Чтица Слов
Шрифт:
Тая!
Ещё чуть-чуть, и её разорвут на части.
Нет, не разорвут - утащат.
Тварь, перекинув брыкающуюся девчонку через плечо как мешок - коса, точно маятник, качалась из стороны в сторону, - направилась к завесе. Тая верещала и отбивалась. Кулачки сучили по кольчужной коже.
До завесы пять метров, три, два. Несколько шагов.
Если она окажется там, то не сможет найти выход. Или лишится рассудка. Навсегда свихнется, а вместе с ней свихнется и Иттан, потерявший смысл существования. Сердце на миг остановилось. Только на миг, потому что потом забилось быстрее, чаще.
Иттан прорывался, круша налево и направо. Меч резал, рубил, бил без разбора. Вонючая кровь заляпала драгоценную соль, лицо, волосы. Перед глазами всё алело.
В последний миг Иттан схватился за холодную ручку, выдернул девушку из бездны завесы.
И рухнул внутрь той, подпихнутый чьей-то когтистой лапой.
24.
24.
Тая.
Никогда ещё Тая не была столь мала и незначительна как в тот бесконечный час, когда сидела, притянув колени к груди, всматриваясь в подергивающуюся бездну завесы. Кругом воняло трупной сладостью от вспоротых внутренностей подводников. Берег был пуст. Локк умер, прижимая свой меч словно ребенка. А молчун выжил; играючи убил оставшихся тварей и, посоветовав Тае не задерживаться, ушел. Нет, не так. Вначале набрал в личный мешочек драгоценной соли, а уже потом ушел.
Но Тая не сдвинулась с места. Песчинка в море смерти и одиночества. Ни на что негодная. Бесполезная. Незначительная. Шагнуть вслед за Иттаном - значит раствориться в черноте. Остаться тут - и быть уничтоженной подводниками. Уйти - признать потерю.
Почему он кинулся за ней? Ну зачем?.. Чтобы Тая существовала с непосильным грузом воспоминаний? Она вздрагивала, когда в кронах заплетался ветер, и краснеющие листья облетали с деревьев. Зажимала уши руками. Боялась.
Ненавидела себя - за то, что не смогла уберечь Иттана от беды.
Ненавидела его - за то, каким необходимым он стал. Как воздух. Даже нужнее.
А секунды пересыпались в минуты, и вскоре холодное солнце высветило берег реки рыжим. Молочная пелена покрывала воду. Тая комкала в руке сырой песок.
И не сразу очухалась, когда из завесы вывалился светловолосый человек. Он, рухнув на живот, долго не мог надышаться.
– Живой!
– Тая бросилась к Иттану.
Мужчина поднялся как опоенный дурманным зельем. Стоял он нетвердо, часто моргал и водил перед собой руками. Тая целовала его: в аристократичный нос и в тонкие губы, и в брови. Рыдая от облегчения, она бормотала что-то нелепое, а Иттан твердил:
– Всё хорошо, видишь, всё хорошо...
Затем притянул Таю к себе, нашел губами её губы. Требовательный поцелуй горчил от слез. И после того, как тот закончился, Тая поверила: Иттан вернулся.
Только теперь она разглядела след на его коже, напоминающий пощечину: краснеющий, вздутый. Он покрывал оба глаза, виски и переносицу. А сами глаза будто посветлели. Или так только казалось?
Тая поводила пятерней у самого носа Иттана, но тот и не думал отстраниться. Смотрел куда-то вдаль, бесконечно моргая.
– Ты что-нибудь видишь?
– с замиранием сердца спросила она.
– Вижу, - и добавил неуверенно: - Тебя.
Лжет!
– Сколько пальцев?
– Тая выставила средний, указательный и безымянный.
– Три, - поколебавшись, ответил маг-командующий.
– Но всё как в тумане. Не переживай, думаю, это последствия завесы. Пройдет со временем.
Бездна пульсировала темнотой. Жадно поедала воздух вокруг себя, наполнялась кислой вонью. Она взяла жертву - пусть не жизнь, но зрение. Временно или навсегда - ещё предстояло узнать.
– Что там было?
– Тая взяла Иттана под руку, помогая ему сориентироваться, куда идти.
Долго думал перед ответом. На лице отразилась мука страдания. А глаза были совсем слепы - и Таю пугал этот пустой взгляд, не выражающий ровным счетом ничего. Так глядят издохшие рыбы, выброшенные на берег.
– Не помню.
– Иттан провел ладонью от переносице к губам, будто смахивая невидимую паутинку.
– Я слышал чью-то речь, но... Всё забыл. Не знаю даже, как выбрался.
– С силой зажмурился.
– Может, вспомню позже?
– Он яростно потер глаза.
– Кто-нибудь выжил?
Держась друг за другом, они миновали берег, и ветви деревьев приветственно цеплялись за одежду. Мох чавкал под ногами.
– Молчун, - Тая отвела ветку, пока та не ударила Иттана по лицу.
– Но сомневаюсь, что он пойдет в гарнизон. Скорее всего он дезертировал. Большинство соли отсырело и перемешалось с мокрым песком.
– Тая погладила мешочек на пояснице, куда она сложила две-три горсточки.
– Я забрала чистые остатки.
– Мы проиграли.
В голосе его слышалась горечь. Но Тая, крепко стискивающая теплую руку мага-командующего, не была согласна. Он выжил - а это победа. Самое важное, что есть у неё.
– Иттан, мы бы не смогли иначе.
– Тая нырнула под обваленным дубом, помогла перебраться Иттану.
– Подводники не дали нам шанса, специально напали скопом.
– Знаю.
– Он стиснул кулак, и Тая, не отпускающая его ладонь, охнула от боли.
– Прости. Голова ватная, не соображаю, что делаю. Я должен вспомнить, что было в завесе...
– Вспомнишь, - пообещала девушка.
Обратно шли дольше обычного, но когда впереди показалась крепостная стена с зияющей в ней дырой, Тая поблагодарила богов. Обошлось.
Дыру охраняли двое стражников, вооруженных алебардами. Тае они были незнакомы. но не казались опасными.
– Где остальные?
– поинтересовался левый.
Тая покачала головой. Правый понимающе склонил голову, но, едва девушка захотела провести внутрь Иттана, не позволил им пройти. Наставил острие на грудь.
– Постойте здесь.
– Что-то не так?
– Иттан попытался выхватить меч, которого не было в ножнах, и, нащупав пустоту, сложил руки на груди.
Он не видел первого храмовника, одетого в черное, вышагивающего к ним степенно и с непонятной самонадеянностью. Тая поджала губы.
– Здравствуй, маг.
– Храмовник стоял за спинами стражников, и широченная улыбка расползлась по его губам.
– Терк, что происходит?
– Иттан слепо сощурился.
– Где комендант?
– Схватить их, - елейным тоном приказал храмовник и подмигнул Тае.
– Что за бред? Отведите нас к коменданту!
Храмовник расхохотался в голос.
– Мертв ваш комендант. И вы, грязные отродья, вскоре отправитесь вслед за ним.
Тая не успела загородить собой Иттана - он получил в живот древком. Потеряв равновесие, бухнулся на колени. Извивающуюся Таю левый стражник ухватил за волосы, намотал косу на запястье и пинками потащил к казармам.