Чтение онлайн

– К сожалению, дело не только в деньгах. Скажу откровенно, донора подобрать невероятно тяжело, и, как правило, надежда в основном на близких родственников.

– Что вы имеете в виду?

– Самый высокий процент совпадения у родных братьев и сестер. Так что если вы готовы...

– Вы еще спрашиваете! Да я готов лечь на операционный стол немедленно!

– Вот и отлично!
– доктор ободряюще улыбнулся.
– Тогда в течение самого короткого времени мы проведем необходимые анализы и будем верить в успех.

2

Последующие дни прошли в напряженном ожидании, каждый телефонный звонок заставлял всю семью замирать от страха и надежды, и каждый раз трубку брал Илья. Наконец он прозвучал, этот долгожданный звонок. Доктор Гюнтер позвонил лично.

– Хорошо, что вы подошли к телефону... Вам необходимо немедленно подъехать в клинику, возникли кое-какие проблемы...

– Брату хуже?

– Нет, слава богу, его положение стабилизировано. Мне бы хотелось поговорить о вас, - врач помолчал, - и не расстраивайте родителей раньше времени. Просто скажите, что анализы необходимо повторить.

Впервые Илья понял, что означает выражение "идти как на Голгофу", внизу живота появилась противная холодная боль, руки стали ледяными и влажными. В больницу он вошел почти в обморочном состоянии.

– Я все понял, герр доктор, - тихим и каким-то обреченным голосом произнес Илья, - у меня обнаружено то же самое?

Доктор Гюнтер удивленно взглянул на трясущегося мужчину поверх очков.

– Отнюдь. С чего вы взяли?

– Но... вы же сами сказали, что речь пойдет обо мне...

– Да, - врач захлопнул папку, содержание которой перед тем внимательно изучал, - нам действительно необходимо поговорить. Признаться, я бы с большим удовольствием побеседовал с вашей матушкой, но, к сожалению, в ее состоянии это не представляется возможным. По правде говоря, вам я и вовсе не имею права об этом рассказывать, однако речь идет о жизни человека, и, может быть, не одного. Неизвестно, как перенесут смерть сына ваши родители.

– Значит, речь идет только о том, что я не смогу стать донором?
– со смешанным чувством отчаяния и облегчения спросил молодой человек.

– И да и нет.
– Врач выдержал паузу.
– Вы знали, что ваши родители являлись близкими родственниками?

– Да... По-моему, они двоюродные брат и сестра...

– Именно. А в их случае иметь детей чаще всего противопоказано. У вас там что, совсем не проводили соответствующих анализов перед близкими браками?

– Понятия не имею.
– Илья по-прежнему не понимал, о чем речь.
– Я уехал из Советского Союза совсем маленьким. Да что случилось?

Немолодой врач выдохнул и потер лоб.

– Видите ли, у ваших родителей одинаковое генетическое заболевание. Им ни в коем случае нельзя было иметь детей. Еще странно, что ваш брат дожил до такого возраста.

Молодой человек растерянно улыбнулся.

– Что значит - до такого? Ведь я значительно старше Федора.

– Старше, - лицо доктора Гюнтера приняло странное выражение, он помолчал и нехотя добавил.
– Но вы не их сын.

У Ильи потемнело в глазах. Он ожидал какого угодно известия, но представить себе хотя бы на секунду подобное...

– Вы, надеюсь... шутите?
– пробормотал он, вставая.

– Как вы думаете, сколько на свете врачей, способных шутить на такие темы?

– Но, может, это ошибка? Давайте я сдам все еще раз.

– Сомневаюсь, что в этом есть необходимость. Если помните, мы делали анализы два раза.

– Но... как это могло произойти?!

Доктор Гюнтер развел руками:

– Если бы ваши родители так ожидали результатов исследований, то я мог бы предположить, что они вас просто усыновили... Ваша матушка также вне подозрения, совершенно однозначно, что вы не являетесь даже ее сыном. Следовательно, что-то случилось в роддоме.

– Да что там могло случиться?
– Илья растерянно взирал на листы с результатами анализов, разложенные на столе.

– Можно только догадываться, что происходило в советских клиниках! Возможно, при коммунизме и дети должны были быть общими... Извините. Вас могли подменить, перепутать, все что угодно...

– Значит, если тот ребенок, я имею в виду их настоящего ребенка, сейчас жив, то можно было бы попытаться...

– Я бы не строил на сей счет иллюзий, - врач собрал документы в папку и отложил ее в сторону, - с такой наследственностью выжить было бы просто чудом.

– Так что же делать?

– Попробуйте оповестить всех родственников, дальних, близких, до десятого колена. Возможно, кто-то из них сможет стать донором.

– А сколько времени у нас есть?

– Мало. Максимально шесть-семь месяцев.

3

Шереметьево неприятно поразило Илью. Можно сказать, это была нелюбовь с первого взгляда. Главный международный аэропорт страны оказался темноватым, душным помещением, слишком маленьким и слишком грязным для своего уровня. Под низким, закопченным пандусом слонялись таксисты, больше похожие на разбойников с большой дороги.

– Эй, мистер, давай довезу! Недорого, долларов сто и поедем куда надо.

– Куда кому надо?
– мрачно поинтересовался мистер в тщетной надежде отыскать хоть какой-нибудь государственный транспорт.

– Неужели вас не встречают?
– послышался сзади женский голос.

Илья раздраженно повернул голову, но тут же улыбнулся: голос принадлежал миловидной девушке, летевшей с ним одним рейсом.

– Да, - смущенно засмеялся он, - признаться, не ожидал таких проблем: ни одного такси.

– Давненько вы, видимо, покинули родину. Ну что ж, придется вам помочь. Идемте.

– Куда? Куда надо?
– ему вспомнились зловещие слова извозчиков.

– На стоянку, - рассмеялась она.

Новая знакомая машину вела в раскованной московской манере, то есть не обращая внимания ни на дорожные знаки, ни на остальных участников движения, просто ехал человек по улице и все.

– Красивый город Москва, - осторожно начал беседу Илья (кто знает, что у этой девицы в голове).