Чтение онлайн

Купец поправил полотняный зонтик, защищавший его от палящих лучей солнца, повернулся и посмотрел в хвост каравана. Гвардейцы ехали тесной группой, завернувшись в серые покрывала и опустив головы. Тонкие длинные копья покачивались в такт движения коней. Юнь-Су знал, что их дремотное спокойствие – всего лишь иллюзия. Он не раз видел, как умеют биться эти опытные, бывалые люди. Да, поводов для беспокойства нет – каравану решительно ничего не угрожает.

Но когда впереди на вершине холма появился одинокий всадник, купец встревожился. Он ощутил леденящий ужас, точно наяву увидел призрака. Начальствующий над стражниками каравана десятник Ши-Цзо тоже заметил незнакомца и во главе пятерых бойцов поскакал к нему, оставляя за собой пыльный след.

Всадник неподвижно возвышался над степью, наблюдая за приближающимися воинами. Несмотря на жаркий день, его высокую фигуру скрывал толстый войлочный плащ, голову венчала меховая шапка-малгай. Ветер развевал длинную рыжую бороду, шевелил гриву белого жеребца. Оружия видно не было, но весь облик всадника дышал скрытой угрозой.

– Ты кто? Что тебе нужно? – хрипло пролаял от подножья холма Ши-Цзо. Жилистый, в стальном шлеме, он держал наготове тяжелый многозарядный арбалет. Через лоб и щеку десятника шел уродливый шрам, придававший его лицу выражение крайней свирепости.

– От тебя, воин, мне не нужно ничего! – звучным голосом ответил всадник.

– Тогда убирайся!

– Я на своей земле, – усмехнулся в усы незнакомец.

– Он не похож на монгола, – с испугом сказал десятнику один из гвардейцев. – У него разные глаза – один синий, другой зеленый… На последней стоянке погонщики что-то говорили о жутком демоне с разными глазами, объявившимся в степи…

– Я сказал – убирайся! – упрямо повторил Ши-Цзо, подняв арбалет.

– Ты гонишь меня? Почему? – удивился разноглазый. – Степь большая…

Палец десятника нажал на спусковую скобу. Ши-Цзо участвовал во множестве битв и знал – чтобы победить, стрелять нужно первым. В том, что человек на холме несет угрозу каравану, он не сомневался.

Тетива арбалета басовито загудела, тяжелая черная стрела свистнула в воздухе. Казалась, сейчас она выбьет всадника из седла…

Движением плеч сбросив на землю войлочный плащ, разноглазый в последний момент отклонился в сторону и стрела пронеслась в ладони от его шеи.

– Ты сам выбрал свою участь, воин, – теперь в голосе рыжебородого всадника уже не было прежнего благодушия. – Ты поднял оружие на неимеющего его. Это говорю я – Есугей Борджигин, прозванный Багатуром. Ху-рра!

Боевой клич монголов раскатился над степью. И тотчас же из-за холма ему ответил многоголосый рев и слитный топот множества копыт. Не менее сотни всадников вынеслись на пологий склон.

– Ху-рра!! – кричали они, нахлестывая своих низкорослых скакунов.

Большая часть монголов устремилась к каравану, несколько человек помчались на выручку своему предводителю. Но Есугею ничего не угрожало – гвардейцы предпочли не вступать в бой с непонятным и пугающим их человеком в меховом малгае. Они побросали мечи и копья в пыль.

Есугей тронул поводья и шагом спустился с холма.

– Почему ты выстрелил, воин? – спросил он у тяжело дышащего Ши-Цзо.

– Мне… мне стало страшно… – не в силах выдержать тяжелый взгляд монгольского вождя, китаец отвел глаза.

– Это плохо, – с сожалением покачал головой Есугей. – Быть может я бы и оставил тебе жизнь, но ваш Алтан-хан с помощью коварства татар захватил моего деда Амбагая и приказал прибить его железными гвоздями к деревянному ослу, а потом выставить на солнцепеке перед своим дворцом. На всех Борджигинах лежит долг крови…

Он резко выхватил из-за пояса короткий прямой меч-илд. Клинок блеснул в воздухе и голова десятника полетела под копыта коня. Обезглавленное тело некоторое время ровно держалось в седле, затем съехало набок и испуганный скакун унес его прочь.

– Этих тоже убить, – холодно распорядился Есугей, вытирая окровавленный илд о конскую гриву. Окружившие его дружинники-нукеры тут же перебили гвардейцев.

Тем временем основные силы монголов домчались до каравана и схватились с оставшимися стражниками. Те построились полукольцом, но степняки не стали бросать своих коней на отточенные жала цзиньских копий. Окружив врагов, они достали луки и воздух потемнел от множество стрел.

Монгольский лук, склеенный из деревянных пластин костяным клеем – оружие страшное и смертоносное. Он посылает стрелу на три сотни шагов, а с пяти десятков способен насквозь пробить шею лошади. Или тело человека, даже если он облачен в стальные доспехи.

Бой получился коротким. Вскоре все гвардейцы были расстреляны, раненых добили мечами. Погонщики и слуги купца, сдавшись без боя, молча, наблюдали за гибелью своих защитников.

Когда дрожащего от страха Юнь-Су подвели к Есугею, купец неожиданно захрипел, царапая ногтями горло, и свалился замертво.

– Его убило Вечное Синие небо! – торжествующе крикнул кто-то из нукеров. Остальные тут же подхватили:

– Да падет гнев Тенгри на головы всех слуг Алтан-хана и татар!

…Осмотрев товары, Есугей объявил погонщикам:

– Теперь я – ваш господин.

– Здесь человек, непохожий на караванщика, – крикнул из-за повозок нукер, толкая в спину мужчину в коротком зеленом халате, расшитом по швам красным шнуром. В руках тот держал дорожный мешок, из-за пояса торчала костяная рукоять ножа.

– Интересно, – Есугей приподнял бровь, разглядывая широкое, спокойное лицо. – Почему ты не смотришь мне в глаза?

– Я испытываю страх, господин, – ответил мужчина.

– Воин должен уметь превозмогать свой страх.

– Я – не воин.

– В степи все мужчины – воины, – не согласился Есугей. – На тебе тангутская одежда, но ты не тангут, не монгол и не ханец…

– Господин прав – я кидань.

– Как твое имя?

– К чему господину утруждать себя, запоминая все эти наши Ляо и Цаи? Зови меня просто: Звездочет, ибо такова моя работа – считать звезды.

Есугей нахмурился.

– Вечное Синее небо создало ночные звезды, чтобы путники могли угадывать по ним дорогу в степи. Зачем ты считаешь их? Это плохо. Это может прогневать Тенгри.

– Древние мудрецы Чань говорили: «Не ищи рогов на голове зайца и волос на панцире черепахи». По звездам я могу угадывать будущность и предсказывать судьбы людей, – смиренно ответил кидань.

– Вот как… Ты второй раз заинтересовал меня. Поедешь с нами. Эй, Даргутай, дай ему лошадь и не спускай глаз с этого человека. Я хочу, чтобы он предсказал и мою судьбу!