Чтение онлайн

– Гессеммдеттей! – повторил Ддейхерг и указал на воду.

Воды, с тех пор как Марк смотрел на нее в крайний раз, заметно прибавилось, и это было видно совсем уже хорошо – небо разгоралось все ярче, становилось светлей.

– Гессеммдеттей, – сказал Ддейхерг еще раз, и шагнул здоровой ногой вперед – на север.

Они запрыгали, выбирая дорогу в россыпи «кубиков». Мост рассыпался по какой-то несусветно огромной площади – они шли минут десять (даром что медленно, но ведь десять минут), а россыпь параллелепипедов (они и ощущались ногой как чистой воды пенопласт) никак не кончалась.

Поток, сочно булькавший слева, «вспухал», можно сказать, на глазах. Рассвело уже так, что различались все мелочи интерьера; бросив очередной взгляд, Марк вдруг понял, что «кубики» – ставшие совершенно черными, словно вобрав мрак ночи и не выпуская его с наступлением утра, – «оплавляются», тают в воде. И сам поток становился другим – стал чернеть, стала появляться маслянистая жирность – чего не было еще минут двадцать назад. Вспомнилась та река, где пришлось ночевать, тогда, когда сгинул Гессех, – вода в которой обожгла руку.

– Они растворяются?! – он остановился, уставился на жирно блестящую воду.

– Гессеммдеттей, доо! – Ддейхерг дернул за руку, звякнув своими карабинами и цепочками – здесь, в бессветной глубине каньона они все равно заметно мерцали и переливались, почти так же ярко как радуги шлема. – Эдхоймесс тэеггейммдент, – он замер, воткнув палец в небо, и словно прислушиваясь.

Марк вслушался в булькающую тишину. Похоже, начинались слуховые галлюцинации – потому что ему показалось, что где-то в какой-то дали гремит гром. Снова задрал голову в небо – крапины превратились в большие пятна, ползущие теперь по глубокой голубизне так быстро, что казалось будто западная стена валится на восток.

– Мне все это очень не нравится, – снова посмотрел на Ддейхерга.

Они заторопились дальше. Наконец россыпь моста кончилась; к этому времени все сомнения в том, что «кубики» растворяются в черной воде, растворились также. Больше того, характерный запах – какой источала вода той реки – усилился; это была уже едкая вонь, от которой начинало даже щипать в глазах.

Снова донесся гром. Вода прибывала. Они ковыляли теперь под самой стеной; стало ясно, что через полчаса эта вода покроет все ложе каньона, и еще через полчаса, если они как-то куда-то не выйдут, им придется идти по колено, затем по пояс, затем так далее, и это, вполне вероятно, будет несовместимо с жизнью.

Рассвело уже целиком; солнце уже лучилось на тучах, и они освещали каньон словно огромные жемчужно-золотистые лампы. В этом волшебном свете вода казалась особо зловещей – Марк не мог избавиться от детского ужаса, что сейчас из воды вылезут жуткие щупальца и утянут в ужасную глубь. Вот, наконец, вода подступила к стене; осталась полоска камня шириной в лучшем случае метр.

– Блин, лучше б, наверно, было остаться там, – он оглядел поверху западную стену. – А здесь мы сейчас утонем! И очень, как видно, мучительной смертью...

Ддейхерг, можно подумать, все понял – потому что усмехнулся и покачал головой:

– Гейстентдемо, ведхетт, – и потащил дальше вперед, будто сам был в порядке, а хромал за ним Марк.

К этому времени характер стен изменился – они стали слагаться словно из многоугольных стержней, сплавленных в группы разнообразной длины и так образующих многоступенчатые «балконы». Ддейхерг, оказавшись у ближайшего настолько низкого, что до него можно было дотянуться, остановился, ухватился за край, подтянулся, и с легкостью выбрался на уступ. Марк ухватился за ним, попробовал подтянуться – и вдруг ощутил, что сил нет, вообще, нет чтобы просто один раз подтянуться.

Ддейхерг вытянул его на «балкон», поставил на ноги (опять же, словно калекой был его спутник), указал вверх. Уступы здесь появлялись уже так часто, что по ним вполне получалось преодолеть всю стену. Только сил никаких уже не осталось. Марк упал у стены, прислонился спиной, вытянул ноги; однако Ддейхерг, балансируя на здоровой ноге, вздернул за шиворот:

– Ххайнеммде хостэеххайнгсе, – доскакал до следующего уступа – своего рода маленький глинт, – подтянулся, выбрался на этот «балкон», обернулся. – Роо!

Марк (странно, такой внезапный упадок сил, может быт, связан с этой кислотной вонью?) подошел, подпрыгнул, повис на руках, сил в которых было «ноль минус один». Ддейхерг снова вытащил Марка наверх.

– По-моему, меня тошнит, – тот снова свалился, припал к стене. – Что это за ерунда?

И снова был вздернут на ноги.

На самом верху, под финальным участком стены – метров десять-двенадцать до края, – оказался незаметный снизу балкон, шириной метра четыре, шедший, похоже, по протяженности всего каньона. Здесь наверху стена испещрялась трещинами и пещерками. Ддейхерг, который на каждом уступе с возрастающей озабоченностью оглядывал бегущие тучи, все более жирные и тяжелые (Марк таких вообще никогда не видел – словно огромные комья мокрой фиолетово-серой бумаги), указал на ближайшую трещину:

– Векхенгсент оддетт! – подтолкнул к ней.

Доскакал сам, затолкал Марка (тот последние пять минут чувствовал себя так плохо, что темнело в глазах), протеснился. Они забились метра на полтора; Марк внутри, Ддейхерг снаружи. Гром, доносившийся последние двадцать минут все громче и жестче, вдруг обвалился так, что затряслись стены. Через минуту обрушился ливень. В пещерку проникла едкая вонь – глаза зачесались, в носу защипало, захотелось кашлять.

– Это что за хрень такая еще?! Откуда?!

– Тейстесхеммдетт.

– Я это уже слышал. И что?

Ливень длился недолго, пять-шесть минут. Марк, который все это время почти не дышал, наконец отдышался – ливень прошел, с ним ушла едкая вонь. Он пошевелился, но Ддейхерг тронул его за плечо:

– Могхедеххеммде.

– Не высохло, понял. Подождем. Нет, но как же все-таки так? Тейстесхеммдетт – и сразу такая хрень? Как такое возможно? Как вы докатились до такой жизни? Вообще просто.

– Вообще просто.

– Опять троллишь. Или у вас так принято? Повторять крайние фразы? Типа согласен? Ну тогда хоть понимать надо что повторяешь. Прекращай троллить, а то не дам тебе ттайргес!

– Ттайргес геэссейленг нгайсейнгдент, – голос снова стал жесток и властен.

– Да, да. Договорились ведь.

Наконец Ддейхерг счел возможным выбраться и извлечь из трещины Марка. Тот, совершенно без сил, рухнул на камень уступа; но Ддейхерг снова вздернул за воротник, запрыгал дальше на север – одной рукой держась за стену, уже сухую, другой – волоча несчастного спутника. Метров через четыреста стена справа просела, образовав понижение, в которое влился балкон. И еще через двести метров они, наконец, выбрались из каньона, и снова оказались на холмистой равнине.