все своими глазами.

Купальня дружно загудела. Гальдр – магия вис [26] – была самой удивительной из всех известных. Умелый скальд мог сдвинуть горы, заговорить раны, вдохновить воинов на бой или проклясть великого героя. А еще скальды могли петь так, что все слушавшие видели происходящее как наяву.

– Что ж, Льюис сын Дьюола, покажи нам свою встречу с Наклави! – позволил король.

Скальду принесли небольшую скамью. Певец сел, положил тальхарпу на колени, провел пару раз смычком по струнам, подтянул колки и заиграл. Громкий, звучный голос разлетелся во все стороны, ударился о каменные стены и вернулся ожившими картинами.

Мэри показалось, что грань мира порвалась. Подул холодный морской ветер, луна осветила узкий край суши, и она воочию увидела страшного всадника с содранной кожей. Огромные копыта коня, блеск копейного острия, страх и отчаяние…

Когда скальд смолк, в мыльне повисла тишина.

– Значит, он вновь вернулся, – наконец проговорил Гарольд. Придворные зашептались, обсуждая новую напасть. – Что ж, мы прогнали его на дно морское один раз, сможем сделать это снова! Занятную спел ты песню, скальд. Прими же от меня заслуженный дар! – Король снял с мизинца небольшое кольцо и протянул его гостю. Тот поклонился и отошел в дальний край мыльни, где сидели не наделенные даром гальдра менестрели. Вскоре оттуда полилась мягкая, сладкозвучная музыка, и гости успокоились, вновь уделяя внимание лишь еде, элю и горячей воде.

– В прошлый раз с Наклави смог справиться лишь тан Румпель, – хмуро отозвался лэрд Сомерленд.

– Да, но мы так и не дали ему то, что он просил. – Король угрюмо посмотрел на мать. – И вряд ли брат согласится помочь нам на этот раз. Я соберу людей и отправлюсь в поход. Пора уж и самому славы сыскать, а то лишь о брате легенды слагают.

– Без мага с вами разделаются, как с щенятами! – Гинерва словно не заметила издевки в голосе сына.

– Конечно! Простые воины ничего не стоят. Нужно обязательно уметь колдовать, как мой братец, тогда все чудовища точно в страхе разбегутся. Но скажи мне, не наш ли славный предок победил двух великанов-людоедов и дракона одной силой своего оружия? Отчего же я только и слышу от тебя: «пошли Румпеля» да «пошли Румпеля»?! Кто победил троллиху Грюлу? Брат. Кто отвадил от берегов марула [27] ? Тоже брат. И Наклави скрылся от него, и дочь Грианана хрипела, пронзенная его мечом, и келпи ходит под его уздой, словно обычный конь! Мне надоело, что он во всем меня превосходит! Как ты думаешь, чьей славе суждено остаться в веках? И кто из скальдов вспомнит о его изуродованной проклятьем роже? Я тоже хочу слышать хвалебные песни в свою честь! Хочу погибнуть в бою, а не от старости, как мой отец!

– У твоего отца были наследники!

– Отлично! Значит, я женюсь на леди Айлин завтра же!

– Нет! – прошипела Гинерва, позабыв, что не собиралась спорить с сыном при посторонних и тем более обсуждать его невесту, когда рядом служанка.

– Вода остыла, принеси кипятка! – приказала она Мэри и, убедившись, что та скрылась из виду, повернулась к сыну.

– Гарольд, ты не можешь взять леди Айлин в жены. Она дочь мельника, и даже если ее отец продаст все свои земли и мельницу в придачу, он все равно не соберет ей достойное приданое. К тому же мы заключили брачное соглашение с королем Эрина, и его дочь прибудет не позже Белтайна [28] . А если мы отошлем ее обратно, король сочтет это жутким оскорблением. Униженный сосед непременно развяжет войну. Воевать же одновременно с демоном из морских глубин и Эринским королем мы не сможем.

Гарольд насупился и забарабанил пальцами по столу.

– Что ж, значит, тан Киркоулл придется спрясть себе столько приданого, чтобы нам хватило даже на откуп от Эринской принцессы!

– Леди Айлин, просыпайтесь! Да просыпайтесь же наконец! – Мэри трясла хозяйку, выуживая ее из страны снов. Новости, услушанные в купальне, не могли ждать, а потому, как только лесник покинул кадку и вернулся в свои покои, Мэри побежала в Восточную башню. А могла бы и остаться – эрл Гарен приглашал.

– Леди Айлин, ну вставайте! Ее величество королева Гинерва запретила его величеству вас в жены брать, так как у вас приданого нет!

– Ну и отлично, пусть теперь сама свою подушку носит, – Айлин отвернулась и накинула одеяло на голову.

– Да нет же! Сир Гарольд решил, что приданым вам сослужит золотая пряжа!

– Что?! Я пряха, а не кошель Фортуната [29] ! – Айлин подскочила, словно в постель ей налили кипятка.

– Сказал, что даст вам соломы полную комнату, чтоб вы ее в золотую пряжу переработали, – Мэри достала из сундука теплый шенс [30] и протянула хозяйке.