Чтение онлайн

И это есть следствие забвения Великого Нравственного Закона.

В ХХ веке в Христианском мире разрушена крепость института Семьи и потерян настрой на ценность и обязательность 3–4 детей в семье.

В этом наша главная проблема начала XXI века.

А диаграмма 3 показывает, что в исламском поясе, наоборот, — демографическая «погода» все теплее и теплее. Там не «осень», а «весна».

Ведь в ХХ веке Исламский мир не забыл Великий Нравственный Закон, а наоборот, все укреплял и укреплял действие этого Закона.

В заключение следует обобщить рассмотренное.

В России институт Семьи и ценность детей разрушила идеология коммунизма. В Европе — идеология либерализма.

Вполне допускаю, что коммунисты, отстаивая идею «рая на земле», руководствовались самыми благими намерениями. Но динамика русского народа в ХХ веке (диаграмма 1) и события последних десятилетий лишь подтверждает давным–давно известное: «Благими намерениями вымощена дорога в ад»! Это на словах «коммунизм — это светлое будущее». На самом деле коммунизм — это химера, которая вела нас, русских, в могилу вырождения.

Веками семья, рождение и воспитание детей — было незыблемой ценностью русского народа. Идеологи же коммунизма «передвинули» семью и детей с главной роли на задний план. Людям стали внушать: главное в жизни — это некие социально–экономические интересы. При этом русский народ был поставлен в такие условия, при которых растить и воспитывать 3–4 детей стало просто невыгодно. Русские муж и жена стали искусственно ограничивать рождения своих детей. Когда же идеологи Кремля сняли запрет на аборты, то в гинекологических отделениях больниц от абортов потекли реки русской младенческой крови. Итогом «развитого социализма» стало то, что в абсолютном большинстве русских семей детей осталось не более двух.

А это уже начало пути в пропасть вырождения. Причем, осознание гибельности этого не пришло ни в 1970-ые, ни в 1980-ые.

В 1990-ые на русскую жизнь обрушилась идеология либерализма с ее главным принципом — «самодостаточность личности». И большинство молодых русских семей сократили настрой — вообще на одного ребенка.

Идеология либерализма как главенствующая идеология властвует в Европе с начала второй половины ХХ века. Также допускаю, что идеологи либерализма, отстаивая идею «самодостаточности личности» руководствуются самыми благими намерениями. Но, как бы соблазнительно не звучали речи либералов и как бы красиво не сияли витрины, приоритет «самодостаточности личности» — это тоже химера ХХ века. Динамика диаграммы 2 показывает: Европа Пятнадцати тоже идет в могилу вырождения.

Можно добавить все либеральные страны мира: от Канады до Чили, от Японии до Австралии. Везде увидим одно и то же свойство второй половины ХХ века — сокращение настроя на ценность и обязательность детей, и сокращение демографического потенциала. А это прямой путь к вырождению.

Конечно, психология человека такова, что большинство не склонно смотреть вперед, предпочитая обсуждать сегодняшнее и вспоминать прошлое. Однако пытаться влиять на прошлое нельзя. Повлиять можно — лишь на будущее. Главное сейчас — это понять и осознать.

Послесловие

Спустя 10 лет после публикации. Сейчас в России масса политиков, отстаивающих свой «самый верный путь в XXI век.

Однако, как бы соблазнительно не звучали их речи, но если в их основе нет приоритета семьи и в ней нет настроя на 3–4 детей, то их идеи это такая же химера, как и коммунизм с либерализмом, паразитирующая на ранее накопленном демографическом потенциале народа. Люди, которые поверят в такую химеру, не могут рассчитывать на светлое будущее их детей.

Пора нам, русским, понять: не социально–экономические успехи решают судьбы народов. Все решает вырастание в большинстве семей — не менее трех детей. Пора осознать: в XXI веке будущее имеют лишь те народы, где большинство семей вернут в свою жизнь Великий Нравственный Закон.

А, когда понимание и осознание придет, то нынешний демографический кризис России будет преодолен за несколько лет — как это произошло после Великой Отечественной войны.

Однако надо торопиться: впереди пропасть вырождения.

О чем забыли Православные Балканы

Политологи в событиях на Балканах 1990-х видят разные причины. И вмешательство США и Запада. И руку «наркомафии». И много еще что.

Но, как правило, не видят, или не хотят видеть демографический фактор.

А события на Балканах — это классический урок «демографического отступления–наступления». То есть демографическое отступления одного народа ввиду наступления другого более плодовитого народа.

Чтобы наглядно представить начало демографических процессов, сопоставим увеличение численности: православных — сербов и македонцев и мусульман — боснийцев и албанцев в 1960–1980-х — таблица 1.

сербы

в 1,1 раза

боснийцы

в 2,15 раза

македонцы

в 1,2 раза

албанцы

в 2,1 раза

Увеличение прироста численности — это, прежде всего, прирост численности детей, по отношению к численности пожилого возраста.

Для примера, отношение численности 20-летних к 60-летним:

– 1950 год: и у сербов, и албанцев на одного 60-летнего — трое 20-летних;

— к 1990 году: у сербов — на одного 60-летнего — лишь один 20-летний, а у албанцев — почти четыре.

В человеческих множествах резкое превышение молодых над пожилыми приводит к резкому повышению амбициозности народа. Это, во–первых

Во–вторых, в Югославии, как и в СССР господствовал интернационализм.

Маршал Тито был настойчивым интернационалистом. Его политика вела к тому, что сербов в Югославии, «поставила ниже всех»!..

В общем, все как в СССР по Бухарину: «мы должны поставить себя в неравное положение с остальными национальными течениями».

В результате как и у русских в СССР, вырастание детей у сербов — сократилась до 1–2, а у мусульман увеличилась — до 5–7.

Прошло время подрастания одного поколения.

Подросшим детям албанцев и боснийцев нужны блага для жизни. И в 1990-х в Югославии все случилось по Закону Природы.

Босния. Еще в 1948 году боснийские мусульмане значительно уступали по численности православным сербам Боснии и Герцеговины. К 1970-ым их численности сравнялась: на 1 православного серба приходился 1 мусульманин. Но это в среднем. Соотношение же молодежи было совсем иным. К 1990-ым в Боснии на 1 молодого серба приходилось — уже по 5–6 молодых мусульман. При таком соотношении демографическое равновесие невозможно. Молодежь всегда и везде агрессивна. В Боснии началось то, что неизбежно должно было начаться. Конечно, нашлись внешние силы, которые подтолкнули события. Но они выполняли лишь роль детонатора. Начало процесса обусловлено «демографической миной» заложенной еще в 1940–1960-ые годы. Изменить ход событий не смогли и добровольцы из собственно Сербии.