Чтение онлайн

Так, что тут у нас? Замечаю приложение известного сайта знакомств. Так, да? Листаю переписки. Флирт, подколки, тонкий стеб. Ну, Чертик!

Андрей, Сергей, Роман. Гиббона мать! Ладно, Роман, так, Роман.

Воровато смотрю на танцпол и снова возвращаю внимание на экран. Мельком пробегаю глазами по анкете. «В разводе, дочь». Жаль, что возраст ребенка не указан. Мне нужен номер Васи, поэтому делаю дозвон на свой телефон и подчищаю исходящие.

Кладу смартфон обратно.

Хмыкнул, заметив, как Никитос сделал очередную попытку подката к Саньке, и благополучно был послан по известному адресу. Однако, кто не знает Афанасьева, как я, ни за что бы не поверил, что он успокоится. Никита парень упорный, особенно под хмелем. С третьей или четвертой попытки он-таки уговорил грозную блондинку на танец.

Нашим легче. Хоть отвлечет её бдительное око от контроля за сестрой. Толкнул одного из ребят за столиком, указав на мелкую подружку, подначив его на активные действия. Знакомство, танец, ну а там, как звезды лягут. Главное, чтобы отвлекли внимание двух церберов от моего чертика.

Пора выдвигаться и мне, решаю встать с места. Авангард Чертенка атакован нашими бойцами, а она даже этого не замечает, увлеченно двигая телом в такт музыке. Гибкое стройное тело соблазнительно выгибается в лучах стробоскопа, волосы растрепаны, глаза закрыты и блаженная улыбка на лице. Так бы и съел. И по ходу, не я один.

От моей гимназистки ничего нет и в помине. Короткое платье на бретелях, не скрывающее ни ножек, ни груди, которая стала заметно больше, что ли. И вообще Вася стала роскошнее, в нужных местах округлилась, поражая аппетитными формами мужское воображение.

Атакую Василису со спины, подстраиваюсь сзади, обнимая за талию, сразу же впечатываю её в свое тело. Знакомый аромат жасмина сразу сшибает мозг, жмурюсь, вдыхая полной грудью. Идентификация всеми органами чувств прошла успешно, меня накрывает такой мощной волной эйфории. Черт! Такое забытое, невероятное, оглушающее удовольствие снова держать её в своих объятиях.

Что же ты наделала с нами, чертик?

Она не особо ретиво дергается в моих руках, в попытке вывернуться и посмотреть на пленившего её нахала. Это скорее любопытство, чем возмущение. Ей нравится эта игра с незнакомцем, тем более в её состоянии почти алкогольной комы.

А меня одновременно и радует это обстоятельство за возможность подобраться к ней поближе, и бесит, что она так льнет, считай, к чужаку. Сразу включается режим ревнивого неадертальца с противной мыслишкой: «И она ведь так с любым может. Интересно, часты ли подобные загулы?».

А когда-то мне клятвенно обещала, зараза, больше никогда не пить, потому что в её случае, это чревато последствиями — совершением глупостей в пьяном угаре, и полной амнезией на утро.

Пока не очухались остальные две красотки, зажигающие с парнями по соседству, я стал теснить Ваську с танцпола, вместе с ней синхронно двигая бедрами под музыку, уводя в сторону темной ниши.

— Го-о-ор, опять снишься, скотина, — протяжно выдает Василиса, парализуя мою нервную систему.

Убиться и не жить! Этот незабываемый низкий голос, и вдобавок такое откровение.

Сердце сбивается с ритма, пока я осознаю сказанное.

— И-и… часто, я тебе снюсь? — шепчу на розовое ушко, наконец, благополучно добравшись до алькова.

Вжимаю её грудью в стенку, прикусывая пульсирующую жилку на шее. От этой близости сносит.

— Постоянно, — хныкает, жалуясь.

— А как же Илюша? — сглатывая горечь, глажу рукой её животик, неспешно веду по бедру, задираю платье, и снова пробираюсь выше, ласкаю живот, теперь только контакт кожа к коже.

— Какой Илюша? — хмурится. — А-а, Шевелёв, что ли? И на хрена мне сдался этот краснозадый гамадрил?

А не за этого ли, краснозадового, ты замуж побежала, едва получив штамп о нашем разводе?! — хочется заорать мне.

— А Ксюша? Твоя дочь? — хриплю ей на ухо, ощутив пальцами едва заметную полоску шрама.

Полагаю, от кесарева.

Она дергается, почувствовав, как я провожу пальцем по нему и пытается вырваться. Однако, я не хочу её так просто отпускать, поэтому перемещаю руку ниже, под резинку трусиков, давлю средним пальцем на клитор, а ладонью в лобковую кость. Второй рукой пробираюсь сзади, двумя пальцами ныряя в её глубину. Моя левая ладонь опять же давит ей на попку, в развилку между полушариями. Большой палец находит звездочку ануса и мягко массирует.

Держу её крепко, не давая и шанса вырваться из чувственного плена. Излюбленная, в нашем прошлом, совместная игра с Чертенком. Низ её живота находится между моими руками, тесно прижатый ладонями и спереди, и сзади, словно на качелях. Или лодочке, сложенной из кистей моих рук. Она трется об мои пальцы промежностью в попытке получить скорейшее удовольствие.

— М-м, да-а, — гортанно стонет, от чего мне буквально сносит крышу, — а вот о Ксюше тебе лучше ничего не знать, — с трудом, но все же озвучивает свою мысль.

Влага сочится по моим рукам, когда она рьяно насаживается на пальцы. Вася стонет, прикусывая губы.

Самому бы в штаны не спустить. Черт!

Мозг сейчас плохо может анализировать жалкие крохи полученной информации, но я еще пытаюсь использовать выпавший шанс по максимуму.

После оргазма Васька временно отключится и дальше провал.

Васина дочь, пусть даже будет Ксения Ильинична, меня это все равно не остановит.

Судьба у нас такая видно.

Ирония в том, что я теперь также, как и мой папаша готов удочерить дочь любимой хм…да все-таки любимой женщины, раз своих детей нет, и наверно, уже не будет.

— Вася, у тебя кто-то есть? — усиливаю давление.

— Кто-о? — шипит, прогибаясь.

— Муж, любовник, бойфренд? — сиплю.

— Скоти-и-на, хоть во сне дай кончить. Иуда, тебе-то какое дело? — начинает уже злиться.

И почему это я-то Иуда?! — смотрю на нее в недоумении.

Она царапает мою руку, требуя, подгоняя.

Плохо дело. Чертик гневается, и уже вряд ли что-то скажет. Толкаю пальцы, задевая нужную точку, уже предвкушаю дрожь женского оргазма. Ловлю губами её губы, провожу по ним языком, углубляю, тем самым заглушая Васин крик удовольствия.

Она бурно кончает и оседает, повиснув на моих руках. Удерживаю её, сжав ягодицу и прислонив еще сильнее к стене.

Так и знал. Отключилась.

Одной рукой удерживаю Васю, другой поправляю каменный до боли стояк в штанах. Озвезденеть просто!

Как же мало, прям до трясучки этого мало. Но пока лучше отступить и не предпринимать скоропалительных решений и действий.

Вася все равно «не алло», нормального разговора не выйдет, да еще двое пьяных компаньенок на подхвате. Странно, что еще не хватились.