Чтение онлайн

Как только за Портено закрылась дверь, Остерман процедил:

— Дерьмо! Сволочи! Ублюдки!

И ушел в свой кабинет, предварительно вызвав Вуда для еще большего нагоняя…

… — Кто провернул это дело? — спросил Чарли, когда они с отцом спускались по широкой мраморной лестнице участка. — Мы?

Энджело усмехнулся и недоуменно покачал головой. Он и сейчас оставался верен своему правилу.

— Я об этом ничего не знаю.

Чарли быстро взглянул на него. Портено-сын достаточно хорошо знал своего отца, чтобы понять: тот недоговаривает. Но кроме этого, он также знал: Энджело никогда и ничего не делает без причины. И уж если Портено-старший решил молчать, значит, есть для этого веские основания.

— О’кей, — вздохнул Чарли, забираясь в машину. — Но мне-то ты можешь сказать это? Я не Остерман или Вуд.

— Ладно, — Энджело сел на место водителя и повернул ключ в замке зажигания. — Мы наняли человека со стороны. Из другого города.

— Зачем?

Портено-старший засмеялся, отъезжая от тротуара.

— Да, понимаешь, Доминик хотел, чтобы это сделал кто-нибудь из наших, но они все гуляли на свадьбе…

… Телефонный звонок заставил Мейроуз вздрогнуть. Она открыла глаза и посмотрела на часы. Без десяти шесть! С ума сойти! Какому идиоту понадобилось трезвонить в такую рань? Протянув руку, Мэй на ощупь сняла трубку, сонно размышляя, бросить ее сразу или все-таки выяснить, какому кретину не спится в такое время.

— Мэй? — хрипловато-дребезжащим тембром осведомилась трубка. — Алло, Мэй?

Мейроуз вздохнула. Господи, ну конечно, Чарли Пор-тено собственной персоной. Кто ж еще? Могла бы догадаться. Со своей Лавандовой Блондинкой.

— Чарли?

Трубка впитала размякший от алкоголя и теплой постели голос и вновь плюнула репликой Чарли.

— Ну и что ты мне скажешь?

(Иди к такой-то матери и не мешай мне спать. Вот что.)

Естественно, вслух она этого не сказала, а, изобразив возмущение, — не очень, впрочем, убедительно, — спросила:

— Слушай, что ты мне какую-то ерунду передал? Откуда мне знать какую-то женщину в лавандовом платье? Почему тебе не запомнилась женщина в черном? Их там вообще две сотни было.

— Значит, ты не знаешь, кто она? — в голосе Портено звучала досада. Похоже, его совершенно не задела ирония Мейроуз.

— Иди проспись, — посоветовала она и повесила трубку…

… М-да. Чарли прислонился спиной к парапету, прижимая руками телефонный аппарат к животу и тупо глядя перед собой, осмысливая случившееся. Ну и что ты собираешься теперь делать? Давать объявление в газету? Или ходить по всему Нью-Йорку? Или что?

Примерно минута понадобилась ему на то, чтобы найти ответ. Да ничего. Ни-че-го. Все. Можно пойти и лечь спать. Таинственная незнакомка исчезла с его горизонта, и, по-видимому, это надолго. А скорее всего, навсегда. Нельзя найти человека в многомиллионном городе только по описанию внешности. Нет, нельзя. Такое случается лишь в дешевых бульварных романчиках. Или в детективах. Но у полиции есть еще масса факторов, по которым можно ориентироваться в поиске. Если, конечно, это не плохой детектив. Это лишь раззяве-читателю кажется, что у доблестных копов нет ни одной зацепки. Не дрейфьте, ребята, автор на ближайших десяти страницах подкинет несколько. А вот кто даст зацепку ему, Чарли Портено? Верно, никто. В жизни так не бывает. В мелодраме — вы заранее знаете это — главный герой обязательно встретит героиню. Возможно, где-нибудь на последней странице, но встретит. И уж тогда… у-у-у. Слезы, сопли.

Читайте, милые домохозяйки. Читайте. И представляйте себя на ее месте. Большая светлая любовь. А потом выбирайтесь из кресла и топайте на кухню готовить ужин опостылевшему, рыгающему пивом и жареным луком благоверному. Либо стирать его грязные трусы и носки. Или — в чем тоже есть своя прелесть — мыть попу обкакавшемуся и орущему по этому поводу малышу. Ругайтесь сквозь зубы, отмывая руки от его дерьма, или стирая носки, или жаря яичницу с ветчиной! Ругайтесь и мечтайте о Большой Любви, когда ОН, встретив вас, скажем, в Беттери-парке, возьмет на руки и унесет с собой. Слезы и сопли.

А пока вытирайте их малышу, отмывайте руки от дерьма, стирайте, жарьте… и все сначала. И так всю жизнь.

Жизнь — жесткая штука. От этого никуда не деться, и с ней приходится мириться, как с занудным, вечно читающим одни и те же нотации близким старым родственником.

Чарли вздохнул и уже собрался было поставить телефон на столик, но в эту секунду тот залился у него в ладонях звонкой трелью. Он знал, КТО это. Мейроуз. Наверняка, очухалась ото сна и решила выяснить насчет нового увлечения бывшего жениха. Телефон зазвонил еще раз. Настойчиво и требовательно. И тогда Чарли снял трубку и коротко рявкнул в нее:

— Да!

— Мистер Портено? — голос оказался мягким и теплым. В корне отличающимся от холодного, немного лающего тона Мейроуз. — Это Чарли Портено?

— Да-да! — заорал Чарли, сходя с ума от внезапно нахлынувшей радости.

— Я надеюсь, что не разбудила Вас, — чуть-чуть извиняющимся тоном произнесла женщина на другом конце провода.

— Извините за поздний звонок.

Поздний? Да сейчас шесть утра!

— Мы с вами разговаривали сегодня на свадьбе. Хотя… по-моему, это было уже вчера…

— Это вы?

— Меня зовут Айрин Уокер, — засмеялась она.

— О, господи, — расплылся Чарли. — Я узнал голос, но не успел спросить Вашего имени.

В трубке снова послышался смех. Словно одновременно кто-то тронул сотни серебряных колокольчиков. Видно было, что Айрин приятна радость, звучащая в его голосе.

— Простите, что исчезла так неожиданно. Я хотела бы все объяснить… Надеюсь, Вы не сочтете меня дурно воспитанной…

— Ну что Вы, что Вы?! — поспешил заверить ее Чарли. — Как можно так говорить. Скажите, а Вы не могли бы встретится со мной? Я имею в виду, не могли бы мы поужинать вместе?

— Когда? — спросила она. — Я ведь звоню из Калифорнии…

— Из Калифорнии? — Чарли был по-настоящему изумлен.

— Да, я живу в Лос-Анджелесе, — объяснила Айрин.

— Ну, тогда, может быть, мы пообедаем завтра? В смысле уже сегодня… Вы свободны?

— Прекрасно, — согласилась женщина. — Конечно…

— В отеле «Палас», в баре, встретимся?

— Хорошо.

— В котором часу?

— В два. Вам подойдет?

— Отлично. Конечно.

— Хорошо. Я обязательно буду там.

— Прекрасно. До завтра.

— До завтра…

Что-то щелкнуло. Короткие гудки вонзились ему в уши, но Чарли не опускал трубку, сжимая ее неожиданно вспотевшей ладонью…

… Энджело Портено, стоя посреди небольшой комна-

ты, наблюдал, как дон Коррадо Прицци не торопясь открыл высокую шкатулку, в которой ровными рядами покоились коричневые столбики сигар. Каждая из них была завернута в целлофан, и от этого шкатулка производила праздничное впечатление. Коррадо несколько секунд молча созерцал их, словно наслаждаясь красотой и порядком. Затем, одним точным движением схватил — именно схватил — одну из них.