Четыре подковы белого мерина
Шрифт:
– Анжела! Что с тобой?! Боже мой, чудовище! Ты пьяна?!
– Да ни фига, теть Лад, всего две бутылки пивасика! – Анжелка качалась, едва на ногах стояла.
– Родители твои где? – закричала Лада.
– Ну что вы кипятитесь-то, теть Лад?! Родители… Родители на даче – сезон закрывают. А у меня друзья были. Вы… это… теть Лад, маме не говорите только, ладно?! А то они меня убьют!
Лада заглянула за плечо девочки. В квартире было тихо, только на заднем плане где-то бубнил телевизор.
– Димка где? Ты слышишь меня? Где Димка???
– Ну что вы орете-то?! – зашипела Анжелка. – Соседи и так капают родакам каждый день на меня. Откуда я знаю, где ваш Димка?! Не было его тут!
– Анжел! – Лада с трудом держала себя в руках, стараясь говорить спокойно, чтоб не разозлить девчонку. – Где Дима может быть? Я звоню ему, а он не может разговаривать. Мычит только и язык заплетается!
– А-а, «заплетается», говорите! Ну, это он, наверное, грибов обожрался!
– Каких грибов?! Анжел, каких грибов?! Он их терпеть не может!!!
Девчонка усмехнулась:
– Не, ну вы даете, теть Лад! Это он жареные и в супе не любит, лесные всякие, ну, или шампиньоны… – Девчонка нетрезво икнула и покачнулась. – А есть такие, которые все любят…
Лада ничего не понимала. Какие грибы?! Где их мог Димка обожраться?! На дворе поздняя осень. Ну какие грибы?!
Она, кажется, это сказала вслух.
– Простые грибы, поганки. Мы как-то с ним вместе пробовали. Ой, просто как на другой планете побывали! У них, у грибочков, сейчас самый урожай! Место есть одно, недалеко от вашей дачи, кстати. Точно! Димас говорил, что собирается «по грибы»!
Лада протиснулась в квартиру, сдернула с вешалки куртку, бросила девчонке:
– Быстро оделась! Быстро, я сказала, если не хочешь, чтоб я твоих мать с отцом сейчас сюда вызвала!
Наверное, она была страшна в гневе, потому что Анжелка без лишних слов стала натягивать джинсы, качаясь из стороны в сторону. Потом надела разбитые кроссовки на босу ногу, куртку. Натянула по самые брови капюшон, спрятав под ним растрепанные волосы. Лада сама закрыла на замок квартиру и подтолкнула Анжелку к выходу.
В машине она достала аптечку, в ней нашла упаковку быстрорастворимого аспирина. Плеснула из бутылки воды в пластиковый стакан и бросила туда таблетку. Вода вскипела пузырями, а таблетка прыгала в стакане, как живая.
– Пей! До дна!
Девчонка, захлебываясь, выпила лекарство, икнула и вдруг заплакала.
– Что воешь? – резко спросила Лада.
– Теть Лад, простите, а? Простите! Только никому, ладно?!
– Покажешь, где эти грибы! – резко ответила Лада и так же резко даванула педаль газа.
Она ловко выбралась из города, минуя места вечных пробок, и полетела по шоссе, выжимая из маленькой своей машинки все, что можно и что нельзя. У дачного поселка притормозила, растолкала задремавшую Анжелку:
– Дальше куда?! Где этот чертов лес с этими чертовыми грибами?!!
– Да не лес! – хныкнула девчонка. – Теть Лад, это поле, туда, ближе к железной дороге. Там тропка была, а как на машине ехать, я не знаю.
– Мало тебя ремнем драли, – почему-то вдруг сказала Лада. – Что ж вы с родителями-то делаете, а?
Девчонка протрезвела и печально всхлипывала. Она, как подбитый из рогатки воробей, сидела съежившись, стянутая ремнем безопасности, сунув худенькие руки в рукава куртки: левую – в правый рукав, а правую – в левый, как в муфту. «Убила бы!» – с жалостью подумала Лада.
Они объехали дачный поселок и выкатились к полю. Даже не поле это было, а луг кочковатый, с пожухлой травой. Вдали – темно-синий лес неровной полоской, как на детской аппликации, вырезанной кривыми ножницами.
– Здесь?! – спросила Лада.
– Да, здесь. Только поле-то большое. Вы позвоните Димке, а то долго искать будем.
Лада набрала Димкин номер на своей мобильном. Гудки дозвона, и в ответ: «Абонент временно недоступен».
– Дима! – резко крикнула Лада и прислушалась.
– Димка! – повторила следом Анжелка.
…Они нашли его метрах в тридцати от дороги. Димка лежал, подогнув под себя ноги, на четвереньках. «Он маленьким любил так спать», – машинально подумала Лада. Димку трясло и колотило, а порой по телу пробегали волны-судороги.
Лада перевернула сына на бок и вздрогнула: глаза у него закатились, под ними залегли черные тени, лицо осунулось.
– Анжелка! Живо в машину, за водой! – Она бросила девчонке ключи. – Быстро, я сказала! Бегом!!!
Лада впервые видела человека в состоянии глубокого обморока. Ну, это она сама так определила – «глубокий обморок». А как еще сказать, если человек не реагирует ни на что, не слышит, дышит поверхностно. Что делать с ним, Лада не знала. Она расстегнула молнию на Димкиной куртке, прижалась ухом к груди. Сердце стучало, но… как-то не так. Лада не знала, как оно должно стучать, но ей показалось, что у Димки все не так.
«Искусственное дыхание «изо рта в рот» делается, кажется, так: три раза давишь на грудную клетку, с силой, потом зажимаешь нос пострадавшему и вдыхаешь ему в рот!»
У Димки были холодные губы. Лада накрыла ему рот бумажным платком, трижды даванула грудную клетку, зажала нос и с силой подула ему в рот. Повторила все в той же последовательности еще раз, потом – еще и еще. Димка шевельнулся и застонал. Глаза у него все так же были закрыты, но лицо посветлело.
Шумно топая, прибежала Анжелка с бутылкой воды.
– Вот, теть Лад, я и таблетки еще принесла, из аптечки.
– Давай! Воду просто, без таблеток!
Лада перекатила Димку на бок, примерила, как удобнее залить ему воду в рот. Вода вытекала, Димка не глотал ее. Тогда Лада повернула голову сына так, чтобы вода попадала внутрь, влила глоток и энергично потерла горло пальцем. Когда-то она так делала собаке – ветеринарный врач научил поить животное насильно при обезвоживании. Димка глотнул и закашлялся. Вода выплеснулась, но зато он открыл затуманенные глаза.