Чтение онлайн

– Опричник? – тихо спросил Макар.

– Ты вообще из своей тачки навороченной носа не высовываешь, – отрезал Бальзаминов. – Ни в Кормакове, ни на поляне. Тебя никто нигде не видел, не слышал.

– Почему? Мне тоже интересно, – хмыкнул Макар. – И манера вашего общения с коллегой Слоновым, и тактика допроса. И потом мы с Клавдием всегда действуем на пару. И отвечаем вместе за свои деяния.

– Терминатор с одной рукой меня лишь подстрахует. Он наш бывший, сечет с полувзгляда, – бросил Бальзаминов. – А ты парень семейный. Я тебя впутывать в авантюру права не имею.

Он вытер салфеткой с «пикника» взмокшее от пота красное лицо. Расстегнул и передвинул на бок кобуру табельного пистолета под ветровкой. Выпил залпом остывший чай и сел за руль «Хонды». Смотрел отрешенно на Макара, спешно собирающего разоренный неудавшийся «пикник» в корзинку.

Кормаково оказалось типичным дачным поселком – с домами «шесть на шесть», новыми и старыми заборами, кустами боярышника вдоль узких улочек. План Бальзаминов вроде бы составил четкий. Но все сразу же пошло наперекосяк.

– Никого прежде петух наш не беспокоил! И соседи на кур моих не жаловались! Они не шастают по поселку! Они тихо сидят и несутся в курятнике.

– Вы не имеете права держать кур на участке! В уставе товарищества прописано – запрещено! Петух орет с трех утра. Спать мне не дает каждую ночь. Еще покукарекает – башку ему свинчу!

– Вы курицу мою вчера машиной своей задавили!

– Да! Она ко мне на участок проникла незаконно. А вы врете – они в курятнике не сидят! Шныряют, птичий грипп разносят!

На дачной улице кипел скандал: пара пожилых дачников – явно муж и жена – словесно пикировались с соседом – высоким мужчиной спортивного вида в футболке и дачных шортах. Участковый Бальзаминов остановился позади него. Тот, стоя спиной к дороге, поначалу в пылу спора даже не отреагировал на подъехавшую «Хонду». Макар и Клавдий, следовавшие за Бальзаминовым, сразу поняли – перед ними Слонов собственной персоной. Ругается с соседями.

– Курицу задавили! Что она вам плохого сделала? – жалобно выкрикнула соседка. – Мы с мужем на пенсии, у нас каждая копейка на счету, яйца в магазине не покупаем летом, свои клуши несутся, а петух необходим. Он производитель. А вы, Алексей Алексеевич… вы форменный живодер!

– Вы меня сейчас публично оскорбили! При свидетелях. Соседи слышали, в суде подтвердят. Если кур своих не ликвидируете, я приму меры и… – Слонов в горячке, видимо, даже не узнал сначала Бальзаминова в гражданской одежде, а Клавдия и Макара, вышедших из машины, он вообще принял за дачников.

– Привет, Слонов, – перебил его участковый Бальзаминов.

Лишь в этот миг его бывший коллега осознал – кто перед ним.

– Ты? Каким ветром? – изумился он, сразу меняя тон.

– Ваша сестра Майя – наша многолетняя добрая соседка никогда не возражала ни против кур, ни против пения петуха! – горячо выпалила пожилая дачница. – Царствие ей небесное, место покойное! Она понимала: мы не с жиру бесимся, а от нужды. А в кукареканье она находила шарм! А вы, теперешний наш сосед…

– Он ее убил, – громко внятно заявил участковый Бальзаминов. – Он – Алексей Слонов – убил свою родную старшую сестру из-за наследства.

Воцарилась гробовая тишина. Макар замер. В глубине души он внезапно восхитился Бальзаминовым. Убойный риторический прием тот применил сейчас вместо нокаута в гладковыбритую загорелую рожу бывшего сослуживца.

– Ты что плетешь? С бодуна? – Слонов выглядел ошеломленным.

– Я нашел Беню-Кота в лесу. Зря ты старался, расчленял его, обезглавливал – мы с экспертом его все равно опознали четко, – бросил Бальзаминов, приближаясь к нему. – Слушайте сюда все – соседи, люди! Он нанял урку замочить сестру, а себе соорудил железное алиби. А потом грохнул из того же пистолета Макарова и своего подельника, и еще двух несчастных пацанов – свидетелей, случайно застукавших его на месте преступле…

Лицо Слонова исказилось. Он резко отпрянул.

Клавдий, зорко следивший за ним, ринулся вперед, заслоняя собой от него лишившуюся дара речи соседку-пенсионерку.

– Не лезь! Я сам! – рявкнул Бальзаминов, выхватывая из-под куртки пистолет и…

Слонов не дал стрекача через открытую калитку на участок, где бы оказался в ловушке. Нет, он набросился на соседа-пенсионера, стоявшего от него в трех шагах, – выкрутил ему руку в болевом приеме, одновременно совершая удушающий захват сзади за шею.

– Брось пушку! – заорал он истерически Бальзаминову. – Не то и старику башку на… оторву! Ствол на траву и ногой ко мне! Ну?!!

И он в удушающем захвате с силой ударил соседа большим пальцем в горло, тот завопил от боли Его жена закричала. Участковый Бальзаминов медленно положил пистолет на землю. Ногой отшвырнул его к Слонову – но все же не прямо, а слегка в сторону. Слонов, удерживая обмякшего, стенающего заложника, потянулся к оружию, наклоняясь всем корпусом. Он исподлобья следил за Бальзаминовым, показывающим ему открытые ладони – я безоружен. На Макара и Клавдия он не реагировал, видимо, продолжая принимать тех за обычных дачников – гражданских лохов…

Все дальнейшее произошло в мгновение ока.

Слонов дотянулся до пистолета, схватил его, начал выпрямляться, удерживая соседа, и в этот миг Клавдий Мамонтов даже без разбега, развернувшись на месте, ударом ноги с лета достал его прямо в челюсть.

Выстрел!

От удара Слонов нажал непроизвольно спусковой крючок!

Пуля ударилась в землю у колес «Хонды».

Сам Слонов опрокинулся на спину. Его заложник тоже упал. Клавдий одним прыжком подскочил к Слонову и новым ударом ноги отшвырнул его подальше от соседа-пенсионера.

Выстрел!

Бывший майор уголовного розыска Слонов привык держать оружие крепко – он не выпустил его из рук и при новом ударе, когда почти перекувырнувшись через себя, отлетел к забору. Во время кульбита он вновь нажал на спусковой крючок непроизвольно, и… пуля пробила ему левую стопу!

Фонтан крови!

Макар вместе с соседкой бросился к ее мужу, тот от выстрелов пришел в себя, охал, стонал. А Бальзаминов и Клавдий ринулись к поверженному Слонову. Бальзаминов предупредил:

– Ствола не касайся! На нем его пальцы!

Клавдий встал на страже возле оружия – его до приезда опергруппы следовало оставить на месте.

Бальзаминов сгреб окровавленного Слонова за футболку, рывком дернул на себя и заорал ему в лицо:

– Гнида! Палач! Говори мне здесь и сейчас при очевидцах! Как нанимал Кота? Как планировал убийство сестры? Как потом мочил Кота и грохнул тех пацанов в лесу, наткнувшихся на тебя с его трупом у ямы?!

– «Скорую» вызови! Я ж кровью истеку! – вопил Слонов.

– Признавайся! Как, где и когда убил четырех человек?