Чтение онлайн

Путь в 12 лет привел меня во Дворец Культуры, на второй этаж, в огромный зал, расположенный на месте бывшей библиотеки (сейчас этот зал разделен аж на три хореографических класса). В зале занимался большой коллектив – ансамбль бального танца «Грация». Как говорила Калерия Михайловна, руководитель ансамбля, главное: «Выйти, блеснуть и уйти!». У нас были шикарные блестящие костюмы полностью в паетках! Мы блестели и блистали! Шили костюмы сами себе и сами расшивали блестками. Какое красивое синее платье для «латины» мне шила моя мама! Моя мама умеет делать все! В этом, к сожалению, я не в нее. А вот танец совсем завладел всем моим существом! Мне поставили сольный танец, где я исполняла роль Айседоры Дункан, великой танцовщицы, жены поэта Сергея Есенина. Это была замечательная композиция, с отличным кордебалетом, продуманная и хорошо с режиссированная история жизни и гибели величайшей артистки. Я уже не представляла своей жизни без танца. Танцевала дома, на занятиях, на улице, помню, на гастролях мы с Владиславом Лебединец танцевали танго прямо на перроне Ярославского вокзала. У нас был дружный большой коллектив! В этом же ансамбле танцевал и мой родной брат Сережа. Одной из партнерш была чудесная девушка – Маша Задорожняя, теперь она Мария Анатольевна Усманова, заместитель директора школы № 5, уважаемый, взрослый человек. А когда я смотрю на нее – мне кажется, что нам опять по 16. «В полуденном саду жужжание шмеля» пел голос Александра Малинина и мы, в своих бальных розовых платьях выпархивали на сцену. Помню своего первого партнера по бальным танцам – это был галантный мужчина Виктор Прохоров, перед танцем он мне всегда говорил: «Мадам, можно Вас ангажировать на танец?!». Мне было 15, и я ни малейшего понятия не имела, что означает слово «ангажировать». А мой любимый танец, конечно, был – танго. Страсть и ревность, огонь и любовь! Особенно, когда ты молод и кровь кипит! Мы все были юные и счастливые! И как все молодые совершенно ничего и никого не боялись.

Вот один случай. Было мне лет 16, школу уже закончила, жутко тогда влюбилась в одного популярного Усинского певца, сами понимаете, первая настоящая любовь – просто сносит «крышу». Бегу, значит, на крыльях любви к нему в гости, а его нет. Стою на углу дома, думаю, что бы мне такое сделать – в голове куча планов мести. Я, значит, бегу к нему, а он меня не ждет, хорошо… Подходят ко мне два молодых симпатичных парня, а мне то ведь 16, я-то ж вся красивая и смелая, разговорились, покурили (тогда я курила длинные тонкие сигареты «More», и когда курила, то себе очень крутой казалась, кстати, брат мой родной научил, привет ему! Сейчас, конечно, вспоминать это смешно и как-то за себя неудобно, да и здоровье теперь очень жалко). Один, значит, говорит: «Понимаешь, любовь, если она настоящая, не должна уходить в быт, если любишь, то надо расставаться (тогда мне это показалось очень глубокомысленно, и, скорее всего, он тоже в это верил), поэтому мне надо расстаться с моей любимой девушкой, поможешь?». Я после таких речей не могла не «помочь» и пошла с этими незнакомыми парнями поздно вечером совершенно в незнакомую квартиру, где была куча народу (где была голова?! Вот же молодежь – смелая!). Мы зашли, типа пара, она сразу увидела нас и все поняла… Они расстались… Я посидела и решила, раз уже всем помогла, можно идти. Парень захотел меня проводить и по дороге домой пригласил зайти к другу на праздник. А я в то время, видать, была бессмертная, по ночам ходить с незнакомыми к незнакомым, и, конечно, согласилась. И пошли мы в клуб «Голливуд», что находился в подвале детской библиотеки. Там я поняла, что это был за праздник – один из небольших авторитетов города того времени вернулся из тюрьмы. Как вам вариант моего ночного рандеву? И самое удивительное, что я ничего не боялась! Мозг, видать, родился намного позже, чем мое тело, поэтому я всем верила, как ребенок. Сказали – праздник, значит – праздник! Посидев немного на этом «праздничном» мероприятии, уже под утро я решила пойти наконец-то домой. И представляете, меня благополучно проводили до подъезда. Либо авторитеты в то время были очень мирные, либо все-таки мне был послан очень сильный Ангел-хранитель. Но это не значит, что я была не симпатичная, поэтому никто меня и не задерживал. Судя по отзывам и комплиментам, я вообще была очень даже «ничего себе». Так что мне больше нравится думать, что я была чертовски хороша, и у меня был очень сильный Ангел-хранитель.

Кстати, о любви… Никогда бы раньше не подумала, что может так «сносить крышу»! Очень далеко и надолго. Ничего вокруг нет – только он! Мы познакомились на первом этаже Дворца культуры, в комнате музыкантов, куда я пришла на прослушивание. Как долго я готовилась морально, чтобы постучать в эту дверь! Был ноябрь. Мороз. Я в коротеньком мамином сером заячьем полушубке и, конечно, в черных лосинах и в замшевых маминых сапожках на высоком каблуке! А еще с распущенными ниже попы волосами! Сами понимаете – просто «звезда»! «Не плачь, еще одна осталась ночь у нас с тобой» – ныла я самую тогда популярную песню Т. Булановой на прослушивании в группу, которой руководил Алексей Антипов. К большому изумлению, меня взяли в группу. Мечты сбываются! Я буду певицей! Не зря же брат целыми днями слушал дома в моем исполнении песни группы «Мираж»?! «На свадьбах петь с нами будешь?» – «А что, можно?!» – Конечно!!!. Так я стала петь. И там я и встретила свою первую настоящую любовь. Как это было все по-взрослому! Первое свидание. Первый поцелуй. Это было 5 декабря и тоже во Дворце культуры (прям какая-то у меня тесная роковая связь с нашим Дворцом культуры). И первый раз не пришла вовремя домой. Эта любовь меня так затянула, что ничего уже вокруг не видела. Домой ночевать не пришла – мама плачет, отец ругает, а мне все равно – пелена перед глазами, и он! Для него все – и готовить научилась, и стирать, и убирать, и уют наводить, и петь, и ждать. Моя руководительница, Калерия Михайловна Ахмедова, увидев мою любовь, и что я просто летаю в облаках, хожу на вокал, а занятия, по ее мнению, пропускаю, сказала: «У меня не ансамбль песни и пляски, выбирай – либо танцы, либо песни!». «Танцы, это же моя жизнь!» – воскликнула моя душа. «Он – это мое все!» – ответило сердце. Выбор был сделан. Если вам кажется, что это был очень простой выбор, то ошибаетесь. Меня как будто связали, не давая свободно двигаться и дышать. Я смотрела на сцену теперь из зала, на свой родной коллектив, на свои любимые танцы. «Я ведь должна была быть там!». Многие подружки по танцам отвернулись и перестали со мной разговаривать. Руководительница через некоторое время позвала к себе в кабинет, я обрадовалась, как встрече с одним из самых родных людей. Пришла и услышала: «Пропали танцевальные бальные туфли, мы решили, что это ты взяла. Возвращай или сдавай деньги!». Вот это удар! Я не танцую, со мной не общаются и еще сделали воровкой! Шок. Рассказала маме, расстроила. Деньги. Где их взять? Мама – инженер, папа – тракторист, в семье два подрастающих ребенка, на дворе начало 90-х, бартер, дефицит, задержки зарплат. В общем, неприятная вышла тогда история. Но у меня же была любовь! Я продолжала петь, иногда выступать на свадьбах, и пошла работать нянечкой в ясли.

Мой любимый благодаря своим связям устроил меня, молодую и неопытную, на работу в детский сад. Теперь я – нянечка. Оказывается, это так непросто! С первого дня работы в моем лексиконе появилось новое слово – ветошь! Этой тряпочкой вытираем стол, этой тряпочкой вытираем стул, эта тряпочка для кастрюли, эта тряпочка для шкафчика, эта тряпочка для спальни, эта тряпочка для раздевалки, и так до бесконечности. Череда тряпочек. Отсюда берем, вытираем, сюда складываем, а в конце рабочего дня приходит суровая тетя и считает все твои тряпочки! Так что ясли – это просто отдельная глава моей жизни! Как можно жить с этими маленькими сумасшедшими созданиями, которые постоянно писают, какают в штаны, плачут, не слушаются, не хотят есть, мусорят, пачкают, не спят, а потом не просыпаются, не хотят гулять, а потом не хотят возвращаться? Мой мозг после работы в яслях решил, что дети – это не для меня! «Ладно, – думала я о себе, – поработала я до 18.00 и домой, и забыла об этих «чудовищах». А как же родители? А когда отдыхают от этих «монстриков» они? И это что – на всю жизнь?!». Родителям срочно нужно установить государственные каникулы от детей!!!

Как все-таки нас меняет жизнь и как меняются наши убеждения и взгляды! Говорят, если человек на протяжении всей жизни не поменял ни разу свои взгляды, значит, он не развивается. Теперь к детям я отношусь совершенно противоположно! Как можно жить без детей?! Вывод: я все-таки развиваюсь!

Так, о чем я? О любви. О сумасшествии, которое называют почему-то этим волшебным словом – любовь! Я дышала им. Думала им. Жила им. До самоотречения! До одурения. Первая любовь, наверное, самая сумасшедшая. С первой своей зарплаты в яслях я побежала в магазин покупать в его квартиру занавесочки. Беленькие. Любимый пришел, а дома красота. А он? На свой день рождения, подарил подарок мне – так мило! Помните, возле ДК раньше был рынок и в павильоне продавали разные красивые платья? Так вот, на свой день рождения он купил мне там черное, самое красивое на свете платье с прозрачными рукавами! Как мало нам для счастья надо. Внимание любимого. «Я дышала его дыханием, я ловила взгляд его глаз. На любом от него расстоянии что-то все же сближало нас» – мое «высокохудожественное» стихотворение. А потом, через какое-то время, я зашла не вовремя в нашу музыкальную студию, что была во Дворце культуры на первом этаже… У него на коленях сидела уже другая молодая симпатичная вокалистка. Так мне плохо еще до этого времени не было никогда! От нервного шока меня тошнило, голова шумела: «Как же так? Я же бросила свои танцы! Я наплевала на своих родителей! Я забыла своих подруг! А это для него была просто игра!». Жизнь стала серой и липкой. Я стала сама для себя противной и заброшенной. Потянулась череда одинаковых дней, в которых я никому не была нужна…. Но потом как-то мы помирились и жизнь заиграла красками. Снова не ночевала дома, опять вся жизнь ради него одного. И тогда моя мама решила, что все! Хватит! Завтра одеваемся и едем поступать в Сыктывкар! МАМА! НЕТ! Как же я уеду?! Я же его люблю!!! Но мама купила билеты, взяла меня и чемодан, и мы отправились в ненавистный Сыктывкар. Все как в тумане, в памяти лишь два события – знакомство с очаровательной воркутинкой Леной и известие о том, что я поступила. Эта «замечательная радостная новость» меня настигла в Звездном городке, куда мы поехали к родственникам после вступительных экзаменов. Как все вокруг обрадовались?! Шампанское! «Вы чего? Зачем? Я поступила?! Нет! Я ведь специально даже не готовилась! Ну, пожалуйста! Что, даже по русскому «4»? Я не хочу! А как же я буду жить без него? Я уже не умею?!». Сердце плакало…

Как вы понимаете, меня никто не слушал. И стала я студенткой Коми республиканского колледжа культуры им. В. Т. Чисталева (Кулёк). А что делали раньше все студенты перед учебой? Правильно! И я отправилась на «картошку» – совершенно безвозмездно помогать совхозу в деревне Черныш Сыктывдинского района в уборке картофеля. Жилья с девчонками в нормальном общем доме не хватило, и нас поселили в заброшенной полуразвалившейся избушке на краю села, с каким-то черным склепом на кухне, куда даже страшно было заглянуть. Это поездка – сплошная психологическая драма. Целый день мы, замерзшие городские девочки, привыкшие к теплым родительским квартирам, проводили на грязном холодном поле. А по вечерам во все окна и двери ломились к нам пьяные местные мужики. Как мы их боялись! Сжимаясь под одеялом на своих кроватях, мы не включали свет, делая вид, что в доме никого нет. Молча ждали, когда они, наоравшись, разойдутся. Холодно и страшно. Хорошо, среди нас была одна деревенская девочка – топила чем есть печь, но этого не хватало. Было сыро и зябко. Одежда от грязи и дождя до утра не просыхала и приходилось каждый день одевать влажные грязные вещи. Мылись на другом конце деревни в бане «по-черному» раз в неделю и дойти обратно до своей избы в полной темноте среди пьяного населения было подвигом! Там я узнала, что такое баня «по-черному». Это когда такая баня топится, дым из печи идёт через дверь и маленькое окошко (трубы ведь в нет), именно поэтому она и называется «баней по-черному» – она изнутри покрывается копотью: и стены, и потолок, и лавки для мытья, и полок. Мыться в таких условиях у нас получалось не очень. От всей этой грязи, недосыпа, жутких условий труда и «отдыха», а также нервного напряжения все мое тело начало чесаться и болеть – невозможно было дотронуться. С трудом одевала на свои больные ноги – сапоги… Вы скажете, а где милиция? Куда смотрели педагоги? Если честно, то педагогов там я вообще не помню, чтобы кто-то был, а вот милиционер был. Правда, один! Зато Владимир Ильич! И Вы мне сейчас, наверное, не поверите, но медсестрой в этой деревне была Надежда Константиновна! И это единственное позитивное впечатление от деревушки с «поэтичным» названием Черныш.

Но, к счастью, «чудесная» пред студенческая пора закончилась, и мы вернулись в Сыктывкар. Первое время дверь в свою комнату мы по привычке баррикадировали мебелью – придвигали столы и тумбы, прислушивались и только потом засыпали.

Но учеба, надо сказать, в колледже культуры была очень интересной. Я многому научилась, многое и многих узнала. У нас были отличные преподаватели – Е. Л. Кузнецов, Ю. Н. Изюмский, Э. Д. Бабикова, Н. Н. Изюмская, каждый – неповторимая творческая личность. Нас учили писать сценарии, расставлять акценты, выстраивать мизансцены, работать коллективно. А главное, рядом теперь всегда была моя новая подруга Ленка. Какая она красивая! Стройная умная блондинка с черными глазами. В ней присутствовала какая-то магия. Мне на красивых людей везет. Если можно так выразиться (было бы приятно, если бы это было правдой) – подобное притягивает подобное!) )))

А как же любовь, спросите Вы? Она, к сожалению, или к счастью, никуда не делась. Сначала я как сумасшедшая ждала его, что он вот-вот зайдет ко мне в комнату, постоянно убиралась. Потом мне казалось, что вот он идет – я же вижу его! И сердце начинало бешено колотиться, перехватывало дыхание, я забывала обо всем и замирала в ожидании. Но это были другие люди, чужие парни, спешащие к другим девушкам, и я разочарованно, с мокрыми от слез глазами, возвращалась в свою реальность. Я ждала его ежесекундно. Тот, кто влюблен, тот поймет. В это время на всей Земле все связано для тебя только с одним именем, только с его глазами, с его голосом… На новогодних праздниках мы хорошо заработали, около 18 рублей, кажется, сложно поверить, но за 17 рублей я купила билет на самолет Сыктывкар – Усинск. Просто случайно купила, провожала на самолет подружку и вдруг мне хватило денег на билет, я в чем была, в том и улетела к любимому на встречу Нового года! Прилетела темным морозным вечером в Усинск, денег у меня теперь уже не было, что я прилетаю, никто не знал. Пассажиры как-то сразу все разъехались, и я осталась на ступеньках аэропорта одна, в розовых лосинах и коротенькой шубке. Мороз, ночь, без денег и без малейшего представления, как добраться до города, и будет ли вообще дома мой любимый человек. Родители не знали о моем путешествий – на праздник они уехали в другой город. К счастью, над моей одинокой замерзшей фигурой сжалился водитель крутого джипа, который встречал своего начальника, подошел и сказал: «Давай скажем, что ты моя хорошая знакомая, и я тебя подброшу до города». Вот так, благодаря нашим замечательным северным людям, совершенно бесплатно, на крутой машине, в тепле, меня доставили к подъезду любимого. Спасибо! Теперь начинается самое интересное, стою и думаю: «Родителей моих в городе нет, ключа от дома у меня нет, время почти ночь, денег – вообще ни копейки, и если его не будет дома или у него какие-то планы или… Я просто замерзну и умру. Почему об этом раньше-то не подумать?» Ох, любовь, любовь! С бешено колотящимся сердцем поднимаюсь на второй этаж и… «Я знал, чувствовал, что ты приедешь, поэтому никуда не пошел». Счастье… Потом гуляли, замотавшись шарфом, чтобы никто из знакомых случайно не узнал и не рассказал моим родителям, что я была в Усинске. Все происходило как во сне. Но, как и полагается хорошему сну, он быстро закончился. И вот я сижу в самолете, в глазах слезы, смотрю в иллюминатор и понимаю, что если самолет сейчас взлетит, то мое сердце просто разорвется. Останови меня! Не дай мне улететь! Ведь кроме тебя ничего на свете не надо!.. Позови! И тут в самолете начинает звучать моя любимая песня Whitney Houston – I Will Always Love… и железная птица начинает набирать скорость. Я улетала от любимого и от любви, и мое сердце чувствовало, что уже ни чего нельзя будет вернуть. Сказка закончилась. В следующий мой приезд, уже летом, я все поняла без слов.

Взгляд в бесконечность лет

Пытался нащупать там.

Может, кто-то поможет «мне»

Остаться с тобою «нам».

Но нить натянулась – все!

Оборваны враз концы!

Я прокричу: «Стой!».

Ты тихо скажешь: «Прости».

«Прости» не прозвучало. Все было намного прозаичней и банальней. Меня просто вычеркнули из жизни, не объясняя. Расстояние сделало свое дело. Не зря говорят: «С любимыми не расставайтесь!». Он впустил меня в квартиру и куда-то ушел по делам. Я рыдала и осматривала каждую деталь родного мне когда-то дома. Взглянув в окно – увидела стройную девушку на улице, и как-то сразу поняла, что это она. Это она теперь «малыш», это теперь ей песни вечером под гитару, влюбленный взгляд серых глаз, и все наши друзья теперь ее, а не мои. И все, что мне осталось, это липкое, пугающее ощущение пустоты. Все – праздник закончился, публика ушла, пустой зрительный зал и обрывки воспоминаний. Почему?! Душа рвалась к нему! Мозг вообще отказывался верить в такую реальность. Казалось, что жизнь моя не имеет смысла, теперь не для кого красиво одеваться, краситься, дышать. Но вместе с этим родилось новое чувство – месть!

Я никто! Да, хорошо, я сейчас никто, но назло тебе, я всего добьюсь! У меня будет все!!! Мне порой кажется, что в нашей жизни все делается ради мужчины или назло ему. Следующие 5 лет я жила только ему назло.

Я вышла замуж, перевелась на заочное отделение и поступила на работу в Дом пионеров. Это был 1995 год. Мне сейчас очень хочется извиниться перед тем человеком, за которого я вышла замуж. Девочки, не выходите замуж за хороших мальчиков, назло тому, единственному, которого вы любите, но который не любит вас! Пожалуйста! Это все обернется против вас, да еще и испортит жизнь этому хорошему человеку. Вот так и вышло у меня. Сейчас очень тяжело об этом писать – из-за своего эгоизма я разрушила чужую жизнь. Даже стоя у дверей загса, ждала того, которого люблю и ради которого осталась в городе. Верила, что вот он сейчас придет, и я все ему прощу! Не замечая никого, медленно шла к раскрытым дверям загса. Вокруг суетились друзья, волновались родители, оживленно переговаривались подружки. Я с застывшим сердцем, еле дыша, не могла поверить, что сейчас стану чьей-то женой. Ну где ты?! Осталась минута – ты успеешь! Мне плевать на весь свет, я убегу! И тут зазвучал гимн Мендельсона… А я еще надеялась и искала его взгляд… «Объявляю вас мужем и женой!» – голос из неоткуда долетел до моего сознания. Все?! Нас поздравляли. Шампанское. Улыбки. А что, у вас праздник? Мне казалось, это похороны моей надежды на любовь. Рядом со мной стоял симпатичный высокий парень – мой муж. Но не этого человека я хотела видеть рядом с собой…

Я не любила его, а он любил меня. У него «золотые» руки, мог сделать по дому все, доброе сердце, не курил, не пил, носил меня на руках, только моя душа молчала. Почему мы в молодости бываем так жестоки! Я! Я! И никого больше нет! Мне больно! Мне тяжело! Мне плохо! И ничего страшного, если и другим будет плохо. Мое сердце как будто заснуло. Такое впечатление, что мое тело, как биоробот, продолжало существовать, работать, общаться, даже смеяться, но вся моя душа спала. Вова, если когда-нибудь ты будешь читать эту книгу, то очень прошу попытаться понять и простить меня. Я прошу у тебя прощения от всего сердца, от всей души, за все мое равнодушие, за мою ложь, за испорченную тебе жизнь, если это можно когда-нибудь простить – прости! Я не имела права лишать тебя надежды на счастливую семью. И у тебя все могло сложиться хорошо. Это была моя ошибка и только я должна была за нее расплачиваться. Смутно надеялась, что, может, удастся побороть свое сердце и семья, несмотря ни на что, получится. Но мы были слишком разными людьми. А еще я была молода и цинична – меня отвергли, и мне стало плевать на окружающих. Даже не плевать, а просто все перестало существовать! Я никого не замечала, даже если поступала безрассудно и жестоко, шла напролом по чувствам других. Жаль, что это было в моей жизни, но для меня это стало хорошим уроком и опытом.