Что ты сделал, дурак?
Шрифт:
«Кай, ребята без помощи с этим монстром не справятся… — пробурчал Вирт. — Ты знаешь, что можно сделать?»
«Знаю, — недовольно ответил тот. — Держи развертку плетения. Только учти, что накладывать его надо в промежутке между заклинаниями атакуемого, иначе отобьет, слишком опытен. А сразу после того, как он поплывет, накладывай сонное высшего уровня, подготовь его заранее. Я укажу точный момент атаки. В плетение придется вложить три четвертых твоих сил, иначе Алижана не одолеть, слишком силен оказался».
В сознании Путника возникла развертка плетения, и он тут же принялся выплетать его, вторым потоком сознания формируя сонное. Когда плетение было завершено, перед глазами возник обратный цифровой отсчет. В момент, когда единица сменилась нулем, Вирт швырнул конструкт, в который вложил почти все свои силы, в мэтра Алижана. Для этого пришлось создать отверстие в пологе инопространства. Ритуалист явно не ожидал атаки из аудитории и пропустил ее. Его сознание разбилось на осколки. Опытный менталист вскоре справился бы с таким состоянием, но просто не успел — на него обрушились сперва сонное заклятие Вирта, а затем аналогичные плетения оперативников. Мэтр Алажан зашатался и рухнул на пол, где был тут же спеленат и упакован в лишающие силы артефакты. Когда на его шее защелкнулся антимагический ошейник, архимастер ненадолго пришел в себе, попробовал дернуться, но уже ничего не смог сделать, только прохрипел:
— Кто?.. За что?..
— Согласно приказу ректора вы арестованы! — ответил старший оперативник, худощавый мужчина средних лет на вид, чистокровный человек. — За участие в заговоре радетелей «всеобщего блага».
— Идиоты… — продолжал хрипеть ритуались. — Всеобщее благо все равно наступит, что бы вы ни делали… Будьте прокляты!..
Его снова усыпили, после чего старший оперативник подошел к Вирту, представился Лорхом Хатаром и поблагодарил за помощь.
— Не за что, — улыбнулся Путник. — Одно дело делаем. Если это возможно, я хотел бы присутствовать при допросе. Алижан может попытаться сбежать на тот свет, и не каждый некромант его удержит. Думаю, вам не помешают пару защитных артефактов, которые вскоре доставят с моего корабля.
— Было бы неплохо, — кивнул Лорх. — Ректор предупреждал меня, что вы захотите присутствовать, так что никаких возражений. Подойдите ближе, воспользуемся моим портключом. В следственный изолятор другим способом не попасть, там серьезная защита.
Данный способ перемещения Вирт еще не использовал, поэтому ему стало любопытно. Из книг он знал, что портключ обычно создается из какого-то небольшого металлического предмета, желательно серебряного или золотого. Ведь мифрил или адамантит на это никто тратить не станет, хотя такой портключ способен работать неограниченно долго, в отличие от серебряных или золотых, теряющих свои свойства через два или, соответственно, три месяца. Но чаще всего использовали железные, способные на перемещение всего в течение декады. Ведь зачаровать новый портключ проблем для мастера и даже подмастерья пространственной магии не составит.
Пространство на мгновение словно смялось, и они оказались в большом пыточном подвале, о чем говорили специфические приспособления. Перед перемещением безопасники сообщили студиозусам, что лекции по ритуалистике отменяются, пока не будет найден другой преподаватель. Молодые люди и девушки выслушали объявление и поспешили разбежаться, явно желая сообщить родителям об аресте мэтра Алажана. Патрисию Вирт лично отправил в особняк, попросив не покидать его, пока он не вернется.
В изоляторе за арестованного сразу взялись, не приводя в сознание — этого не требовалось. Его раздели, просканировали и удалили внедренные в тело артефакты. Их оказалось немало, причем дорогих и древних, что подтверждало высокое положение мэтра в иерархии радетелей. А о том, что он принадлежал к таковым, говорила обнаруженная на правом плече татуировка, изображающая сложенные вместе человеческие ладони внутри вытянутого шестиугольника.
В этот момент Кай прислал Вирту развертку плетения и попросил передать ее местному некроманту. Затем энергоконструкт доставил артефакты, которые, возникли перед магами и были ими тут же исследованы, а затем задействованы, создав полог, не позволяющий душе уходить в белый канал.
— Простите, кто здесь некромант? — обратился Путник к стоящим у каменного алтаря, на который как раз клали мэтра Алижана, освобожденного от одежды и артефактов.
— Я, — повернулся к нему невысокий коренастый мужчина, в котором явственно видна была гномья кровь.
— Меня попросили передать вам вот эту развертку плетения, — Вирт вывел через имплант голограмму развертки. — Простите, я не особо понимаю, что это. По словам духа моего корабля, Кая, вы его уже знаете, это более аккуратный вывод души из тела, позволяющий легче освободить ее от обетов. Он переработал известный вам метод.
— Вижу, — кивнул некромант. — Вот эти блоки мне знакомы, а вот эти… Боги Бездны! Все же элементарно! Почему это раньше никому в голову не пришло? Отличный способ стабилизации. И очень простой! Передайте духу мою благодарность, это действительно поможет.
— Передам, — улыбнулся Вирт. — И извините, у меня предчувствие, что время сильно поджимает. Если Халадан уже знает, что его помощник арестован, то может что-то учинить.
— Да, пожалуй, начнем, — протянул менталист, нехорошо улыбаясь, затем повернулся к некроманту. — Работай, Локас.
Тот кивнул и принялся выплетать плетение изъятия души, добавив к нему показанные Каем блоки стабилизации. Полупрозрачная, корчащаяся тень отделилась от тела Алижана и зависла в воздухе над алтарем, удерживаемая ловушками душ особого рода. В дело тут же вступил краснокожий орочий шаман, весь изукрашенный татуировками. Бубен в его руках так и грохотал, душа беззвучно вопила, лишаясь защит, клятв и обетов. Без этого допрашивать преступника не имело ни малейшего смысла. Просто умер бы, если бы попытался что-нибудь выдать.
Закончив, шаман в последний раз ударил в бубен и посмотрел на некроманта. Тот кивнул, и завесил душу над телом. Возвращать ее обратно и позволять Алижану приходить в себя никто не собирался, рано. После чего кивнул менталисту, который снова неприятно усмехнулся и коснулся висков пленника пальцами, начав считывание памяти через связь души с телом. Одновременно и незаметно для него то же самое делал энергоконструкт Кая, который немедленно принялся за анализ получаемой информации. Хотя по поводу незаметности Вирт, как вскоре выяснилось, ошибался, поскольку менталист скользнул по нему ироничным взглядом и усмехнулся.
Как только считывание завершилось, настала фаза первичного просмотра полученного. Самую важную информацию Путник и менталист обнаружили одновременно, поскольку вскинулись, с изумлением глядя друг на друга, и в один голос выдохнули:
— В кабинет ректора! Срочно!
Глава XXII
Тимхок как раз обсуждал с Сархоком очередные меры противодействия радетелям, когда в кабинет без предупреждения ворвались Вирт Дар и Хрыз Рваное Ухо в сопровождении десятка лучших магов СБ, от некроманта до боевиков. Они без промедления начали закидывать декана Классического факультета бесчисленными плетениями, однако тот легко отбивал их, как-то странно похохатывая. В его глазах появилась странная туманная дымка, за спиной сгустился воздух, как будто там кто-то стоял.
— Что это значит?! — вскочил на ноги ректор. — Какого демона?!
— Он — на самом деле Халадан! — бросил через плечо Хрыз. — Нам удалось допросить Алижана, считать его память!
— Подтверждаю! — добавил Вирт, швыряя в Сархока срочно пересланный ему Каем через внепространственный прокол напоминающие скошенную пирамидку артефакт, зависший над головой того и принявшийся вращаться, сверкая тысячами огоньков.
Это оказалось для декана Классического факультета полной неожиданностью, видимо, с такими он никогда не сталкивался, поскольку застыл на месте, бешено дергаясь, словно муха попавшая в каплю патоки. Его лицо все время менялось, то становясь обычным его лицом, то лицом благообразного старика с роскошной седой бородой. Иногда проскакивали нечеловеческие черты, напоминающие черты демона. Однако все это вскоре прекратилось, и к Сархоку вернулась привычная внешность. Он еще пару раз дернулся, затем выдохнул: