Чтение онлайн

Стрелы полетели именно в тот момент, когда я обернулся. А потом в нас врезался отряд самых настоящих копейщиков. Нанизавших на каменные древки сразу пятерых Одарённых. Включая двух солдат Долгорукого.

Взревев, тот обрушил на них облако жара. Сбоку, в ту же секунду, дико заорал один из младших Охотников.

— Господин!

Григорий. Сразу две стрелы. Одна угодила в лопатку, вторая в бок. Будь раны физическими — не проблема. Ранг силы Охотника позволял тому восстановиться. Но оружие тварей Лабиринта было пропитано чужеродной мощью. Наносившей куда более страшный урон.

В первую секунду никто не обратил внимания на раненого. У смертных сейчас хватало своих проблем. И вот тогда его младший коллега решил конкретизировать.

— Он один знает, как отсюда выбраться! Нас ещё не посвящали, — вот теперь стало понятно, почему его голос был настолько пропитан страхом.

Тяжело дышащий Долгорукий, который только что накрыл ещё одну группу големов, грязно выругался. После чего повернул голову к двум, всё ещё живым солдатам в мундирах своего рода.

— Прикрыть его! Дотащить до выхода живым!

Миг поколебавшись, они бросились к осевшему на землю Охотнику. А рядом зазвенел голос Воронцовой.

— Помочь им! Сдохните, но доставьте к арке!

К прикрытию раненного присоединилось двое бойцов её рода, один из которых тут же сформировал воздушную подушку, чтобы транспортировать смертного. Я же оглянулся по сторонам.

Позади — сотни и сотни каменных големов, которые надвигались мощной толпой. С плотной энергетической структурой — для того, чтобы разделаться с ними, придётся выкладываться на полную.

Впереди — шквал энергетических вибраций. Судя по которым, там нас тоже не ждало ничего хорошего.

Почувствовав мои мысли, Харп устремился дальше, проводя разведку. Я же посмотрел на Луку. В процессе юноша успел ещё несколько раз выстрелить, но серьёзного урона никому не нанёс. Что до плетений — Одарённый с ними был попросту не знаком. В том Лабиринте, который они использовали для заработка, смертный использовал силу интуитивно. К тому же был крайне слаб.

Придвинувшись, я окружил нас пологом тишины. Глянул на удивлённое лицо юноши.

— Ты веришь в то, что я Кронос? Великий эллинский титан, способный на всё?

Округлив глаза, он выдавил из себя нечленораздельный звук. Но всё-таки кивнул. Зато уровень веры у него сейчас зашкаливал. Не в меня, как Кроноса, естественно. Думаю, он сейчас вовсе не понимал о каком титане речь и зачем я про это вспомнил.

Тем не менее, это открывало мне доступ к его энергетическому каркасу. А проблему с детализированной клятвой, которая обеспечивала бы мне безопасность, я решил иначе. Сформировал в энергетической структуре парня печать, заставляющую его прервать любые действия, что могли нанести мне вред. Временное и не слишком элегантное решение, но сейчас подойдёт. С остальными разберёмся потом.

Что до сейчас — мы снова побежали вперёд. Только теперь Лука тоже был прикрыт энергетическим доспехом.

Воздух сверкал от вспышек силы. Разваливались на куски и плавились каменные воины. Сгорали и обращались льдом древесные змеи. Распадались в пыль руины домов, кричали умирающие Одарённые. Ярился Харп, впитывающий в себя трофейную мощь. Бурлил мой разум, в котором сияли проблески воспоминаний. Насыщенные вышли три минуты. Даже для меня.

Когда мы оказались около сияющей стены, за которой должен был находиться сквер Екатеринбурга, я бросил взгляд на Григория, которого уложили на землю. Мужчина ещё был жив, но в сознание так и не пришёл.

Рядом был только один из младших Охотников. Второго похоже убили в процессе — я даже не заметил, когда именно.

— Сможешь привести его в чувство?

Смертный заколебался, не зная, что мне ответить. Рядом заорал Долгорукий, обрушив волну жара на подступающую плотную толпу големов. А я замедлил время. И чувствуя, как бешено пульсирует искра, устремился к Григорию.

Опустившись на одно колено, впечатал ладонь в его корпус. И буквально влил в него немного божественной мощи. Такой заряд, попавший в энергетический каркас без установленного контакта с божеством, нанесёт ущерб. Особенно в перспективе. Однако на момент встряхнет смертного так, что тот должен прийти в чувство.

Время снова пошло, а Григорий захрипел, выгибаясь дугой. Скребя землю пальцами, заморгал, пытаясь сфокусировать на мне взгляд. Но я уже отступил назад, смотря на его младшего коллегу.

— Пусть делает то, что должен. Откроет нам выход.

Тот кивнул, сразу же склонившись к своему командиру. А я вновь пустил в дело воздушное лезвие, пустив его на уровне колен. В этот раз получилось срубить не меньше сотни каменных воинов, что заставило слегка застопориться остальных. Те банально валились на землю, сталкиваясь с упавшими соплеменниками.

Один из дворян ударил плетением в обратную сторону — прямо по сияющей стене арки.

— Мы все умрём! Сволочи! Ублюдки!

Не знаю, кого именно он подразумевал, но это была уже вторая истерика за время рейда. Слабы нервы у местной элиты. Хотя, возможно это был один и тот же смертный — предыдущего я не запомнил. Да и этого, спустя мгновение выкинул из головы.

Воронцова и Долгорукий снова ударили. Вместе и на сей раз — специально. С небольшой разницей во времени. Сначала раскалив камень, а потом резко его охладив. Полсотни големов превратились в крошево. Но позади было не меньше тысячи других. Жаждущих порвать нас на куски.

— Готово! Скорее!

Первым вперёд кинулся тот самый, только что истеривший аристократ. Следом ещё несколько человек. Я же толкнул Луку.

— Вперёд. Вместе с Варварой.

Дева посмотрела на меня таким безумным взглядом, как будто я тут собирался умереть. Даже потянулась поцеловать. Женщины во все времена были падки на романтику. Особенно на такие дешёвые приёмы — со смертью в бою или неизлечимой болезнью.

Когда я отстранился, в её глазах полыхнуло непонимание и гнев. Я же повторил команду.

— На выход! В арку! Сейчас.

В этот раз до неё наконец дошло — Варвара ринулась к сверкающей стене, моментально за ней исчезнув. Хотя, возможно просто обиделась.

Следом кинулся абсолютно ошалевший Лука, который вплотную наблюдал эту картину. А справа от меня раздался голос Воронцовой.

— Ты зверушку свою звать будешь? Он разошёлся.

Харп и правда вошёл в раж. Носился по рядам противника, буквально прыгая с одного на другого и отрывая им головы. А порой спускался под ноги, лишая каменных солдат конечностей.