Чтение онлайн

После встречи все вопросы к телефонам сняли, а милиционеры бросились изучать – почему же самолет летел в Москву из Пакистана, не было ли там наркотиков? Не найдя ничего, «Евросети» ровно через месяц вернули 112 500 телефонов Motorola на $19 млн.

А потом произошло удивительное. Сразу после уничтожения С115 в Марьине Motorola обратилась за помощью к операторам сотовой связи. Она предоставила сотовикам номера IMEI – специального регистрационного номера телефона, уникального для каждой трубки. При каждом вашем подключении к сети сотовой связи оператор регистрирует номер IMEI вашего телефона, и он потом какоето время хранится в базе связистов. И уже летом якобы уничтоженные телефоны вдруг волшебным образом стали выходить на связь! Motorola пожаловалась в Генпрокуратуру, и те – уже официально – запросили у операторов данные по якобы уничтоженным C115, работающим в их сетях. Оказалось, что «воскресли» 30 000 из 50 000 телефонов «уничтоженной» партии. «Гудини отдыхает, Гудини – мальчик по сравнению с милицией», – смеется Разроев.

В октябре 2006 года прокуратура возбудила уголовное дело против милиционеров, торговавших C115. Ирина Зубарева из управления «К» уверяла «Ведомости», что воскреснуть телефоны не могли: их уничтожали целый день на глазах десятков журналистов. Один из свидетелей уничтожения рассказал, что посторонних посмотреть на уничтожение телефонов пустили только в первый день. Тогда зрителям показали 15–20 контейнеров, в каждом было около 1000 аппаратов – значит, в порошок стерли не больше 20 000 телефонов.

Когда у «Евросети» появились факты, что в России с якобы уничтоженными телефонами ходят две тысячи человек, она подала заявление в прокуратуру и добилась возбуждения уголовного дела. Правда, мне Левин рассказывает, что никакого дела «Евросеть» не возбуждала – он вообще был «против крови». А Разроев узнал о возбуждении уголовного дела от журналиста «Ведомостей», когда тот готовил статью в номер. Но это и неважно – по резонансному делу, которое обсуждали Буш с Путиным, прокуратура не могла не искать виноватых.

Фигурантами оказались несколько сотрудников управления «К» и следователь Латыш. Под суд пошли, как водится, только те, чья подпись стоит на ключевых бумагах. Подписавшего липовый акт об уничтожении телефонов сотрудника управления «К» Владимира Князева оштрафовали на 50 000 рублей. Около $2000! Это смешная сумма – если учесть, что «Евросеть» должна была заплатить Motorola за 30 000 распроданных милицией телефонов $600 000, а продать их собиралась вдвое дороже. Дмитрий Латыш отдал распоряжение уничтожить телефоны, и его до 2008 года периодически вызывали на допросы, пока он не уволился и не пропал. Через год он сам сдался властям, а в 2010 году получил год и три месяца в колониипоселении. «Обычная жадность погубила карьеру бывшего следователя Московской региональной прокуратуры на транспорте Дмитрия Латыша», – написала официальная «Российская газета». Еще в рамках этого дела подозревали оперуполномоченного 38-го отдела управления «К» Валентина Грошева и директора автономной некоммерческой организации «Национальный консультативный центр промышленной экологии и судебной экспертизы» Алексея Карпова – за экспертизу, признавшую телефоны Motorola вредными. Грошев даже провел в СИЗО четыре месяца. Потом его выпустили. Телефоны Motorola до их предположительного уничтожения хранились на складах компании «Стелс», но ее владельцев в тот раз не наказали. Потом «Стелс» оказался замешанным в другую громкую историю с перепродажей чужого имущества.

Остальные отделались легким испугом. Это выглядит невероятно после яркого выступления руководителей управления «К» в апреле 2006 года. Помните Мирошникова? «Вот вы за свои деньги приобретаете изделие, которое может нанести вред здоровью ваших близких»? – «Пока мы не исследуем, что этот аппарат не вредит, естественно, не можем выпускать на наш рынок»? Исследовали. Вроде бы убедились, что аппарат вредит. И выпустили исподтишка. И что потом? Одного оштрафовали на 50 000 рублей, другого посадили на год с небольшим. Причем тот, кого посадили, еще и не сотрудник родного управления.

Почему так вышло? Чичваркин говорит, что в Motorola его попросили оставить милиционеров в покое, и откровенно об этом жалеет. Он до сих пор считает: в 2006 году был реальный шанс раскрутить дело об уничтоженных телефонах и посадить настоящих организаторов «наезда» на «Евросеть» и перепродажи телефонов. Ими он считает руководителей управления «К» Мирошникова и Мачабели. В Motorola признают, что действительно попросили Чичваркина оставить милицию в покое. Дело в том, что у Motorola во всем мире ключевой бизнес – рации для военных и силовиков, и в разгар битвы за телефоны все российские силовые ведомства прекратили покупать рации американской компании. Но человек из Motorola уверен, что это бы ничего не дало: уволили бы Мирошникова, за него бы потом заступились его друзья из ФСБ – он сам пришел оттуда в МВД в 2001 году.

Удивительно другое. Почему в управлении «К» с самого начала действовали так самоуверенно и по сути сами себя загнали в безвыходную ситуацию, напоследок еще и опозорившись на всю страну? Журнал «Русский Newsweek» написал со ссылкой на слухи, что якобы весной 2005 года на Шереметьевскую таможню прибыл человек, представившийся посланником управления «К». Он обозначил новый дополнительный побор за ввоз телефонов в страну: $1 с одной трубки. Не такие уж большие деньги, если подумать: объем рынка сотовых телефонов в 2005 году был порядка 20 млн, так что речь шла о какихто $20 млн. Но Якову Ардашникову это предложение почему-то не понравилось, а потом начался передел выгодного рынка.

Мне тоже рассказывали похожую версию. Управление «К», похоже, было совершенно не заинтересовано в «обелении» рынка, ему нужно было лишь развернуть финансовый поток. Никто не ожидал, что импортеры все как один бросятся исполнять закон! Когда стало ясно, что доходный рынок утекает сквозь пальцы, потребовалось провести операцию устрашения, а в это время «Евросеть» как раз начала возить телефоны «Антеями». «Естественно, оборотни знали, что с документами все в порядке, но рассчитывали то ли на нашу робость, то ли на поддержку ФСБ», – предполагает Чичваркин. Он вообще стал первым бизнесменом в России, который публично возмутился незаконным арестом принадлежащих ему товаров и сумел добиться их возвращения. Остальные предпочитали договариваться или молча терпели обиды. По данным Чичваркина, весной 2006 года управление «К» ограбило сети Divizion, «Цифроград» и «Телефон.ру». «Цифроград» выкупил свои телефоны за 30% стоимости, Divizion лишился рабочего капитала и постепенно зачах, а «Телефон.ру» задолжал из-за милиционеров $10 млн компании Samsung. В апреле 2006 года сотрудники управления «К» арестовали склад «Техносилы» с электроникой на $30 млн.

А через три года на взятке попались два сотрудника управления «К», принимавших участие в аресте партии телефонов Motorola для «Евросети», Владислав Филиппов и Валентин Грошев. На них пожаловался председатель совета директоров компании «АРБ-Инкасс» Валерий Белозеров. Пятеро сотрудников управления «К» обвинили его фирму в проведении незаконных банковских операций и изъяли компьютеры с документацией. Начальник 38-го отдела управления «К» Владислав Филиппов, его подчиненный Валентин Грошев вместе с бизнесменом Антоном Чайкой потребовали за прекращение преследования $200 000 – коммерсанта милиционеры представили Белозерову как родственника генпрокурора. При передаче денег злоумышленники и попались. Чайку взяли с поличным, он согласился сотрудничать со следствием и поехал под контролем оперативников передавать деньги начальнику отделения 38-го отдела управления «К» майору Владиславу Филиппову. Тот встретил бизнесмена на новеньком Mercedes-Benz G55 AMG. Как только Филиппов пересчитал меченые купюры, его задержали с поличным. В карманах майора нашли 30 платиновых банковских карточек, 30 000 евро и несколько мобильных телефонов Vertu, писала газета «Время новостей».

«Евросеть» в 2006 году подала пример другим компаниям: с милицейским произволом можно бороться и добиваться, чтобы тебе вернули незаконно изъятые товары. Первые последователи у Чичваркина появились годом позже. Тогда же и возник термин «товарное рейдерство». В апреле 2007 года на складе московской компьютерной компании «Компоненты и системы» несколько дней хозяйничали сотрудники отдела по борьбе с экономическими преступлениями (УБЭП) УВД СевероЗападного административного округа Москвы. Они заподозрили «компьютерщиков» в контрабанде и вывезли со склада в качестве вещдоков технику – ноутбуки, системные платы, мониторы и т. д. – на 260 млн рублей. Адвокатам «Компонентов и систем» удалось одержать серьезную победу: они заставили следователей зафиксировать не только количество ноутбуков, мониторов и т. д., но и их серийные номера.

Владельцы «Компонентов и систем» понимали, что стали жертвами товарных рейдеров. Они не первый день работали на рынке компьютерной техники и знали, как устроена схема такого рейдерства. Товар у компании изымают как вещественное доказательство под прикрытием какого-нибудь уголовного дела, чаще всего – о контрабанде. Дело в том, что это так называемое преступление без потерпевших в отличие от краж, обмана потребителей и т. д. – а значит, и для возбуждения дела не нужно заявление пострадавших. Изъятое отвозят на склад фирмы, аккредитованной при Российском фонде федерального имущества (РФФИ). А потом по постановлению следователя решают, что товар скоропортящийся, или стремительно устаревающий, или хранить его слишком дорого – а значит, нужно его продать. Стоимость, по которой можно продать «испорченный» товар, должен посчитать специально нанятый оценщик вроде тех, что оценили мобильные телефоны в 5 рублей в 2005 году. Товар продают те же аккредитованные при РФФИ компании. Даже если законный владелец товара добьется, чтобы изъятие признали незаконным, ему вернут лишь то, что государство выручило, – те самые 5 рублей за один телефон.