Чтение онлайн

В зале одобрительно загудели. Всем, кроме Гермионы Грейнджер, эта идея пришлась по душе. Директор переждал первое волнение и продолжил:

– Но я не могу позволить, чтобы в такое опасное время, как сейчас, студенты лишились возможности получать такие важные знания.
– Разочарованный вздох студентов.
– Поэтому этот предмет временно будет вести другой человек. Позвольте представить вам вашего нового преподавателя по ЗОТС… Люциуса Малфоя.

Воцарилась гробовая тишина, которая через пару секунд была взорвана шквалом оваций со стороны стола Слизерина.

Гарри не поверил своим ушам.

«Это шутка? Если да, то дибильная», - подумал он и посмотрел на друзей. Выражение их лиц Аля-Амбридж говорило обратное. Он медленно приподнялся и посмотрел на стол преподавателей. Оттуда на него, именно на него, смотрело четыре пары глаз.

Альбус Дамблдор смотрел на Гарри как на оборотня, который вот-вот начнет трансформироваться, Минерва Макгонагалл извинялась взглядом, как бы говоря: «Я тут не причем». Зато такой довольной морды у Северуса Снейпа не видел никто и никогда, тем более, когда его заветную должность в 101 раз отдали другому. Он уставился на Гарри, желая увидеть всю гамму чувств, отразившихся в этот момент на лице подростка.

Последнее лицо, смотревшее на него, было конечно Люциуса Малфоя. Что на нем было изображено, не описать словами: смерть, муки, пытки, садизм и море радости для последнего. Глаза его блестели, а улыбка могла заставить миссис Норис заново окоченеть, как на втором курсе.

Гарри почувствовал, как невидимый нож вошел в его спину. Темные стороны опять полезли наружу, отправляя уже достаточно надышавшиеся воздухом светлые назад, на дно. Лицо Поттера почернело так, что Гермиона и Рон отшатнулись от него в ужасе. Губы побелели, в глазах выступили красные жилки, во рту появился вкус горечи. Молча, он вытер губы салфеткой, и, не спуская глаз с Малфоя, встал из-за стола. Теперь ему был виден весь зал, а он - всему залу. Дети притихли. Назревала буря. Гарри понял, что еще мгновение и он… Но в тот же миг он резко повернулся и пошел к двери, ведущей из Большого Зала.

– М-мистер Поттер, вы куда?
– проблеяла Минерва Макгонагалл.

Почти у входа Гарри замер и сказал:

– В совятню!

– Зачем?
– одновременно десять голосов спросило его из зала.

– Отправлю письмо в клинику Святого Мунга о том, что директор Хогвартса окончательно тронулся умом!
– мстительным голосочком ответил Мальчик-у-которого-нервы-на-пределе и вышел.

Глава 6

ЧАСОМ РАНЕЕ. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА

Альбус Дамблдор сидел за своим рабочим столом и напряженно о чем-то думал. Вернее, о ком-то.

В данный момент, Мадам Максим, директор Шармбатона, вставляла ему палки в колеса. Они всегда относились друг к другу с прохладцей, а после треклятого Тримудрого турнира она заимела на него зуб. Ну? а после вынужденного путешествия в горы …к великанам… с Хагридом, она вообще поклялась его убить.

Кульминация наступила этим летом. Мадам Максим взбесилась! И все из-за преподавателя ЗОТС, который по непонятным ей причинам оставил пост, занимаемый им тринадцать лет, и решил перейти преподавать в Хогвартс. Это ее просто добило. И она начала мстить.

За пару дней до начала учебного года она устроила скандал, который закончился разборками между Министерствами магии Великобритании и Франции. Вот только этого Дамблдору и не хватала для полного счастья в этом году. Мистер Акане, который собственно и стал корнем зла в этой истории, вынужден был вернуться во Францию, так и не успев добраться до Хогвартса. Но он заверил, что решение этой проблемы займет не больше двух недель.

Альбус не сомневался в его словах, но это ж целых две недели, и кто будет вести занятия по ЗОТС в Хогвартсе все это время?

Северус Снейп, опять и опять, снова и снова, предлагал свою кандидатуру. Кончилось это тем, что он стал тенью директора и даже оставался спать в его кабинете.

И тут Дамблдора осенила блестящая идея! Его неизмеримый, с точки зрения науки, интеллект подсказал идеальную кандидатуру. Во-первых, он достаточно образован, во-вторых, не сможет ему отказать, в-третьих, это всего две недели, в-четвертых, он будет в поле зрения Альбуса, и это позволит его контролировать. Плюс это дает шанс выудить из него некоторую информацию. Конечно, многие не поймут, вернее, никто вообще не поймет причин такого решения, но и черт с ними. Пусть попробуют оспорить.

Наконец-то послышались шаги на лестнице и в дверь постучали. Альбус перекрестился и ответил:

– Войдите.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Люциус Малфой собственной персоной, а следом за ним Муди и Тонкс с такими счастливыми лицами, будто Рождество наступило на полгода раньше.

– А, Люциус! Я рад, что ты так быстро прибыл на мой зов, - дружелюбно поприветствовал гостя директор, жестом указывая, куда тому сесть.

– Быстро?! Да вы издеваетесь! Вы и ваши прихлебатели!
– гневно заорал Малфой, при этом стоявшие сзади авроры прыснули от смеха.

Альбус опешил. Ну, на счет «быстрого» он-то догнал. Его идея с запретом аппарации, с точки зрения аристократа, была очень жестокой. Тот, наверное, и дома не ходил ногами. Но что же так развеселило Муди и Тонкс? Малфой при виде их веселья даже мохом от злости покрылся.

– Э, кажется, я чего-то еще не знаю?
– переводил удивленный взгляд Дамболдор с одного посетителя на другого.

– Н-Н-Ничего-го-го плохо-х-охо-го-го-го! Ма-ма-малфой еха-ха-ха-л в одно-й-й-йй карете-е-е с Га-га-га-рри-и-и-и, - ржала, как лошадь, Нимфадора Тонкс, а рядом стоял и плакал, не то от смеха, не то от счастья Муди.

У Альбуса напряглось лицо. Он с подозрением посмотрел на Малфоя-старшего, пока тот «авадил» взглядом авроров.

– Не смотри на меня так, старый дурак! Ничего я твоему Избранному не сделал! Это он… мне… меня… Я его убью когда-нибудь, все равно!
– обернувшись, рявкнул ему в лицо Малфой.

Гениальная идея Альбуса уже не казалась ему такой гениальной. Он плюхнулся в кресло и стал ждать, когда у Тонкс и Муди кончится энергия, а Малфой перекипит.

– Итак, ты ехал в Хогвартс в одной карете с Гарри Поттером, и по твоей реакции можно судить, что поездка была неприятной?
– учтиво спросил директор.

– Хм, «приятная» и «Поттер» - два несовместимых слова. Эта жертва аборта пытала меня, между прочим, черномагическим заклинанием! А я, благодаря вам, не смог защититься от него, и моему здоровью был причинен серьезный ущерб!
– возмущался Малфой, плюясь во все стороны.

– О-о-о!
– удивился Дамболдор, хотя чему ему собственно уже удивляться - после Кикимера и Дадли.
– Ну, его можно понять…

Это было все, что он ответил Малфою. У того морда лица стала похожа на унитаз.