ЖАНРЫ

Что делать (Черновая редакция романа, варианты, наброски)
Шрифт:

– Позвольте осмелиться попросить ручку поцаловать у вашего превосходительства.

– Хорошо, хорошо, {Далее было: Возьмите} Татьяна!
– Вошла старшая горничная.
– Найдите мое синее бархатное пальто.
– Татьяна принесла пальто.
– Это я дарю вашей жене. Оно стоит 150 рублей, я его только два раза надевала. А вот это я дарю вашей дочери, - Анна Петровна подала управляющему {Было: Павлу Конс} очень маленькие дамские часы с цветочками из довольно крупных брильянтов: - за них заплатила я 300 рублей. Я умею награждать и вперед вас не забуду.

Павел Константинович снова выпросил поцаловать ручку и был отпущен с новыми уверениями в милости.

Как {Едва} он вышел за дверь, Анна Петровна опять кликнула Татьяну. Попросить ко мне Михаила Ивановича, - или нет, лучше я сама пойду к нему. Она боялась, что посланница передаст лакею, а лакей {Вместо: лакею, а лакей - было: слуге сына, а слуга} сыну содержание известий, сообщенных управляющим, и {и таким образом} букет выдохнется, не так шибнет ему в нос от ее слов.

Михаил Иванович лежал {лежавший} и не без некоторого довольства ходом дела покручивал {покручивавший} усы. {Далее было: а. вскочил б. при виде матери встал} "Это еще зачем пожаловала сюда-то? ведь у меня нет {Далее начато: спиртов да от} нюхательных спиртов да гофманских капель от обмороков", думал он вставая при ее внезапном появлении. Но он увидел, что на ее лице написано презрительное торжество.

Она села и сказала:

– Садитесь, Михаил Иванович, и мы поговорим.
– Он сел. {Далее было: предчувствуя, что произошло что-нибудь чрезвы} Она долго смотрела на него с торжествующею улыбкою. Наконец произнесла:

– Я очень довольна, Михаил Иванович. Отгадайте, чем я довольна?

– Я, право, не знаю, maman, {Далее было: а. он не мог решить б. сказал он, затрудняясь} что и подумать; вы так странно...

– Вы увидите, что нисколько {вовсе} не странно. Подумайте, может быть и отгадаете.

Опять долгое молчание. Он теряется в недоумении, она наслаждается торжеством. Долгое молчание.

– Вы не можете отгадать, я вам скажу, - это очень просто и натурально; если бы в вас была искра благородного чувства, вы отгадали бы. Ваша любовница, - в прежнем разговоре Анна Петровна лавировала, теперь ей уже нечего было лавировать: {сдержи} у неприятеля отнято средство победить ее, и она дает себе полную волю потешаться над ним, - ваша любовница, - не возражайте, Михаил Иванович, - вы сами повсюду разглашали, что она ваша любовница, - мне все это было известно тогда же, не возражайте же, - это существо низкого происхождения, низкого воспитания, низкого поведения, - даже это презренное существо...

– Maman, я не хочу слышать таких выражений о девушке, которая будет моею женою.

– Я {Да я} и не употребляла бы их, если бы она будет {Так в рукописи.} вашею женою. Но я и начала с тою целью, чтобы объяснить вам, что этого не будет и почему не будет. Дайте же мне докончить. Тогда вы свободно можете порицать меня за все выражения, которые тогда останутся неуместны, по вашему мнению, - но теперь дайте мне докончить. Я сказала, что ваша любовница, это существо без имени, без воспитания, без поведения, без чувства, - даже она пристыдила вас, даже она поняла все неприличие вашего намерения...

– Что? что такое, maman? говорите же...

– Вы сами задерживаете {перерываете} меня. Я хотела сказать, что даже она, - она, понимаете ли вы, - даже она умела понять и оценить мои чувства, - и она, {Далее начато: присла} узнавши от матери о вашем предложении, прислала своего отца сказать мне, что она не пойдет против моей воли и не обесчестит нашей фамилии своим замаранным именем.

– Maman, вы обманываете?

– К моему и вашему счастию, нет. Она говорит, что... Но Михаила Ивановича уже не было в комнате при этих словах: он уже накидывал шинель.

– Держи его, Петр, держи его!
– закричала Анна Петровна. Петр разинул рот и остолбенел от такого странного распоряжения, - а Сторешников {Было начато: Михаил} уже сбегал по лестнице.

– Ну что?
– спросила Марья Алексеевна входящего мужа.

– Отлично, матушка. {Далее начато: Гово} Она уж узнала и говорит: как вы смеете? А я говорю: мы не осмеливаемся, ваше превосходительство, и Верочка отказала.

– Что? что? как? ты так сдуру-то и бухнул, осел?

– Матушка...

– Осел, подлец, убил, зарезал! Вот же тебе! {Далее было.- вот} - муж получил пощечину, - вот же тебе!
– другая пощечина.
– Нет, так тебя не проймешь, - вот как тебя надобно учить, - она схватила его за волосы и начала таскать. Надобно полагать, что урок продолжался немало времени, потому что Сторешников, {Было начато: Михаил} после всех долгих пауз и длинных назиданий матери вбежавший в комнату, еще застал учительницу в полном жару преподавания.

– Осел, и дверь-то не запер! {забыл зак} в каком виде чужие люди застают! стыдился бы, свинья ты этакая, - только и нашлась сказать Марья Алексеевна.

– Где Вера Павловна? Мне нужно видеть Веру сейчас же, - неужели она отказывает?

Обстоятельства были так трудны, что Марья Алексеевна только махнула рукой, - таков был Наполеон после Ватерлооской битвы, когда маршал Груши оказался глуп, как Павел Константинович, {Вместо: маршал Груши ~ Константинович, - было: Виллингтон и Блюхер стояли под Парижем} а Лафайетт начал буянить, как Верочка, {Вместо: начал буянить, как Верочка - было: ораторствовал в национальном собрании. После: Верочка - было: А любимец Марьи Алексеевны уподоблялся этому любимцу} - он тоже бился, бился, совершал чудеса искусства и остался не при чем, и мог только махнуть рукою и сказать: "отказываюсь от всего, - делай кто хочет что хочет, и с собою, и со мною".

– Вера Павловна! Вы отказываете мне?

– Судите сами, могу ли я не отказать вам.

– Вера Павловна! Я жестоко оскорбил вас, я виноват, достоин казни, но я не могу перенести вашего отказа, - и так дальше, и так дальше, - Верочка слушала несколько минут, остановила его.

– Нет, Михаил Иванович, я не могу согласиться, перестаньте, все будет напрасно; я не могу.

– Но если так, прошу у вас одной пощады: {Далее было: моя вина перед вами слишком еще} вы теперь еще слишком живо чувствуете мое оскорбление, не давайте мне теперь ответа, дайте мне время заслужить ваше прощение, - я кажусь вам легкомыслен, низок, подл, - посмотрите на меня: быть может, я исправлюсь, - я употреблю все силы на то, чтобы исправиться, - помогите мне, не отталкивайте меня теперь, дайте мне время, {Далее было: я заслужу ваше уважение} - я буду исправляться, я буду во всем слушаться вас, - вы увидите, как я покорен, быть может, вы увидите, что во мне есть и хорошее, - любовь совершает чудеса - быть может, она изменит меня... дайте мне время.

– Мне жалко вас. Я вижу искренность вашей любви ("Верочка, это еще {ты еще} не любовь, это смесь разной гадости с разной дрянью, - любовь не то: не всякий тот любит женщину, кому неприятно получить от нее отказ, {Вместо: кому со отказ, - было: кто готов себе пустить, пулю в лоб, получив отказ,} любовь не то".) {Против текста: Мне жалко вас ~ не то").
– дата: 21 декабр.} Вы говорите, чтобы я не давала вам ответа, - извольте. Но поверьте, что отсрочка ни к чему не поведет, - я никогда не дам вам другого ответа, кроме того, какой давала ныне.

Поделиться с друзьями: