Чтение онлайн

Фримен подмигнул мне и — я даже не поверил своим глазам — чуть было не улыбнулся.

— Договорились, — неожиданно сказал он.

Через двадцать секунд, показавшихся мне бесконечными, на экране появилась средних лет женщина в форме.

— Ну, выкладывайте, — неприветливо сказала она.

— Прежде всего как можно скорее отправьте полицейский джампер к МНБС. Пусть позвонят мне, как только вылетят. Скажите им все, что сказал вам Фримен, — и я дал ей номер телефона своей машины. Она поджала губы, помедлила в нерешительности, но все же с большой неохотой сказала:

— Он уже в пути, — и отключилась.

Я посмотрел, как идут дела у Хартли, и присвистнул.

— Джанет, он уже слишком близко. Попробуйте оторваться.

— Не могу. Эта штука еле дышит.

Внезапно в задней части кузова образовалась дыра. Ветер со свистом ворвался в кабину.

— Вы оба в порядке? — спросил я. — Хартли мог продырявить не только машину.

— Да! — прокричал Брэд с заднего сиденья.

— Все нормально, — улыбнулась Джанет, и я облегченно вздохнул.

— Тогда подпустите его еще ближе. — Поглядев на дорогу, я коечто вспомнил.

— Что?

— Не спорьте, Джанет. Подпустите его поближе, а потом как можно резче сверните вправо, вон туда.

Джанет пожала плечами, но выполнила все в точности. Несколькими мгновениями позже, под скрип тормозов и визг шин мы свернули за угол. Я оглянулся и увидел, что «Лендэйр» по-прежнему висит у нас на хвосте.

— Черт побери?

— А вы чего ждали?

— Я надеялся, что он перевернется. В конструкции автомобиля есть дефект.

— Понятно, — задумчиво произнесла Джанет. Значит, вы хотите, чтобы я сделала еще один поворот?

— При первой же возможности, — кивнул я.

Хартли опять начал догонять нас, но в этот момент на экране появилась усатая физиономия пилота полицейского джампера. Я дал ему наши координаты.

— Я… я примерно в десяти минутах лета, — прикинул пилот.

Джанет сделала еще один правый поворот. Мне показалось, что наша машина рассыплется на ходу, но она выдержала. «Лендэйр» тоже.

Хартли неуклонно нагонял нас. Внезапно в ветровом стекле появилась еще одна дырочка, и мы с Джанет инстинктивно пригнулись.

Хартли был уже на расстоянии одного корпуса и заходил слева, намереваясь протаранить нас.

— Давайте сворачивайте! — завопил я.

— Но куда? Там же нет дороги.

— Не важно! Другого выхода у нас нет.

Джанет резко крутанула руль. Машина запрыгала по камням, и я больно стукнулся головой в потолок. Мотор заскрежетал, словно разваливаясь на куски, и готов был заглохнуть.

Я оглянулся. «Лендэйр» начал медленно выравниваться, выходя из виража, и казалось, уже прошел самую опасную точку, но тут он неожиданно вновь накренился и вдруг резко опрокинулся.

Словно гигантский ластик, он сперва высоко подпрыгнул, а потом, потеряв часть вращательного момента, величаво перевернулся через крышу.

Джанет остановила машину. «Лендэйр» несколько раз качнулся и тоже замер. В этот момент я был абсолютно уверен, что Хартли мертв.

Потрясенные, мы с Джанет остыли в каком-то оцепенении.

— Эй! — нерешительно позвал нас Брэд, но мы даже не пошевелились.

И только заметив в небе слабую звездочку, я наконец пришел в себя. Полицейский джампер снижался, превращаясь во вполне различимый на фоне звезд силуэт. Я смотрел на разбитый «Лендэйр», но не видел его: в алых отсветах огней полицейского джампера мне чудился горящий самолет Сэма.

— Как ты там, Брэд? — спросил я, не поворачивая головы.

— Все в порядке, пап. Все уже кончилось?

— Почти. — Я повернулся к Джанет. — Вы можете подъехать поближе?

Машина медленно поползла по камням. Впечатление было такое, будто вместо движущихся частей у нее битое стекло. Я включил комп и поймал МНБС. Наша передача подходила к концу — как раз началась последняя часть, посвященная «Дублинской Автомобильной Компании».

Синтезированный голос Хартли прочитал строчку из наиболее опасной для компании докладной. Со страшным — в буквальном смысле этого слова скрежетом машина остановилась.

— Ты останешься здесь, Брэд, — сказал я и, кряхтя, вылез наружу. Холод был зверский.

Я осторожно подошел к разбитому автомобилю. Джанет держалась чуть сзади. «Лендэйр» лежал крышей вниз, и юбка воздушной подушки бесстыдно смотрела в небеса. Гленн Хартли висел на перекинутом через плечо спасательном ремне. Сморщенные остатки аварийного пузыря мешали разглядеть его как следует. Краешком глаза я заметил полицейский джампер. Красные блики на искореженном корпусе «Лендэйра» становились все ярче.

Дверь со стороны водителя заклинило. Я попытался разбить стекло, но безуспешно. К счастью противоположная дверь с трудом, но открылась. На пассажирском сиденье лежал пистолет. Я взял его и, не глядя, бросил за спину, едва не угодив в Джанет.

Я собрался уже лезть внутрь, но тут чья-то рука похлопала меня по плечу.

— Подождите, Джанет.

— Это не Джанет, — ответил мужской голос. Я обернулся и увидел того самого усача, с которым разговаривал по телефону. — Пожалуйста, отойдите от машины.

— Офицер, — сказал я устало, — пока я буду подтверждать свои полномочия, этот человек может умереть, и мы потеряем ценную информацию. Лучше выступите в качестве свидетеля, ладно? — с этими словами я вновь повернулся к машине.

Мой блеф удался. Во всяком случае, когда я опять полез внутрь, меня не вытащили за ноги.

Хартли оказался крепче, чем я думал. А может, ему просто повезло. Правда, глаз он не открывал, но все же был живой и даже постанывал. Ремень врезался ему в грудь, а на лбу была неглубокая, но неприятная рана.

— Зачем вы убили столько людей, Хартли? спросил я достаточно громко, чтобы полицейский тоже услышал.

— Я… не понимаю… что… вам…

— Отпираться бесполезно, Хартли. — Я боялся, что он либо вот-вот умрет, либо, наоборот, очухается настолько, что потребует адвоката. Я, конечно, не отказался бы устроить ему небольшую пытку, но за моей спиной стоял полицейский.

Набрав в грудь побольше воздуху, я придал своему голосу как можно больше официальности и начал вдохновенно врать:

— Послушайте меня, Хартли. Два часа назад Шон Франке сделал полностью задокументированное признание. Он рассказал нам, как и почему вы подстраивали несчастные случаи. Как вы думаете, откуда мы узнали, что и где именно нужно искать и студии?