Чтение онлайн

Когда Харп сблизился с целью, я получил второй повод для удивления. То бесформенное существо, что сейчас находилось под ногами смертного, когда-то было эллинским кентавром.

Да, они все были дикарями, любителями выпить и не сдерживали своих эмоций. Сложные соседи, если жить с ними под боком. Да и на пиру с ними лучше не пересекаться. Тем не менее, такого не заслуживал ни один из них.

Тимур появления соболя даже не заметил. Так и продолжал кружить, всё яростнее атакуя меня. Я же пытался придумать, как быть дальше. Использовать печати, даже задействовав в качестве промежуточного звена соболя, было невозможно. Вплотную к барьеру замерли Одарённые, которые внимательно за этим наблюдали. Стоит использовать хотя бы одно плетение — в бой вступит секундант Карганова. А следующее приведёт на арену ещё одного бойца их рода. Причём, каждый из них получит возможность использовать боевые печати. Интересный способ удерживать дуэлянтов от нарушения правил.

И пусть соболь немедленно рвался в бой, действовать нужно было тоньше. Что требовало времени. Сначала на размышления, а потом — на подготовку.

Соболь бросился в атаку спустя долгие пять минут. Перед этим отрегулировав ритм и частоту мерцаний так, чтобы оказаться максимально близко к призрачному состоянию того, кто некогда был кентавром.

Контакт между этими двумя обеспечивал не обычный канал связи, а облако между кентавром и ступнями смертного. Сформированное из энергии, которая находилась в призрачном состоянии — для того, чтобы усложнить обнаружение. Полыхающая аура смертного, сама по себе выступала неплохим прикрытием. А подобная маскировка повышала шансы скрытия всей схемы.

Именно по этой прослойке и ударил Харп. Перед этим окутавшись внешней оболочкой, тоже созданной из призрачной энергии и нарастив ей приличного размера когти.

Не уверен, что именно в этот момент почувствовал противник, но судя по его исказившемуся от боли лицу, приятными эти ощущения точно не были. Я же, максимально давя на хронопоток, устремился вперёд.

В этот раз всё вышло куда как удачнее — клинок прошил его энергетический доспех и вонзился в плечо. Бурлящая в каркасе смертного сила моментально зарастила рану, но теперь её стало меньше. А когда тот попытался отступить, то остатки кентавра не двинулись синхронно с ним. Медленно потянулись, оказавшись на расстоянии нескольких шагов.

Соболь продолжал терзать связку, которая позволяла Тимуру использовать заёмную мощь. Я же атаковал вновь.

Тот пытался защищаться. Даже смог парировать один из выпадов. Но вот остальные достигли цели — шпага трижды вонзилась в корпус соперника.

Каждый удар разрушал энергетический каркас Карганова. Выплёскивал порцию разрушительной силы, которая рвала внутреннюю структуру юноши.

Несмотря на мощь, которую я вкладывал в каждую атаку, изначально его резерва хватало. Каркас восстанавливался, плоть регенерировала, а Тимур продолжал бой.

Но потом острие клинка добралось до одного из его ядер. Не раскололо, но повредило настолько, что оттуда вырвался настоящий фонтан силы. Хлестнувший по каркасу Тимура изнутри. Растворяя его компоненты, испаряя плоть смертного и причиняя тому безумную боль.

До того, противник был напитан силой настолько, что буквально сиял. Так что остатки этого громадного резерва немедленно принялись за дело, стремясь восстановить повреждение. Я же сделал пару шагов назад. Замедлил время. И потянулся силой к существу, в которое превратили гордого эллинского кентавра.

Сейчас от него остались лишь жалкие ошмётки. По сути, энергия в чистом её виде, почти без плоти. Если где-то глубоко внутри и прятались крохи сознания, почувствовать я их сейчас не мог.

Остановив Харпа, который порывался добить «питомца» Карганова, я установил контакт. Надавил своей волей. И продемонстрировал тому крупицу чистой силы искры. Не искажённой смертной плотью.

Узнавание. Вот что моментально засветилось в ответной реакции бывшего кентавра. Не знаю, как насчёт полноценного разума, но какая-то базовая память у него осталась — тот узнал оттенки силы титана.

Всё, что оставалось дальше — привязать его к себе. Подчинить. И отправить в пространственное хранилище соболя. Шаг был рискованным — вздумай существо взбрыкнуть, ничего хорошего из этого не вышло бы. Но тот о сопротивлении, кажется и не помышлял. По крайней мере подобной попытки не предпринял.

Закончив, я позволил времени течь дальше. И двинулся к корчащемуся на земле Карганову. Жив он был лишь по одной причине — успел перед этим зачерпнуть вдосталь силы из кентара. На полную использовав мощь Древней расы.

Энергетический доспех лопнул. Шпага валялась в стороне. Но сам противник был ещё жив. Выгнувшись дугой, открывал рот в беззвучном крике.

Глянув в искажённые болью глаза, я медленно приставил острие шпаги к его горлу.

— Как ты там говорил? Сдерешь кожу с моих женщин? Сваришь их заживо?

Безумный взгляд смертного метнулся к барьеру, за которым находились его люди. Но от них помощи можно было не ждать — правил поединка я не нарушил, а соперник не произнёс слов о капитуляции.

Острие моей шпаги упёрлось в горло юноши и я улыбнулся.

— Попробуешь извиниться?

Возможно тот и правда был бы не прочь этого сделать. Когда оказываешься на волосок от смерти, жизненные приоритеты имеют свойство быстро меняться. Такова не только человеческая природа — любое разумное существо ведёт себя схожим образом.

Имелся лишь один небольшой нюанс — принимать его извинения я не планировал. Не от человека, который угрожал жестоко пытать моих соратников. При этом используя изувеченного кентавра. Не представляю, сколько боли потребовалось, чтобы превратить представителя Древней расы в то, кем он стал.

Потому я нажал на рукоять, вогнав клинок шпаги в его череп. А потом ударил божественной мощью. Окончательно разрушая структуру его каркаса и распыляя остатки разума.

Через пару секунд я ощутил мощный поток трофейной силы, моментально заполнившей каркас. На плече снова оказался Харп, который получал свою порцию энергии. А я в очередной раз удивился исчезновению души. Только что она была внутри тела смертного, а теперь исчезла. Как будто и не было её там вовсе.

В следующее мгновение исчез барьер. По воздуху прокатился мощный голос представителя Воронцовых, наблюдавшего за боем.

— Победителем поединка объявляется Алексей Соболев. Правила проведения дуэли нарушены не были. Мои поздравления.

Как только я вышел за пределы арены, рядом тут же оказалось вся моя сегодняшняя свита. Активно поздравляющая с победой.

Вот остальные гости такого воодушевления не демонстрировали. Какая-то их часть наверняка заметила сущность, в которую превратили кентавра. Не пропустив и его исчезновения. Другие просто не понимали, как реагировать. Каргановы были относительно известны в Уральском княжестве. Прежде всего, как род, который никогда не прощал ударов по себе. А их воины считались страшными бойцами. Теперь же младший сын главы рода был мёртв. Могу поспорить, остальные считали, что за этим последует месть. Вероятнее всего — вовсе новая война. Оттого никто не спешил пожать мне руку и выразить восхищение.