Четыре Стихии
Шрифт:
Заплаканные большие серые глаза неловко посмотрели на Лари. Лари словно потонул в них. Они были настолько красивые, что ему трудно было от них оторваться.
– Кажется, они отправились искать какую-то Берту, - сказала Джессика, хлюпая носом.
– Тебе бы, Лари, быть психологом, а не охотником, - улыбнулся Вильгельм, - Как я и думал, мы опоздали. Ну что, Фейников? Нужно идти к Оливии, надо опередить их на шаг, - продолжил Вильгельм совершенно серьезно.
– Нет, лучше сейчас отправиться за ними к Берте, я не думаю, что они успели ее так быстро найти, - как они ушли, ты видела?
– обратился профессор к Джессике.
– Они хотели скинуть меня в пропасть, - сказала Джесс, шмыгнув носом.
– Почему ты не двигаешься?
– наконец-то спросил Лари.
Он смотрел на нее и не мог понять, почему она сидит как прикованная и даже не встала, когда они сюда вошли.
– Они что-то сказали, и я замерла в этой позе, у меня все затекло, но я ничего не могу с этим поделать, - снова заплакав, ответила Джесс, - они обещали вернуться, мне страшно.
– Ивижо, - сказал профессор, надеясь на то, что они не поставили сильное заклинание, не ожидая, что кто-нибудь сможет обратить его.
Джессика встряхнула руками, наклонилась, все так же сидя в кресле, и потерла ноги снизу вверх. Откинула голову, ее волосы веером упали на плечи. Она медленно потянулась, наслаждаясь каждым движением. Встала с кресла и подошла к камину, уперев в него руками, опустила голову так, что ее лицо закрыли волосы и тихонько всхлипнула. Потом повернулась к профессору, заправила мешающуюся прядь волос за ухо и спросила:
– Вы спасете Энди?
В ее глазах было столько надежды и страха, что профессор невольно пожалел ее, но присутствие здесь и понимание того, что это она во всем виновата, выводило его из себя.
– Все было бы проще, если бы ты, дорогая Джессика, не приехала в замок, а сидела бы дома. Да попивала кофе, наслаждаясь чтением какого-нибудь женского романа, но нет! Тебе же надо было..., - профессор начал отчитывать Джессику, но его перебил Вильгельм.
– Фейников, не забывайся, у нас нет времени на выяснение отношений, либо...
– начал Вильгельм, а на лице появилась хитрая ухмылка, - давай отправимся к Оливии, иначе мы точно опоздаем.
– Дырявая башка, - сказал профессор, и обратился к Джессике, - объясни толком, как они ушли, и со всеми подробностями.
***
После недолгого монолога Джессики, в котором она рассказала, что случилось в замке, профессор очертил круг той же землей, которая помогла открыть портал ведьмам. В том самом месте, где показала Джессика. Профессор сел на колени в центре круга. Сел он не потому, что обязывал ритуал, а потому, что он боялся, что упадет после очередного заклинания, требующего много энергии.
– Синзревзар. Ситарбо. Йоркто от отч солырказ, - сказал профессор с нарастающей громкостью. Последнее слово в заклинании он прокричал так, что по всему замку разнеслись множество повторений эхо.
Наступила полнейшая тишина, все выжидали. Через пару мгновений маленькие песчинки земли затряслись, казалось все заходило ходуном под ногами, как это бывает при сильном землетрясении. Джессика невольно прижалась к Лари, обхватив своими руками его руку. Лари тоже было не по себе, но он не показал вида. Джессика очаровала его, и остальное было инстинктивно, он хотел понравиться.
Профессор сидел, опустив голову на грудь, и не мог подняться. Он оперся на вытянутые руки и попробовал привстать, но все тщетно. Заклинание, чего и опасался Фейников, отняло у него много сил. Капля крови капнула на пол из его носа. Но никто не заметил, профессор не двинулся с места, он глубоко набрал в легкие воздух. Тело разрывалось от боли, голова начинала кружиться. Ему стало страшно, а вдруг все-таки он отжил свое и может умереть прямо сейчас? Что тогда будет с этим ничтожным миром? Профессору почему-то вспомнилась его жизнь. Одинокая, скучная, серая, пустая, однообразная, начиная со смерти Эльвиры. Он ничего не сделал в этой жизни путного, а значит, ему пока нельзя умирать, он должен спасти это чертово человечество! Тогда и умереть можно будет спокойно. Да, в нем играли чисто человеческие чувства, он считал себя виноватым в происходящем и поэтому не мог спокойно сложить руки.
Края круга, выложенного землей, осыпались, образовав круговую дыру шириной с ладонь. От этого круга поползли трещины. С каждой секундой они росли на глазах. И все быстрее сползались в центр. От краев к центру постепенно начала осыпаться поверхность пола.
Осталась только часть, на которой сидел профессор. Неожиданно появился пол, и все с негодованием посмотрели на него. Но следом он полностью обвалился, и профессор упал вместе с ним, не в силах издать даже звука.
Вильгельм, Лари и Джессика остолбенели от увиденного, не понимая, что произошло. На несколько секунд замок погрузился в отвратительное молчание. Но после того как пол, где был открыт профессором портал, начал то появляться, то исчезать, молчание сменилось на множество оторванных фраз. Каждый перебивал друг друга, никто никого толком не слушал, началась паника. Джессика первой замолчала, и стала наблюдать за словесной битвой между Вильгельмом и Лари. Вильгельма перенасыщала злоба от того, что Лари безостановочно верещал, и его дикий страх перед пропастью, а точнее неизвестностью добавил последнюю каплю в смиренную чашу Вильгельма. Он не выдержал:
– Хватит!- закричал Вильгельм, сжав кулаки.
Его руки сплели в воздухе невидимую паутину. Вокруг Лари образовался поток ветра, который вихрем закрутил его к потолку. Вильгельм опустил руки и вихрь исчез. Лари с большой высоты шлепнулся об пол. Волна боли прокатилась по его телу, кожа покрылась мурашками. Он затих. Уперся руками в пол, поджал под себя ноги, ступнями плотно прижался к нему и соскочил на ноги, словно боли и не было вовсе. Но зато это помогло ему выйти из состояния паники. Он метнул на Вильгельма испепеляющий взгляд, на который тот не обратил внимания.
– У нас нет времени, - строго сказал Вильгельм, - надо прыгать, портал может закрыться, один Фейников не справится или, что еще хуже, его могут убить, тогда всё потеряет смысл.
Вильгельм подошел к Джессике, которая с испугом смотрела в пропасть то появляющегося, то исчезающего пола. Она стояла на самом краю. Он толкнул ее в спину. Это было бесцеремонно и подло, но на уговоры не было времени. Потеряв равновесие, ее бросило вперед. Оказавшись в центре круга, где через секунду открылся портал, она с криком провалилась в неизвестность.
– Лари, ты следующий, за меня не волнуйся, я-то точно прыгну, а вот в тебе я сомневаюсь, - сказал Вильгельм, - тебе как? Помочь или сам справишься?
Лари нехотя подошел к мигающему порталу, зажмурился. Посчитав про себя до десяти, он прыгнул в центр круга. Перед его носом портал исчез и появился пол. Лари ударился об него. Его тело лежало пластом, расстелившись внутри круга. Он тихонько застонал от боли, которая напомнила о предыдущей. Но через мгновение с криками уже летел вниз.
Вильгельм подошел к краю того же самого круга, где все чаще стал появляться пол. Немного помедлив, он прыгнул в центр. Стоя на ногах, он ждал, когда снова исчезнет пол, и он полетит вниз. Прошла минута, подходила к концу вторая, но пол так и не пропадал.
– Что за черт?- выругался он, не имея представления, что делать, если такое случится.
Уже прошло много времени, но портал так и не открылся, Вильгельм не успел, а как открыть портал снова, он не знал. К тому же, как в Фейникове, в нем не текла кровь ведьмы.
Небольшое волнение охватило его. Неужели его мечта так и не осуществится? Теперь Фейникова убьют, в этом нет сомнений. Ведьмы не будут с ним церемониться, у них есть Энди. Вильгельм ничем не сможет помочь, а значит, его надежда медленно умирала. Это было невыносимо, ведь счастье было так близко.