Чтение онлайн

Но я мотаю головой:

– Не валяй дурака, нам самим хочется скорее это обсудить. – Я склоняю голову к ней поближе: – Лорен, у тебя состоялась помолвка! Это твой великий праздник!

Она делает глубокий вдох и встречается глазами с каждой из нас за столиком.

– Ну ладно. Не хочу никого сильно шокировать, но мы с Чарли это обсудили. И мы уже официально решили назначить свадьбу на субботу, 9 декабря.

Лорен делает паузу, и Джоэли ошарашенно переводит взгляд на меня.

– Этого года? – тревожно уточняю я.

Лорен отпускает кривую усмешку.

– Ну да. Я, конечно, понимаю, что впереди всего шесть месяцев, но нам с Чарли совсем не хочется тратить еще два года на то, чтобы все дотошно распланировать. Я уже достаточно повидала одноклассниц, что реально свихнулись на организации собственных свадеб. И Чарли на самом деле хочет проделать все это быстрее, не оттягивая. Он боится, что его бабушка с дедушкой долго не проживут, да мы и не собираемся устраивать что-то суперкрутое за границей, и…

Тут Джоэли яростно шипит, через столик наклоняясь к своей кузине.

– В декабре?! – с ужасом переспрашивает она. – Это невозможно, Лорен! О чем ты только думаешь?! Никто так, за полгода, свадьбы не планирует, Лоц! Вы же огребете себе кучу дерьма прямо по списку! Это просто немыслимо! Да на одно платье уходит месяца три-четыре – пока закажешь, пока подгонят по фигуре.

У Лорен расширяются глаза, она тяжело сглатывает.

Я пытаюсь действовать чуть более тактично.

– Мне кажется, ты все-таки, наверное, немного торопишься, – осторожно говорю я Лорен. – Ты уверена, что так уж, совсем нисколечки не можешь с этим подождать? Неужели тебе не хочется какое-то время побыть просто помолвленной, успеть насладиться этой восхитительной порой? И вообще, мне всегда казалось, что ты хотела бы выйти замуж летом, чтобы надеть открытое платье, без бретелек. Ты правда уверена, что хочешь устроить свадьбу именно в декабре?

Лорен делает глубокий вдох.

– Я все это отлично понимаю. Я знаю, что это крайне нелегко, но все же выполнимо, – внутренне собравшись, уверяет она. – И церемонию, и весь прием мы собираемся устроить в имении у отца Чарли. Верно, Симона? Так что с местом будущего мероприятия все уже определено. Осталось только разобраться с разными мелкими вопросами: шатер, цветы, украшения, меню, список гостей, приглашения… О, и, кстати, я заказала уже себе из-за границы пару дешевых платьев – ну да, пусть не таких уж и открытых, – которые очень похожи на свадебные, так что, думаю, вполне могут подойти. И ведь вы же мне поможете, девчонки, правда? – Тут она умоляюще смотрит на меня, после чего продолжает: – Я думаю, если мы побываем на паре свадебных ярмарок, то найдем там практически все, что надо. Согласны? Так что мне понадобится только как можно быстрее принимать решения и быть готовой к некоторым возможным компромиссам. Но мы вполне справимся с этим за шесть месяцев… Правда? – Замолчав, Лорен тяжело сглатывает, и я чуть не физически вижу, как бешено вращаются у нее в мозгах шестеренки.

– Ты сумасшедшая! – изрекает Джоэли, вскидывая перед собой руки. – Ты совершенно не представляешь, сколько всего надо подготовить для свадьбы! Скажи Чарли, что тебе дела нет до его бабушки с дедушкой, которые якобы при смерти, – уж прости, Симона! – и что ты хочешь устроить все это самое раннее будущим летом.

Симона глядит слегка обиженно, однако ничего не говорит. Лорен прикусывает ноготь большого пальца, и я хорошо вижу, как она мысленно просчитывает мощность будущего землетрясения. Я же непроизвольно начинаю быстро и тяжело дышать, понимая, что падет-то все это не только на нее. Нас всех ожидает сверхгигантский труд.

Лорен глядит на меня, отчетливо видя мой страх, и губы у нее начинают трястись. Она тянется к моей руке, ища в моем лице какой-то поддержки. И я делаю единственное, что только способна сделать.

– Не беспокойся, Лорен. Мы с этим делом справимся, – твердо говорю я и, взяв ее влажную, дрожащую ладонь, крепко-крепко ее пожимаю.

Шарлотта и Эймонн.

Здание городской администрации, Большой Манчестер.

Главная черта: малобюджетность. Церемония проходит в среду, что уже говорит обо всем сразу. А еще все вокруг со слезами на глазах толкуют о «счастье найти второй раз большую любовь» как о каком-то совершенно небывалом чуде – и это просто потому, что жениху с невестой уже за пятьдесят.

Меню: на закуску копченый лосось, далее – цыпленок, и меренги на десерт. Для вегетарианцев – красный перец, начиненный козьим сыром.

Подарок: совместное членство в Национальном фонде [8] с отдельными привилегиями. Цена: 135 фунтов.

Из сплетен: Несмотря на свои весьма немолодые годы, невеста на девичнике вздумала исполнить пол-дэнс. Как и следовало ожидать, в разгар танца она съехала с шеста и разбила нос. Теперь у нее оба глаза с бланшем, и на протяжении всего дня свадьбы она преследовала фотографа, всячески умоляя его отфотошопить снимки.

Мой банковский баланс: 305 фунтов стерлингов.

Когда Том, открыв входную дверь, видит перед собой меня, губы у него начинают мелко дрожать. Господи, благослови моего младшего братишку – как же с ним все не слава богу! Заметив рядом со мной еще двоих, он быстро берет себя в руки и с горячностью восклицает:

– О, привет! Подкрепление прибыло! – В его голосе заметно сквозит облегчение.

Я прихватила с собой Лорен – причем она сама настояла на том, чтобы пойти со мной. Мол, мне не следует «разбираться с этими придурками в одиночку». Я ей сказала, что для поддержки со мною отправится Уилл, но Лорен лишь махнула рукой.

– Твой бойфренд, конечно, чудный парень, Лайла, – снисходительно молвила она, – но для подобных ситуаций он слишком уж деликатен, слишком дипломатичен. Я этих ненормальных знаю половину своей жизни и уже давно научилась с ними управляться. Я тебя прикрою, если что, и о тебе позабочусь.

Чертовски люблю свою подругу Лорен!

Том, кстати, тоже очень любит Лорен – но уже не столь платонической любовью, – и, впуская меня с моими телохранителями в дом, обнимает ее на пару секунд дольше, чем следует.

– Слава богу, вы приехали, – говорит мне брат, отпустив наконец Лорен. И, притянув меня к себе, зловеще шепчет в ухо: – Они тут оба!

Чуть отстранившись от Тома, я кладу ему ладонь на плечо и устанавливаю прямой зрительный контакт, словно я армейский капитан, вдохновляющий своих солдат броситься на вражеские окопы и сгинуть в этой безнадежной атаке. Что на самом деле даже не является и аналогией – это как раз именно то, что происходит.

– Не боись, прорвемся, – решительно говорю я. – Они что, как всегда, разошлись по разные углы, демонстративно друг друга избегая?

Том, глядя на меня во все глаза, кивает:

– Да, именно! А еще каждый все время подзывает меня в свой угол, чтобы другого обо*рать. Я пытался делать вид, будто не замечаю, но это не прокатывает. Ты должна меня спасти! Папа говорит, что, когда матушка в следующий раз отправится в сортир, он пойдет порежет ей все шины!

Проясню с самого начала: родители у меня – вот уж сквернее не придумаешь! Я люблю их, разумеется, потому что они мои папа и мама, но тут уж ничего не попишешь – они совершенно ужасные люди! Развелись они несколько лет назад, и с тех пор для них словно ничего больше не существует. Единственное, что им интересно в жизни, так это лютая ненависть друг к другу, и только это дает им силы проживать каждый новый день. И тем не менее всякий раз, когда случается событие, подобное нынешнему – а сегодня моему брату исполняется двадцать пять, – родители настаивают на том, чтобы непременно оказаться вместе в одних стенах, всячески стараясь доказать, кто из них важнее и значительней. Когда я на неделе обзванивала их обоих, чтобы обсудить день рождения Тома, с каждым из них в отдельности разговор выглядел примерно так: