Чтение онлайн

— Это интересная история. Мне бы хотелось, чтобы ты осталась со мной, и я бы почитала тебе свои любимые отрывки.

Со мной она никогда не говорила таким нежным голосом.

— Где ты была? Хотя неважно, — сказала тетя Лорена, когда я попыталась ответить. — Ты видела, что испачкала платье?

Желтая ткань юбки была помята и покрыта страшными пятнами, но это платье все еще оставалось моим любимым. Его фасон позволял мне одеваться, не прибегая к помощи служанки. Я втайне заказала несколько платьев с пуговицами спереди, что очень не понравилось тете Лорене. Она считает, что это придает платьям вульгарный вид. Моя бедная тетя изо всех сил старалась, чтобы я выглядела презентабельно. Но к несчастью для нее, я обладала уникальной способностью портить подолы и сминать оборки. Мне, безусловно, нравились мои платья, но им разве обязательно быть столь хрупкими?

Я увидела ее пустые руки и подавила вспышку нетерпения.

— Я была в саду.

Эльвира крепче сжала мою ладонь своей свободной и бросилась на мою защиту.

— Мама, она просто практиковалась в живописи, вот и все.

Тетя и Эльвира любили мои картины (Амаранта считала их детскими), и всегда следили, чтобы у меня было достаточно материалов для рисования и набросков. Тетя Лорена убеждена, что я достаточно талантлива, чтобы продавать работы многочисленным галереям, открывшимся в городе. Они с мамой уже распланировали всю мою жизнь. Кроме занятий с бесчисленными педагогами по искусству живописи, мне преподавали французский, английский, общие науки и историю, с особым упором, естественно, на Египет.

Папа следил, чтобы я читала те же книги, что и он, и его любимые пьесы, конечно же. Шекспир был его особым фаворитом, и мы цитировали друг другу произведения, играя в игру, правила которой были известны лишь нам двоим. Временами мы выступали для персонала, используя бальный зал в качестве домашнего театра. Поскольку папа спонсировал оперный театр, ему постоянно присылали костюмы, парики и сценический грим. Одни из моих любимых воспоминаний — как мы примеряли новые костюмы, готовясь к очередной постановке.

Лицо моей тети прояснилось.

— Ну, пойдем, Инез. У тебя гость, — я бросила вопросительный взгляд на Эльвиру.

— Ты сказала, что пришло письмо?

— Гость доставил письмо от твоих родителей, — уточнила тетя Лорена. — Должно быть, он встретился с ними во время своего путешествия. Не могу представить, кто еще мог написать тебе. Разве что какой-нибудь тайный кабальеро6, о котором я не знаю… — она выжидательно приподняла брови.

— Ты выставила прочь двух последних.

— Негодяи, они оба. Ни один из них не смог распознать вилку для салата.

— Не понимаю, зачем ты их приглашаешь, — сказала я. — Мама уже решила этот вопрос. Она считает, что Эрнесто будет подходящим мне мужем.

Улыбка тети Лорены померкла.

— Нет ничего плохого в том, чтобы иметь варианты.

Я изумленно уставилась на нее. Моя тетя была бы против принца, предложи его моя мама. Они никогда не ладили. Обе были слишком упрямы, чересчур самоуверенны. Порой я думаю, что именно из-за тети моя мама решила оставить меня. Она просто не могла находиться в одном пространстве с сестрой моего отца.

— Уверена, состояние его семьи делает его привлекательнее, — произнесла Амаранта сухим тоном. Этот тон был мне знаком. Она была возмущена моим договорным замужеством даже больше меня. — Это же главное, верно?

Ее мать пристально посмотрела на свою старшую дочь.

— Это не так, просто потому, что…

Я отстранилась от этой беседы и прикрыла глаза, дыхание замирало в горле. Пришло письмо от родителей, я наконец-то получу ответ. Этим вечером я смогу собрать свой гардероб, упаковать багаж, возможно, даже уговорю Эльвиру поехать со мной. Я открыла глаза и уловила морщинку, мелькнувшую между бровей кузины.

— Я ждала от них весточки, — объяснила я.

— Разве ты не всегда ждешь её от них?

Потрясающая мысль.

— Я спросила, могу ли я приехать к ним в Египет, — призналась я, бросив робкий взгляд на тетю.

— Но… но почему? — брызнула слюной тетя Лорена.

Я переплела наши пальцы с Эльвирой и повела нас внутрь. Мы шли очаровательной компанией, минуя длинный коридор, выложенный кафелем, втроем, рука об руку. А моя тетя шла впереди, ведя нас, словно экскурсовод.

Дом с девятью спальнями, залом для завтрака, двумя гостиными и кухней, способный соперничать с самым элегантным отелем города. У нас даже была курительная комната, но с тех пор, как папа приобрел в нее пару парящих кресел, туда больше никто не заходил. Кресла наносили ужасный ущерб, врезаясь в стены, разбивая зеркала и портя картины. Мой отец до сих пор сокрушается о потере виски двухсотлетней выдержки, бутылка которого хранилась в барном шкафу.

— Потому что это Инез, — сказала Амаранта. — Слишком хороша для домашних занятий, таких как вышивка или вязание, или любых других занятий для приличных леди, — она окинула меня взглядом. — Твое любопытство однажды приведет тебя к неприятностям.

Я опустила подбородок, задетая ее словами. Я не умела ни шить, ни вязать. Мне не нравилось ни то, ни другое, потому что я была ужасно плоха в таких вещах.

— Дело в твоем дне рождении, — сказала Эльвира. — Должно быть, тебя ранит, что их не будет, и я понимаю. Правда, Инез. Но они вернутся и в честь этого мы организуем грандиозное торжество. Пригласим всех симпатичных юношей, проживающих в баррио7, в том числе и Эрнесто.

Она была отчасти права. Мои родители пропустят мое девятнадцатилетие. Очередной год, когда мне придется задувать свечи без них.

— Твой дядя оказывает дурное влияние на Кайо, — фыркнула тетя Лорена. — Я не могу понять, почему брат финансирует большинство нелепых замыслов Рикардо. Гробница Клеопатры, ради всего святого.

– ?Que?8 — спросила я.

Даже Амаранта выглядела потрясенной. Ее губы слегка приоткрылись от удивления. Мы обе были заядлыми книжными червями, но я и не догадывалась, что она читала хоть одну из моих книг о Древнем Египте. Лицо тети Лорены слегка порозовело, и она нервно заправила за ухо выбившуюся прядь каштановых волос с серебристым отливом.

— Последнее исследование Рикардо. Я подслушала, как Кайо что-то обсуждал со своим адвокатом, вот и все.

— О гробнице Клеопатры? — спросила я. — И что именно ты имеешь в виду под финансированием?

— Кто такая Клеопатра? — спросила Эльвира. — И почему ты не назвала меня так, мам? Звучит гораздо романтичнее. Вместо этого меня назвали Эльвирой.

— Повторяю в последний раз, Эльвира — звучит величественно. Элегантно и уместно. Прямо как Амаранта.

— Клеопатра была последним фараоном Египта, — объяснила я. — Это все, что папа рассказал, когда они приезжали в прошлый раз.