Чтение онлайн

– Узор вы получаете за счет введения сбора органических молекул из Туманности Ориона и шлейфа гейзера Энцелада. Полученный сбор помещают в глинозем со дна Тихого океана, служащий инкубатором. Образовавшуюся тягучую голубую жидкость вводят в подкожное пространство, где новый организм вступает в симбиотическую связь с хозяином. В результате сожительства образуется узор на кисти носителя, который диктует счастливую линию жизненного пути. Связь космоса и океана как источник истинности для каждого.

– Как расшифровать этот узор? – спросил мой сосед по парте – носом он уткнулся в узор.

– Для этого и существует в каждом городе головной офис с Оракулами на местах. Чип служит проводником между вашим узором и его толкованием компьютерной системой, которое происходит на основе накопленного опыта по дешифровке, – ответила учительница.

Мы все ощутили, насколько велико значение узоров и чипов.

– Второй этап – упорная работа по приведению Системы в порядок. Не каждый хотел обрести свое место, многие сопротивлялись. Великие Первые и Вторые Оракулы приложили огромные усилия, чтобы сейчас вы могли сидеть здесь. Лишь в единстве предрасположенного есть возможность будущего.

– Почему были те, кто не хотел обрести себя? – я прервала учительницу, чтобы не упустить ни одной детали.

– Сопротивление на начальных этапах неизбежно в связи с биологической сущностью человека. Все новое влечет за собой выход из зоны комфорта, даже если итог скажется на всеобщем благополучии. К сожалению, эти исключения доставляли массу неудобств, но со временем Совет Великих Оракулов нашел способ избежать подобные проявления враждебности.

– Как? – допытывалась я.

– Совет Великих Оракулов контролируют все, в том числе рождение каждого из вас, – она окинула меня тяжелым взглядом.

Я поняла – меня сканируют. Удостоверившись, что реакции со стороны Оракулов не последовало, учительница продолжила:

– Третий этап – формирование единого общества из людей, необходимых Вселенной в данный момент времени. Мы живем во благо Вселенной, а она за это дарует нам путь.

Раздался одобрительный гул одноклассников.

– Как понять, кто именно необходим Вселенной в данный момент времени? – у меня все еще оставались вопросы.

– Еще до вашего рождения по узору родителей можно определить возможное потомство и тот след, который оно оставит в истории. Зачатие накладывает изменение на узор матери, по нему определяется предрасположенность вашей личности. Новорожденному вводится симбионт и чип. Ваш жизненный путь начинается с одобрения Совета Великих Оракулов.

– Не каждый может появиться на свет? – спросила я, но ответа не получила.

Учительница замерла, а отмерев, урока не продолжила, чего-то ожидая. Чего именно – я поняла спустя несколько минут, когда пришли Оракулы.

Они объяснили ошибочность моих суждений. Решения Совета Великих Оракулов единственно верные. Именно они одобрены Вселенной. В целях искоренения губительного свободомыслия меня заперли в комнате, стены которой представляли собой проекторы. По центру стояла кровать, рядом стол со стулом, в углу унитаз и душ. Не сказать точно, сколько дней я провела в этом месте, но вспоминать об этом тяжело. На проекторах без остановок транслировался документальный фильм, разработанный в образовательных целях. Фильм содержал сцены насилия, жестокости и убийств из жизни предшествующих поколений. Я не могла сбежать от всего этого. Я закрывала глаза и уши, но мелькающий свет просачивался сквозь сжатые веки. Крики боли отзывались эхом, напоминая об ужасах, окружавших меня.

Когда меня выпустили из комнаты, я долго приходила в себя, отказываясь разговаривать с кем бы то ни было. Страшно и больно. Я наполнилась благодарностью Великим Оракулам, спасшим нас от кошмара, даровавшим не просто жизнь, а жизнь без боли – в радости и гармонии. А еще поняла, что нельзя настойчиво проявлять любопытство.

По прошествии семи лет сложно вспомнить точные кадры той ленты, но ужас, разрывающий мою сущность на части, остается в воспоминаниях. Как и сцена гибели влюбленных в объятиях друг друга. Вот он, крючок, за который я хватаюсь, пытаясь вытянуть на поверхность причины этого внезапного ощущения пустоты после вызова в зал Свиданий.

Удивительно, как много всего мы забываем, остаются лишь наши воспоминания и ощущения. Закрываю глаза, передо мной оживают кадры гибели влюбленных в объятиях друг друга. Я ощущала их боль физически, как и любовь, которая поразила меня. Сила их притяжения не позволяла закрыть глаза. Я следила за каждым их движением, вслушивалась в каждое слово. Я жила и умирала вместе с ними. Я хотела познать глубину их чувств, почувствовать себя любимой, нужной. Я сама хотела любить!

Война. Летящие снаряды, оторванные конечности, предсмертные крики, грязь и кровь. По земле ползла женщина. Ее волосы были растрепаны, лицо, руки, все ее одеяние измазано. Она ползла в самый эпицентр сражения, где виднелось легкое шевеление. Мужчина, по лицу которого бежала тонкая струйка крови. Он приподнялся, заметив женщину, но не сдвинулся с места. У него нет ног.

– Оставь меня, – закричал он ей из последних сил.

– Потерпи, только потерпи. Я вытащу тебя. – Она не плакала. Глаза ее сухи и наполнены решимостью и верой.

– У тебя есть шанс. Со мной ты не уйдешь, – на выдохе произнес мужчина. Его силы на исходе.

– Я же клялась, что не оставлю тебя. – Она ползла, а вокруг разрывались снаряды. – Потерпи, я рядом.

– Соня, – он закрыл глаза, опуская голову на землю, – прости меня.

– Не вздумай. – Она достала из сумки жгуты и начала перетягивать ему то, что осталось от ног. – Вот так, уже лучше. Осталось только выбраться отсюда.

– Соня, оставь меня, – произнес он белеющими губами.

– Да как ты можешь сдаваться! – Она ударила кулаком по земле, закусывая губу до крови. – Ты должен жить. Должен. Теперь только уйти… – она пыталась ползти, тянув его за собой. Толчок ногами от земли. Подтягивание руками.

– Я умираю, Соня, – шептал он.

– Нет. – Она не сдавалась, движение за движением.

– Поцелуй меня на прощание, – просил он.

Она остановилась.

– Поцелуй, – в бреду умолял мужчина.

– Миша, ты не можешь…

– Поцелуй.

Она осыпала его лицо жаркими прикосновениями, задерживаясь на губах. Он обхватил ее, крепко прижимая к себе.

– Прости, – и он замолчал.

Его рука петлей упала.

– Миша!

Она запрокинула голову, разрывая пространство диким криком. Мне страшно от этой боли, разрывающей живого человека на куски.

– Я не оставлю тебя, – бормотала она, тащив бездыханное тело.

Очередной снаряд упал в них, превратив влюбленных в месиво. Я потеряла сознание, перед глазами стояла пелена из слез.

Возвращаюсь в реальность. Мне хотели продемонстрировать отчаянность, ужас смерти, но запомнилось другое. Почему они рисковали собой? Какое обещание она имела в виду? В зале Свиданий при соединении суженых звучит клятва: «Пока смерть не разлучит нас». Это ли она вспоминала перед смертью?

Могут ли мои родители пойти на риск? Нет, и незачем. Спасибо Великим Оракулам, для этого нет повода. Любят ли они друг друга так, как те мужчина и женщина из фильма? Не знаю. Соединенные пары должны любить друг друга.