Чтение онлайн

– Ты с кем-то разговариваешь?

– С Рексом. Он немного разнервничался из-за всего этого.

Морелли забрал у меня клетку, открыл пинком дверь и внес Рекса в кухню. Там поставил клетку на стойку и включил верхний свет. Это была старомодная кухня с устаревшими приборами и пластиковыми покрытиями. Шкафы были недавно покрашены кремовой эмалью, а на полу лежал новый линолеум. В раковине отмокала кастрюля. Похоже, на ужин у Морелли были спагетти.

Морелли достал из холодильника кварту холодного молока и принес коробку с печеньем «Орео» с маленького деревянного столика, прислоненного к стене. Взял с сушилки два стакана, сел за стол и налил в стаканы молоко.

– Итак, - начал он, - хочешь об этом поговорить?

– Сегодня вечером я была в Атлантик-Сити, охотилась на Максин, и пока меня не было, кто-то швырнул мне в окно спальни зажигательную бомбу. Вся квартира сгорела. К счастью, у миссис Карватт был ключ, и ей удалось спасти Рекса.

На секунду Морелли уставился на меня с непроницаемой физиономией копа на задании.

– Помнишь, в прошлом году ты купила пурпурные туфли?

– Обратились в прах.

– Проклятье. У меня были планы на эти туфли. Я провел несколько ночей без сна, воображая тебя только в этих туфлях.

Я угостилась печеньем.

– Тебе не хватает личной жизни.

– Кому ты говоришь. Я провел последнюю неделю, застилая кухню линолеумом.
– Он взял второе печенье. – Я заметил, ты водишь «бьюик». Где тот «CRX»?

– Помнишь, я говорила, что кто-то облили его бензином? Ну, так вот, «CRX» взорвался.

– Взорвался?

– На самом деле, он сначала загорелся. А потом взорвался.

– Хмм, - произнес Морелли объедая верхушку «Орео».

По щеке моей скатилась слеза.

Морелли перестал есть.

– Погоди минутку. Это что, в самом деле? Ты не выдумала?

– Конечно, на самом деле. А, по-твоему, почему я здесь?

– Ну, я думал…

Я подскочила, и стул опрокинулся на пол.

– Ты подумал, что я все выдумала, чтобы заявиться сюда посреди ночи и заползти в твою постель!

Морелли сжал губы.

– Давай начистоту. Вчера кто-то фактически взорвал твою машину и сжег твою квартиру. А сейчас ты хочешь перевести стрелки на меня? Ты просто ходячее бедствие! Да ты просто пиковая дама в гребаном спандексе!

– Я не ходячее бедствие!

Впрочем, он был прав. Я ходячее бедствие. Я как несчастный случай, которого постоянно ждут, что он обязательно произойдет. И я все-таки собиралась плакать. Грудь сдавило до боли, в горле словно застрял бейсбольный мяч, а из глаз хлынули слезы.

– Дерьмо, - выругалась я, вытирая слезы.

Морелли скривился и потянулся ко мне:

– Послушай, извини. Я не собирался…

– Не трогай меня!
– визжала я. – Ты прав. Я – катастрофа. Посмотри на меня. Я бездомная. Безмашинная. Истеричка. Какой охотник за головами впадает в истерику? Охотник-неудачник, вот какой. Не-е-удачник.

– Может, молоко сейчас не к месту, - предположил Морелли. – Возможно, тебе полезнее употребить бренди.

– А что еще хуже, - всхлипывала я. – Я проиграла сорок баксов в кости, и у меня единственной не было пистолета сегодня вечером!

Морелли обнял меня и прижал к груди.

– Все нормально, Стеф. Сорок долларов не так уж много. И куча людей не носит оружие.

– Но не в Нью-Джерси. И не охотники за головами.

– И в Джерси найдется парочка людей, кто не имеет пистолет.

– Неужели? Назови хотя бы одного.

Он отставил меня на расстояние вытянутой руки и усмехнулся:

– Думаю, нам стоит подняться и уложить тебя в постель. Утро вечера мудренее.

– Насчет постели…

Он подтолкнул меня к лестнице:

– У меня найдется лишняя спальня.

– Спасибо.

– И я оставлю свою дверь открытой на случай, если тебе станет одиноко.

А я закрою дверь на случай, если на меня нападет слабость.

* * * * *

Проснулась я полностью дезориентированной, уставившись в чужой потолок. Стены были покрыты выцветшими зелеными обоями с едва различимыми редкими виноградными листьями. Уютно на старый лад. Морелли унаследовал этот дом от тети Розы и немногое здесь поменял. Я решила, что простые белые занавесочки на окнах выбирались тетей Розой. Комната была маленькая, с кроватью королевских размеров и единственным комодом. Полы были деревянные, и рядом с кроватью Морелли постелил коврик. Это была солнечная комната и намного тише, чем моя собственная спальня, выходящая окнами на парковку. Спала я в футболке Морелли, и сейчас предо мной встала суровая реальность. У меня не было одежды. Ни чистого белья, ни шорт, ни обуви, ничего. Мне в первую очередь требовалась путешествие в «Мейси» за предметами первой необходимости.

На комоде стояли радио-часы. Они показывали девять часов. И этот день начался без меня. Я открыла дверь и выглянула в коридор. Вокруг было тихо. Никакого признака Морелли. На моей двери был пришпилен клочок бумаги. Он сообщал, что Морелли отправился на работу, а я должна располагаться здесь как дома. На кухонной стойке лежит для меня запасной ключ, а в ванной свежие полотенца.

Я приняла душ, оделась и спустилась на поиски завтрака. Я налила себе стакан апельсинового сока и пошла проведать Рекса.

– Никаких сомнений, прошлой ночью я вела себя, как идиотка, - поделилась я.

Рекс спал в банке из-под супа и не выказал ни малейшего участия. В качестве идиотки Рекс меня и прежде видел.

Я съела миску хлопьев и отправилась взглянуть на дом. Повсюду царили чистота и порядок. В буфете лежали основные продукты питания, кастрюли были не новые. Шесть стаканов. Шесть тарелок. Шесть мисок. Полки застелены бумагой со времен тети Розы. Кофеварка у него имелась, но он ни кофе не варил, ни завтрак не готовил. Никаких грязных тарелок. Никаких тарелок на сушилке. Морелли останавливался по дороге выпить кофе и еще чего-нибудь перехватить. Копов не просвещали насчет их прекрасных диет.

Я вспомнила мебель в гостиной с прежней квартиры Морелли. Практичная. Удобная, но не стильная. Она казалась неуместной в таком доме. Дома с террасой нуждаются в заваленном журналами кофейном столике и картинах на стенах.

Комнаты располагались в ряд. Гостиная, столовая, кухня. Поскольку Морелли жил в середине квартала, окон в столовой не было. Да это и не важно. Я как-то не могла представить Морелли, обедающим в столовой. В самом начале, когда Морелли только сюда переехал, я вообще не могла представить его в этом доме. Сейчас он уже ему подходил. Не то чтобы Морелли одомашнился. Больше казалось, что дом приобрел независимость. Словно они с Морелли достигли соглашения в сосуществовании и порешили на этом.

Я позвонила матушке и рассказала ей, что у меня случился пожар, и я остановилась у Морелли.

– Что значит «ты остановилась у Морелли»? Обожежмой, ты вышла замуж!

– Ничего подобного. У Морелли есть лишняя спальня. Я собираюсь платить ему арендную плату.

– У нас тоже есть лишняя спальня. Ты могла бы у нас остановиться.

– Я уже раньше пыталась, и ничего не получилось. Слишком много народа на одну ванну.

– С Анджи Морелли случится приступ.

Анджи Морелли – это мать Джо. Женщина, которую в Бурге в равной степени почитали и боялись.