Чтение онлайн

— Скажешь тоже. Столичный дознаватель — зачем ему на мне жениться? Вот содержанкой взять годится. Меня устраивает.

— Ты тоже в любовь не веришь? — спрашиваю я у Даны, скорее по наитию, чем из расчёта.

— Нет, — угрюмо отвечает девушка.

В их ответах что-то есть?

По крайней мере, теперь я знаю, что проверять дальше — была ли у Дженны несчастная влюблённость до Ринона, и когда именно она изменилась внешне, после, допустим, болезненного разрыва?

Чем больше узнаю, тем меньше понимаю.

Второй день учёбы, казалось, едва начался, а уже вечер близится. Лекции, обязательные занятия на полигоне, полный провал на первой практике по выбранной мной артефакторике и недоумение преподавателя, откуда я такая неумеха взялась, урывками чтение учебника… А в перерывах между занятиями я корчу из себя чрезмерно общительную особу и знакомлюсь, знакомлюсь, знакомлюсь. С однокурсниками, со старшекурсниками, с парнями, с девушками, с «коллегами» по Археологическому клубу, забредаю в другие клубы, благо «день открытых дверей» у них продлится до конца недели, и это всё ради одной единственной цели — своими глазами посмотреть на девушек из списка. А заодно и просто на девушек.

Сперва я просто помечала имена — «фарфоровая куколка» или нет. К счастью, быстро сообразила завести второй список, в который заношу всех без исключения фарфоровых. Тянуть клубок с двух концов эффективнее, чем с одного.

А уже вечером, после ужина, сижу и сопоставляю новые сведения.

Раздаётся стук в дверь.

Я смахиваю бумаги в сумку, на столе оставляю учебник — на случай, если кто-то посторонний войдёт следы расследования я спрятала.

— Да?

— Мирта, это я.

Рамис?

Открыв дверь, отступаю на шаг, пропускаю Рамиса к себе. У него в кабинете было бы удобнее, но он об этом и без меня догадывается, так что я просто молча жду пояснений.

— Я зашёл узнать, как твои успехи.

Вопрос слишком абстрактный, словно Рамис не только расследование имеет в виду, но про учёбу я рассказывать не буду. Уверена, Рамис уже от преподавателей наслушался о самой бездарной студентке.

— Средне.

— Пояснишь? — он разворачивает стул к стене и осёдлывает, будто коня, обхватывает спинку и пристраивает поверх ладоней подбородок. Вид получается неожиданно милый.

Но я не отвлекаюсь:

— Четыре подходящих случая я нашла. Не так уж и много, зато «чистые». Там есть ещё, но они менее очевидные, а тут идеально укладывается в схему. Парни незадолго до исчезновения влюблялись до безумия. И всей четвёрки девушки «фарфоровые».

Закончить отчёт я не успеваю, в дверь снова стучат.

Я вопросительно смотрю на Рамиса.

Не знаю, кому я вдруг понадобилась, но могу притвориться, что меня в комнате нет. Мало ли, ушла на обрыв кофе пить.

— Мирта, ты чего не отвечаешь?! Ты заболела?

Тьфу!

Судя по голосу, ко мне ломится Дана. Именно ломится. Доказательств, как всегда, у меня нет, а чутьё подсказывает, что выдуманная болезнь — это хороший предлог, чтобы заглянуть без разрешения.

— Минуту! — ответить приходится.

Дана послушно замолкает, стучать перестаёт.

Я вопросительно смотрю на Рамиса. Отвод глаз хорошая штука, но не для тесного помещения.

— «Фарфоровая» с моего курса? — одними губами уточняет Рамис.

Он настолько хорошо запоминает людей? Впрочем, на то он и королевский дознаватель.

Я киваю.

— Открывай.

Хм… Его решение мне откровенно не нравится. И дело не в том, что Дана фактически застукает меня в спальне наедине с мужчиной. Если мои подозрения верны, то Рамис просто напросто провоцирует преступников, вызывает удар на себя. Причём не только и не столько ради моей безопасности, сколько ради того, чтобы сдвинуть расследование с мёртвой точки.

Спорить не время.

Мысленно ругнувшись, я растягиваю губы в фальшивой улыбке и открываю.

Дана замирает на пороге:

— О, ты не одна? Добрый вечер, магистр.

К Рамису, хоть он и дознаватель, в стенах академии чаще обращаются как к обычному преподавателю.

— Добрый, — Рамис не шелохнулся, так и продолжает сидеть на стуле задом наперёд.

Дана неловко улыбается:

— Прошу прощения, не знала. Мирта, увидимся завтра. Магистр, до свидания.

Лайла гораздо более общительна. Так почему пришла Дана, державшаяся со мной не холодно, но довольно отстранёно?

Я закрываю дверь, плюхаюсь на кровать:

— С ней что-то не так, у неё не было причин приходить.

Нахмурившись, я пытаюсь найти объяснение. Чутьё — это не аргумент. Пусть не просто чутьё, пусть оно с изрядной долей рационализма, меня цепляют нестыковки, нелогичные поступки, подозрительные совпадения, но это всё ни о чём, предъявить нечего.

— Мирта…

— Погоди, — перебиваю я.

Я ведь вчера хватала эту мыль за хвост.

Я щёлкаю пальцами, словно это может подстегнуть разум. На чём можно подловить девушку? Да и женщину тоже. Кровь играет, дочери благополучных семей на первом-втором курсе ещё наивные мечтательницы, жизнью не биты. На несчастной любви. Несчастной отвергнутой обещают красоту, а возможно, красоту и приворот в комплекте. Дурочки ловятся, влипают в секту, из которой выхода нет.

— Что-то придумала?

— Да. Вот имена, — я протягиваю список «фарфоровых». — Нужно установить, когда они изменились внешне, и не было ли у них накануне несчастной любовной истории.

— Ага… Мирта, сделаю, но куда-то ты далеко от изначальной цели сворачиваешь. Я как раз только за, я тебе уже говорил, не хочу, чтобы ты сталкивалась с нашим противником, он слишком опасен.

Надо же, Рамис говорит прямо. И не скрывает, что не видит перспектив… Или, наоборот, видит?! И пытается аккуратно убрать меня из-под удара. А, к демонам! Какая разница, честен он сейчас или лукавит? Я хочу проверить свою версию, и я проверю. То есть… Сейчас Рамис вроде бы помогает, мы партнёры. Но вдруг он даст ложные сведения? Или даже не ложные, а чуть искажённые, неполные? Самой тоже надо выборочно проверить.

— Я прям вижу, как на твоём лице проступает недоверие? — усмехается Рамис.

— Тебя это забавляет? — наклоняю я голову к плечу.

— Ну, подозревать — неотъемлемая часть нашей профессии. Как старший коллега я тобой доволен. Как, смею надеяться, друг… тоже. Понимаешь, Мирта, доверчивость качество опасное. Верить можно, нельзя забывать проверять. Но вот над мимикой тебе надо поработать, тебя слишком легко читать.

Рамис поднимается, возвращает стул за стол. Мы встречаемся взглядами. Рамис замирает, мы смотрим друг на друга. Почему-то я тоже не могу отвести глаз. Глупо… А сердце бьётся чаще. Рамис встряхивается, скомкано желает доброй ночи и уходит.