Чтение онлайн

— Что за вами уже числится, милая дама, давайте посмотрим. — На этом обращении он чуть поморщился, глядя на посетительницу, и продолжил, вытащив из стола тоненькую папку. — Появление на территории академии с рабочим контрактом и опоздание с регистрацией практически на сутки!

Пытавшуюся оправдаться Светлану Львовну он заставил замолчать, просто щелкнув пальцами, отчего бедная женщина, пару раз хлопнув губами как рыба, чуть не расплакалась.

«Выгляжу как дура, ведут себя со мной как с преступницей, да еще и магией затыкают! — разозлилась она про себя. — А хваленый контракт никак не защищает!»

Дроу меж тем продолжал перечислять Светины «достижения»:

— Внедрилась к так называемым изгоям, внушая им надежду на обучение, приворожила неизвестными веществами из своего мира. Декан СМЕШа говорил, что взрывала продукты, потом заставляя всех есть. — В голосе противного ушастого мужика явно читалась насмешка. — Заключила с вышеназванным деканом пари, самонадеянно заявляя, что «изгои» могут победить талантливейших поступивших, да еще и на всех факультетах разом. Вмешалась в работу кухни, чтобы отправить в дом «изгоев» неприготовленную еду и еще какую-то смесь, собираясь использовать ее в непонятных целях. И как апофеоз всему — заявилась ко мне с бланками на приличную сумму. Что вы от меня-то хотели? Чтобы я помог вам ограбить нашего лепрекона? Интересно, за какой процент?

Светлана Львовна сидела злющая и красная как рак. В дурацкой пелеринке было жарко, а от бреда, который нес этот безопасник, уши в трубочку сворачивались. Хотелось огреть паразита промеж его лопухов чем-то тяжелым.

— А сейчас вы злитесь и с удовольствием чем-нибудь в меня бы кинули, — не меняя тона, спокойно договорил серый тип, убрал папку и развернул бланки веером. — Что же вы планируете делать с деньгами, мадам Райская, и зачем вам кастрюля мерзкой бурды из кухни?

Дроу встал из-за стола и подошел совсем близко. Наклонился так, что Света отшатнулась, вжавшись в спинку стула, и доверительно прошептал:

— Когда я чего-то не понимаю, я вывожу собеседника из себя, и он начинает вести себя так, что мотивы хоть одного поступка всплывают на поверхность! Но вы совершенно непонятны. Через вашу злость я вижу только жалость и желание помочь, но деньги не помогут им поступить, так же как и кухонные помои!

Он выпрямился и вернулся на свое место за столом.

— Я благодарен за вскрытый интересный случай кухонных махинаций и, наверное, не против последить, что еще всплывет в подведомственном мне болоте. Также посмотрю, что вы сделаете с деньгами и со всем остальным. Я буду наблюдать за вами, мадам Райская. — Он махнул рукой, и бланки стопкой прыгнули в руки к Светлане Львовне. — Идите в хозяйственную часть, вы же туда собирались, и разбирайтесь с вашими бумажками.

Стул под женщиной крутанулся и поехал к выходу. Свету вздернуло на ноги, и она моментально оказалась за стенами кабинета, выпав в распахнувшуюся дверь, которая тут же закрылась у нее за спиной.

— Вот ведь самая толстая жаба на болоте! — в сердцах высказалась она вслух и испуганно прикрыла рот ладонями. Видимо, выгнав ее из кабинета, Мафука вернул ей и голос. Опасливо оглядываясь на дверь, Света на цыпочках двинулась по направлению к выходу, но заблестевшие буквы на темной поверхности дерева заставили ее прищуриться сквозь очки и прочитать: «Изейдомафук а'Хасшд».

«Язык сломаешь, — пробухтела она уже про себя. — Оказывается, не просто Мафука, а вон оно что! Жаба-то породистая, ушастая».

Спину словно опалило холодом, и Света, испугавшись, что дроу через дверь мог прочитать мысли, бегом устремилась в коридор, по которому ее сюда привели. Только пробежав метров десять, она, запыхавшись, замедлила шаг и сообразила, что понятия не имеет, куда идти. Ее сюда вел из кухни мэтр Висказес, и даже если попытаться вспомнить дорогу, то обратно туда она не очень-то хотела.

«Вернуться и спросить у Тионелии? Не вариант, — размышляла Света у развилки коридора. — Она ведь этого серого кардинала знала и опасалась, но все равно меня к нему послала. И как искать этого Гвора… ри… ну, казначея наверное, не объяснила».

Боковой коридорчик выглядел вполне перспективно: вдоль одной стены шли окна с видом на парк, и Светлана Львовна решила, что тут, скорее всего, не заблудится.

«Этаж первый. В конце концов, открою окно и вылезу наружу».

Как она все это провернет, Светлана даже не представляла, но наличие выхода на самый крайний случай ее успокаивало.

Ковровая дорожка под ногами зеленела красивым изумрудным узорчиком на салатовом фоне, и Райская, иногда бросая взгляды в окно, пошла в неизвестность.

??????????????????????????

— Смятлана! — Возмущенный вопль заставил ее вздрогнуть и поднять глаза на голос.

На подоконнике сидел рыжий пушистый прохиндей, называющий себя ректором, который втравил ее в эту историю.

— Смятуяна! Что вы себе позволяете?! Я вас везде ищу, а вы решили посетить библиотеку? — Котище негодующе таращил глаза и раздраженно дергал роскошным хвостом. — А кто поступающих будет готовить? Они там вместо учебы сидят над кастрюлей с какой-то бурдой и тебя обсуждают!

— Знаете, Жорик...

— Аджарас! — Толстый комок меха напыжился и распушил шерсть, задрав хвост трубой и раздраженно сверкая зелеными глазами. — Сколько можно коверкать мое имя?!

— А мое, значит, можно? — разозлилась Света. — Притащил в эту академию, к кучке изгоев, на которых всем плевать, педагоги неадекватные, секретарша с печеньками словно из «Мулен Руж» сбежала, рыбомордые жабы воруют лук, а заместитель — невменяемый психопат с замашками болотного царька! Лучше бы сказал, где у вас казначей!

После общения со странными и не особо приятными личностями Свете надо было хоть как-то прокричаться, выговориться и снять стресс, найдя крайнего. А тут виновник всех ее бед сам объявился!

— Кабинет Гворкенстона там, — махнул кот лапой в сторону, изумленно выпучив глаза на раскрасневшуюся возмущенную даму в сползающих на кончик носа очках. — Зеленая дверь дальше по коридору, если после библиотеки по лестнице подняться на второй этаж. А при чем тут жабы и болото? Свезлана...

— Опять?! — Света грозно нависла над которектором. — Сгинь с глаз моих! Только и знаешь, что имя коверкать. Пользы никакой, даром что Жорик, толстый, как диванная подушка, и беспардонный, как все коты мира!

— Какая еще беспардонная подушка? И я уже говорил, что я Аджа...

Что-то вспыхнуло у кота над головой, академическая фигулька на цепочке, висевшая у Райской на шее, нагрелась, и с тихим «пых» пушистый нахал опять исчез.

— И правильно. — Света вздохнула и обмахнулась бланками, зажатыми в руке, как веером. — Толку никакого, только раздражает. А у меня дела, и, сдается, легкими и приятными они не будут. Дорогу узнала, и ладушки.

Следуя указанному маршруту, нужный кабинет она нашла быстро и подивилась на богатую отделку и резные элементы монументальной двери, ведущей в обитель хранителя материальных ценностей.