Чтение онлайн

Он поспешил к выходу и сел там на камни, набивая трубку табаком.

Ребята с трепетом подошли к расщелине и замерли от изумления.

Из земли к зубчатым вершинам скал медленно поднимались золотистые языки пламени. В пламени метались человеческие фигуры, сотканные из прозрачного белого вещества. Там были женщины с длинными распущенными волосами. Они поднимали кверху нежные руки, превращались в облака и тихо летели вверх. Потом из пламени поднялся высокий столб. Огонь лизал его со всех сторон, но он поднимался все выше и выше. На вершине его что-то шевелилось, очертания становились резче, и ребята увидели огромную птицу с открытым клювом. Она взмахнула крыльями, сорвалась со столба и медленно взвилась вверх.

Не проронив ни одного слова, потрясенные виденным, смотрели ребята в расщелину скалы, и неизвестно, сколько часов они простояли бы здесь, если бы Дина не сказала шепотом:

– Ой, мне что-то душно…

– И у меня голова разболелась, – тихо отозвался Толя.

– А у меня сердце бьется ужас как и в глазах темно, – пожаловалась Саша, направляясь к выходу из пещеры.

Все двинулись за ней. Странное состояние овладело ребятами. Вместо того чтобы искать разгадку виденных чудес, они шли вяло, пошатываясь, хватаясь за стены пещеры. Им не хотелось ни о чем думать, каждый прислушивался к бурному биению сердца, ощущая жгучую боль в голове и подступающую к горлу тошноту.

Старика не было нигде, и ребята шли домой почти наугад, уже в полном мраке.

В полночь, не раздеваясь, они свалились на скрипучие топчаны и, не перекинувшись ни одним словом, уснули тяжелым сном.

– Этому явлению должна быть какая-то простая разгадка, – сказал Толя утром, лежа еще в постели.

– Надо поговорить с Петром Сергеевичем. Он геолог, разберется, – предложил Витя.

– Но старик просил никому не говорить, – напомнил Мирошка.

– Не нравится мне твой старик, – ядовито сказал Слава.

– Мой? А почему он мой-то? – усмехнулся Мирошка. – Он такой же и твой. Да, кстати, он мне тоже не нравится. А вы заметили, как он не хотел нам помогать Витю вытаскивать?

– Еще бы не заметить! – крикнула через загородку Саша.

– Мы вообще всегда и все замечаем, – значительно сказал Слава, взглянув на Мирошку.

– Чудесная черта для партизана и совершенно ненужная будущему языковеду, – огрызнулся Мирошка.

Дина через загородку услышала, что Слава с Мирошкой начинают ссориться, и крикнула:

– Скорее вставайте! Опаздываем!

И все поспешно начали одеваться.

Они завтракали под навесом вместе с другими бригадами и пытались навести разговор на всевозможные приключения в горах. Но в котловине, оказывается, никто из рабочих не бывал, а только слышали, что в той стороне гор неспокойно.

Днем поговорить с Петром Сергеевичем не удалось. Разговор пришлось оставить до вечера. Каждый день, после ужина, по очереди ребята ходили к инженеру узнавать сводки Информбюро. У Петра Сергеевича был, во-первых, репродуктор, а во-вторых – замечательный дед, его отец – Сергей Федорович, который по три раза в день прослушивал и записывал сводки, а ночами спал в наушниках. К окнам Сергея Федоровича ежедневно толпами собирался народ из поселка и с приисков, и старик, сдвинув в сторону горшки с цветами, нацепив на кончик носа очки, по нескольку раз читал сводку.

К молодым партизанам Сергей Федорович относился с уважением. Им в первую очередь рассказывал новости и всегда приглашал в дом.

Саша с Витей в этот вечер явились в неурочное время. Они намеренно пошли позднее в надежде застать дома Петра Сергеевича.

Саша постучала в промытое до блеска окно. Сергей Федорович выглянул из-за шторки и жестом пригласил ребят в комнату. Они вошли, как всегда боясь наступить на белые половички.

– Ничего, ничего! – ободряла их жена Сергея Федоровича, чистенькая старушка. Она провела Сашу и Витю в комнату.

И Сергей Федорович, как обычно, начал нескончаемый разговор о войне. Он вытащил из-за стола метровую фанеру, оклеенную белой бумагой. На фанере кнопками была приколота восковка, испещренная реками и городами.

– Карта военных действий, – с гордостью сказал старик, – неделю, не разгибаясь, сидел – и вот… – Он отошел от карты, полюбовался ею издали.

На карте линия фронта была обозначена маленькими гвоздиками.

Толя и Саша склонились над картой.

– Вот он! – оживленно показала Саша на крошечную точку.

– А линия фронта все еще совсем близко… – сказал Витя. – Вот, Сергей Федорович, в этих лесах мы партизанили…

Старик стоял сзади ребят и, закинув за спину руки, с любовью смотрел на них.

Разговор прервал приход Петра Сергеевича. Ребята вспомнили, зачем пришли они к Ковалевым, и наперебой принялись рассказывать инженеру историю с горными духами.

Петр Сергеевич, старик и старушка внимательно слушали сбивчивый рассказ Саши и Вити, перебивая вопросами и восклицаниями.

– Да вы по очереди и по порядку, – предложил Сергей Федорович.

Витя стал рассказывать, и, когда дошел до описания того, как все ребята, не раздеваясь, свалились на постели и уснули крепким сном, Петр Сергеевич громко рассмеялся. Он прошелся по комнате, закуривая папиросу, и сказал:

– Был я, ребята, в этой пещере и слышал о ней много раз. Дело тут вот в чем: в котловине нет выхода туманам, они плывут там, ползут, клубятся, принимают различные формы. Заходящее солнце, вероятно, окрашивало туман в цвет пламени. – Петр Сергеевич положил руку на плечо Вити и, посмеиваясь, добавил: – Ну, а фантазия и повышенная нервозность помогли вам нарисовать фигуры улетающих женщин и парящих птиц…

– Да честное слово, мы их видели, Петр Сергеевич! – горячо сказала Саша.

– А я и не говорю, что не видели, – возразил Ковалев. – Только видеть их помогли вам ваша фантазия и взвинченные нервы. А насчет вашего заболевания я думаю так: в закрытой пещере есть выходы какого-то вредного газа, вероятно углекислого, и вы им надышались. Одним словом, все выходит по басне дедушки Крылова: «А ларчик просто открывался». Мы с вами сходим в долину горных духов и посмотрим ее еще раз.

– Петр Сергеевич, а почему же река побежала в другую сторону и вместо скалы с пещерой одни камни остались? – спросила Саша.

– Ну, а в этом совсем нет ничего удивительного, – ответил Петр Сергеевич, усаживаясь в кресло. – Вероятно, произошел большой обвал, гора разрушилась, а русло реки изменило свое направление. На Байкале это бывает довольно часто.

В дверях послышался горький вздох, и старушка ушла в кухню.

– Это она знаете, почему вздыхает? – с улыбкой сказал Петр Сергеевич ребятам. – Жалеет, что жизнь слишком просто устроена, чудеса развенчаны, горные духи разоблачены.

Петр Сергеевич замолчал, и Сергей Федорович, воспользовавшись этим, положил ему на колени карту.