Чтение онлайн

— Просто сейчас ты совсем другая. — Говорит он. — Земная. Родная. Моя. — Я улыбаюсь. А он, оказывается, романтик… Я встаю с кровати и накидываю халат. Тобиас смотрит на меня с нескрываемым восторгом. — Знаешь, я подумал… Если сегодня, дай Бог, не вызовут в агентство… Может, сходим на свидание? — Как-то нерешительно мнётся он. Я останавливаюсь возле двери. И ловлю себя на мысли, что за свои двадцать шесть лет ни разу не была на свидании. На простом обычном свидании, на которые ходят обычные парни и девушки. Хотя, если учесть, что я необычная девушка, а Тобиас — необычный парень, то всё вполне логично…

— Давай. — Соглашаюсь я. В мозгу невольно рисуется картинка: цветы, билеты в кино, ужин в уютном ресторане при свечах, мороженое, прогулки по ночному городу…

— Куда ты хочешь? — Спрашивает он меня. Я возвращаюсь к кровати и сажусь на неё. Хмм… Хороший вопрос… Кино? Ресторан? Парк? Куда ходят обычные парень и девушка? Ответом на мой вопрос служит звонок в дверь. Я встаю с кровати и направляюсь к двери. Кто это в такую рань? Я подхожу к двери и открываю её. Пусто. Никого. Зато на полу замечаю бумажный пакет и утреннюю газету. Странно… Что всё это значит? Я стою в нерешительности. Ко мне сзади подходит Тобиас.

— Кто это был? — Спрашивает он меня. Я молча отхожу от двери и указываю на пакет и газету. Тобиас смотрит на всё это с интересом. — Что там? — Спрашивает он и приседает на корточки. Он берёт в руки пакет и газету. На поверку в пакете оказывается свежая выпечка. Её аромат распространяется по всей квартире. Странно… Очень… Тобиас берёт в руки газету. — От кого эти дары? — Спрашивает он настороженно. Я беру из его рук пакет с выпечкой и смотрю на оборот упаковки. Сзади на пакете золотыми буквами написано короткое слово: "Статус-кво". Ааа… Тогда понятно… Затем Тобиас разворачивает газету, и оттуда выпадает карточка с тем же словом.

— Они что, решили "добить" нас окончательно? — Усмехаюсь я.

— Похоже… — Говорит Тобиас.

— Что ж… — Говорю я немного грустно. — Парк, цветы и ресторан отменяются.

— Не расстраивайся. — Утешает меня Тобиас. — Мы обязательно сходим куда-нибудь. Вот только узнаем, что хотят эти изверги.

— Угу. — Бурчу я. — Пошли одеваться?

— Дааа… — Теперь Тобиас говорит с какой-то долей грусти. Макс не оставит нас в покое, похоже, никогда…

Тобиас толкает дверь в кабинет Макса и пропускает меня вперёд. Я прохожу в кабинет и замираю. Тобиас врезается в мою спину. И тоже замирает. Эрик и Кристина очень заняты и не замечают нашего появления. Кристина стоит на стуле возле камина. Эрик топчется рядом.

— Я говорю, что это подлинник. — Утверждает Кристина.

— Дорогая, откуда ему здесь взяться? — Потирает шею Эрик.

— Я не знаю. — Горячо шепчет Кристина. — Но я даю руку на отсечение: она настоящая!

— Вы о чём? — Спрашиваю я, нарушая их спор. Кристина оборачивается и облегчённо вздыхает. Я догадываюсь, кого она ожидала увидеть на нашем месте.

— Эта женщина утверждает, что эта картина — подлинник. — Усмехается Эрик, тыча пальцем на полотно, висящее над камином. Я смотрю на Тобиаса. В его глазах просыпается азарт. Я перевожу взгляд на картину. Мазня какая-то. Какой-то непонятный собор.

— Я точно говорю, что это — подлинник! — Шипит Кристина.

— Что это вообще за размазня?! — Восклицаю я. Кристина смотрит на меня, как на дуру. Эрик смеётся в голос. Тобиас лишь чешет кончик носа, пытаясь скрыть улыбку.

— Ты что?! — Возмущается Кристина. — Это же известная картина Клода Моне "Собор в Руане" 1894 года! Ты что, никогда не слышала о таком шедевре?

Я закатываю глаза. Нет, не слышала. Если честно, меня живопись особо не интересует.

— Ладно! Дальше что? — Спрашиваю я нетерпеливо.

— Детка предлагает стянуть его в качестве трофея. И её даже не заботит, что эта вещица не её! — Смеётся Эрик.

— Ну, ну… — Тянет Тобиас. — Если это подлинник, а это, я уверен, именно он, Макс наверняка будет против. — Смеётся он, ударяя Эрика по ладони в знак солидарности.

— Дураки! — Обиженно надувает губы Кристина. — Трис, ну не будь бякой! Поддержи меня!

— Ах, да… — Оживаю я. — Знаешь, туда можно повесить что-то другое!

Мы весело смеёмся, а Кристина смотрит на нас свирепо. Я, конечно, согласна с парнями: Макс не оценит этот порыв… Да и Кристина, я думаю, понимает это.

— Рад, что вам всем весело. — Раздаётся голос Макса где-то позади нас. — Но, мисс Миллз, я бы прислушался к словам ваших друзей: я очень люблю живопись, в особенности те, которые вышли из-под кисти Клода Моне. — Кристина скрещивает руки на груди. Мы втроём замолкаем. — Доброе утро! — Говорит Макс и подходит ближе. — Сразу к делу.

— Естественно! — Бурчит Тобиас себе под нос. — Чашки кофе от вас не добиться…

— Мистер Итон, вы хотите выпить со мной кофе? — Неожиданно спрашивает Макс. — Извольте.

Мы все от удивления раскрываем рты. Макс на наших глазах заваривает нам всем кофе и ставит поднос с чашками на столик между диванами. Жестом он приглашает нас присесть. Мы нерешительно садимся, переглядываясь: Макс шутит или нет? — Теперь к делу. — Говорит Макс и берёт в руки дымящуюся чашку. — Три дня назад был похищен секретный объект из-под носа правительства. Объект формально не существует.

— Как мы? — Вырывается у меня.

— Нет, нет! — Возражает Кристина. — Мы существуем, но мы легко заменяемые агенты, верно?

— Всё сказали, дамы? — Выжидательно спрашивает Макс, строго смотря на нас. Мы с Кристиной замолкаем. Тобиас и Эрик усмехаются. — Если эта информация просочится в прессу, последствия будут катастрофическими. Поэтому правительство согласилось выплатить три миллиарда долларов. — Спокойно говорит Макс. — Сколько?! Мы вчетвером переглядываемся. Круто!

— Три… миллиарда… долларов? — Переспрашивает Кристина ошалело.

— Именно, мисс Миллз. — Кивает Макс.

— Шутите? — Вырывается у меня, но я замечаю серьёзный взгляд Макса и умолкаю.

— Что за объект? — Спрашивает Эрик.

— Это конфиденциальная информация. — Замечает Макс.

— Да ладно! — улыбается Тобиас. — Нам можно доверять. — Макс делает вид, что не слышал этого, и продолжает холодно смотреть на нас.

— Бросьте, шеф! — Вырывается у Кристины. — Мы же не какие-нибудь преступники! Мы — элита! — Макс, кажется, не преклонен. Он продолжает молчать. После чего осматривает нас внимательно.