Чтение онлайн

Но скоро сиденье на уроках прекратилось. Бабушка сказала, что так нельзя. И сидеть на уроках неправильно – так не полагается, да и устаёт внучка. Полю определили в группу продлённого дня. Теперь в те дни, когда у бабушки уроки кончались поздно, девочка была в группе. Они обедали, играли на школьном дворе или шли на прогулку, а потом приходила бабушка, и они отправлялись домой.

Так они и жили. Всю неделю Поля ходила в школу. Утром мама или папа отводили её, после уроков они с бабушкой шли к ней, делали уроки, а вечером бабушка провожала внучку к родителям.

Когда Поля закончила первый класс, бабушка ушла на пенсию.

Полина мама Марина – весёлая и красивая. Она любит смеяться, танцевать, красиво одеваться. Когда они с папой идут в гости или куда-нибудь на праздник, Поля усаживается на стул и внимательно смотрит, как мама красится, делает причёску, одевается. В конце мама обязательно покружится перед дочкой и спросит: «Нравится?» – «Очень!» – восхищенно говорит девочка. Мама смеётся и ласково треплет дочку по щеке.

У мамы есть подруга, Полина крёстная – тётя Инна. Поля любит ходить к ней в гости вместе с мамой. У тёти Инны тоже есть дочка немного поменьше Поли со сказочным именем Василиса. Раньше, когда Поля была поменьше, она даже немножко завидовала – надо же какое красивое имя, как в сказке – Василиса прекрасная, Василиса премудрая. Маленькая Василиса, правда, не была ни прекрасной, ни премудрой – обычная девочка, весёлая, любила играть с Полей, когда та приходила в гости. И звали её в обычной жизни Васей. Это Поле категорически не нравилось. «Как же Вася, – возмущалась она, – так же мальчиков зовут». Василисе тоже не нравилось, но её никто не спрашивал. Все звали её Васей, а во дворе даже иногда Васькой. Только Поля, обиженная за подругу, упорно выговаривала всякий раз – Василиса. Поэтому, наверно, Василиса и любила, когда они приходили в гости. Сама Поля не очень любила играть с Василисой. Девочка она была добрая, всегда делилась игрушками, но очень плохо разговаривала, совсем непонятно, казалось, что во рту у неё каша. А как, скажите на милость, играть, если ты не понимаешь почти ни одного слова? «Мама, а почему Василиса так разговаривает непонятно?» – спрашивала Поля. Та пожимала плечами. Поля спросила у бабушки. «Потому что разговаривать надо с ребёнком, – сердито сказала бабушка. – А теперь к логопеду водить надо. А ей всё некогда». Про «разговаривать надо» Поля не поняла. Как это, ведь с Василисой все разговаривают. А про логопеда спросила, кто это такой. «Это такой специалист, который учит правильно разговаривать», – объяснила бабушка. Конечно, Поля вечером спросила у мамы, почему тётя Инна не отведёт Василису к логопеду. Мама сердито посмотрела на дочку, помолчала, потом, видя, что та ожидает ответа, вздохнула и сказала: «Полюша, вечно ты лезешь, куда не надо. Про логопеда бабушка сказала?» – «Да, – с готовностью кивнула Поля и уточнила: «Потому что я у неё спросила». Мама хотела что-то сказать, но только вздохнула и поджала губы.

Постепенно Василиса изменилась. Она стала молчаливой, тихой и почти ничего не говорила. С ней стало скучно. Конечно, хорошо рассказывать, когда тебя никто не перебивает. Но ведь хочется что-то обсудить. А как обсудить, если подружка молчит. С Полей наедине она ещё что-то иногда решалась сказать, а с остальными ограничивалась «да» (которое у неё звучало как «га») и «нет». В общие игры её почти не брали, подружек в школе она не завела. Поле было очень жалко Василису. Глаза у той теперь всё время были грустные-грустные. Поле очень хотелось помочь, но как, она не знала. Она играла с Василисой, когда они с мамой приходили в гости, спрашивала у неё то одно, то другое и внимательно слушала, стараясь понять подружку. Но в гости они приходили редко. Обе мамы работали, да и жили они далеко друг от друга. Потом Поля придумала звать подружку Асей, убрав одну букву от Васи. «Можно? – спросила она в первый раз, – мне кажется, это лучше, чем Вася». Девочка прямо расцвела улыбкой и активно закивала. Вслед за Полей и мама стала называть бывшую Васю Асей, а потом и мама Инна. Но больше Поля ничего сделать не могла.

А потом случилось происшествие, которое неожиданно помогло.

Поля с мамой пришли в гости на день рождения тёти Инны. Все сели за стол, поели, а потом девочек отправили гулять. Они повздыхали, переглянулись, взяли большую книгу сказок и нехотя пошли. Почему нехотя? Поля не любили гулять в чужом дворе, а Ася даже и в своём. И Поля вскоре поняла, почему. Они ушли в беседку, сели там вдвоём и начали читать сказку. Читала Полина, а Ася слушала. Они увлеклись сказкой и не сразу заметили, что в беседку зашёл мальчик. Поля замолчала и вопросительно посмотрела на него. Но он просто стоял и смотрел на них. Поля пожала плечами и продолжила чтение. Мальчик прошёлся туда-сюда, а потом остановился напротив Аси и громким противным голосом затянул, перекрывая голос Поли: «Ва-а-ська ду-у-ра! Ва-а-ська ду-у-ра!» Поля замолчала, недоумённо уставившись на него. А мальчишка стоял перед Асей, строил рожи и дразнился: «Дура убогая! Даже читать сама не умеешь!» Он оттянул руками уши, высунул язык и забубнил: «Бу-бу-бу! Картавая! Бу-бу-бу!» Ася остановившимися глазами смотрела на него, мелко и прерывисто дыша, и глаза её постепенно наполнялись слезами. А мальчишка прыгал, как обезьяна, перед ними, корчил рожи, кривлялся и приговаривал: «Дура! Васька – дура! Убогая!»

В голове у Полины что-то вспыхнуло, она не помня себя шагнула к мальчишке и изо всех сил ударила его по голове увесистой книгой сказок. Мальчишка замолчал на полуслове, помотал головой и повернулся к Поле: «Ты что, дура?» – «Сам дурак». Мальчишка грозно шагнул к ней, но Поля сейчас ничего не боялась. Воинственно выставив перед собой книгу, она пообещала: «Щас как дам!» – и ткнула его ребром книги в живот. Мальчишка остановился, а потом повернулся и побежал. А Поля побежала следом. Она нагоняла мальчишку и била его книгой по спине, по плечам, пока он не скрылся в подъезде. Потом вернулась к Асе и, тяжело дыша, уселась на скамейку. Ася тихо плакала и вытирала слёзы, размазывая по щекам. «Не реви, – стараясь отдышаться, сказала Поля. – Сам он дурак убогий».

Они уже почти успокоились, когда в беседке появилась женщина. Остановившись напротив, она уперлась руками в бока и, грозно глядя на девочек, начала ругаться. Ах, они бессовестные! Как они могли! Избили Кирюшу! Не девочки, а хулиганки! Девочки таращились на неё, Ася потихоньку подвинулась к Поле и взяла её за руку. Поле тоже было страшно, она очень не любила, когда ругаются, кричат. На словах «я сейчас позвоню в полицию, пусть вас заберут» девчонки подхватились с лавочки и, держась за руки, помчались домой. Вихрем поднялись по лестнице и, вбежав в квартиру, с рёвом бросились к мамам. Те испуганно вскочили и, схватив каждая свою дочку, стали их осматривать и ощупывать, испуганно спрашивая: «Что случилось? Вы целы?» Но те громко ревели, и понять что-либо из бессвязных объяснений было невозможно. Полина мама, наконец выяснив, что дочка цела и никаких повреждений нет, строго сказала: «Замолчали обе! Полина, объясни внятно, что случилось». Не особенно внятно, всхлипывая и переводя дыхание, Полина рассказала, что случилось. По ходу рассказа мамы поглядывали друг на друга, хмурились и поджимали губы. Когда Поля закончила: «А тётя сказала: «Я вызову полицию, и вас арестуют». А мы как побежали!» – тётя Инна сквозь зубы сказала: «Я ей арестую! Я ей так арестую! Всё, успокойтесь. Никакой полиции не будет». Девочек напоили горячим сладким чаем, а Асю ещё и какими-то каплями. Потом в дверь позвонили, и тётя Инна, загадочно сказав: «Ага!», пошла открывать. Она вышла на площадку. Сначала было тихо, потом раздались голоса, потом голоса стали громче, а потом… Полина мама, усевшись с девочками на диване, обняла каждую, прижала к себе с обоих боков и бодро сказала: «Ничего-ничего! Не бойтесь. Сейчас Инна им задаст!»

А за дверью бушевала целая буря. Голоса становились громче, громче, потом громче стал голос Инны. Он гремел, грозил, а второй голос стал срываться на визг, потом притихать. Девчонки, закрыв глаза, уткнулись в бока Марины. Наконец входная дверь хлопнула, и вошла Инна, немного растрёпанная и запыхавшаяся. Марина посмотрела на подругу, улыбнулась и непонятно сказала: «Изрядно ощипанная, но непобеждённая». Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. Девчонки, открывшие глаза по хлопку двери, удивлённо уставились на мам. Инна, сдунув с лица прядь волос, откинула голову: «Ещё чего! Конечно!»

Марина с Полей возвращались домой, держась за руки. Обе задумчиво молчали. Вдруг Поля вскрикнула испуганно: «Мамочка!» Она остановилась и, освободив руку, испуганно приложила обе ладошки к щекам: «Мамочка!»

– Поля, ты меня испугала! Что случилось?

– Мамочка, я сейчас подумала… Ася ведь ходит в школу… Как же она там…А если вызывают? Над ней же там тоже смеются! – глаза у неё налились слезами, она беспомощно уставилась на маму.

Мама растерянно забормотала:

– Ну, Поля, может, и не смеются. Ася никогда не жалуется.

– Мама! – Поля даже рассердилась. – Она же вообще почти не разговаривает, только «да» и «нет».

На глазах опять появились слёзы:

– Бедная Ася!

Она понуро пошла вперёд. Марина вздохнула и тоже пошла. Догнала дочку и взяла за руку.

– Я позвоню бабушке. Она поможет.

Поля открыла было рот, потом закрыла и кивнула. Если мама решила обратиться к бабушке за помощью, значит, дело серьёзное.

Вечером, услышав: «Здравствуйте, Лидия Сергеевна…» – Поля на цыпочках отправилась к себе за шкаф. Сейчас мама расскажет, в чём дело, и бабушка обязательно поможет.

Вообще-то у Поли две бабушки, а дедушка один. Бабушка – это папина мама. А ещё есть мамина мама – бабушка Валя – и мамин папа – дедушка Ваня. Но их Поля не любит. Ну-у… то есть…Если совсем честно, то не любит. Но только никому про это не говорит. Бабушка сказала, что так нельзя, это нехорошо. Это мамины родители, и маме будет неприятно.

– Ты всё поняла, Полина?

Поля покивала. Когда бабушка называла её Полиной, лучше было согласиться. Ну, да и правильно ведь всё. Маму обижать нельзя. Это плохо. Значит, надо потерпеть. Как бабушка сказала: «Ты должна их уважать уже хотя бы потому, что они родители твоей мамы. И без них не было бы мамы, а значит, и тебя». Это очень поразило Полину. Самой ей такая мысль, конечно, в голову не приходила. А теперь вот пришла благодаря бабушке. Конечно, надо уважать. Ничего себе! Поэтому теперь, если мама говорила, что в субботу они пойдут к бабе Вале и деду Ване, Поля согласно кивала, а не говорила как раньше «не пойду», или «мам, сходи одна, а я дома побуду», или ещё лучше «а меня отведи к бабушке». Конечно, мама обижалась. Нет, Поля потерпит. Да и бабушка говорит, что надо учиться терпению, надо делать и то, что тебе не нравится, ведь в жизни нельзя всегда делать только то, что нравится.

– Почему нельзя? – допытывалась девочка. – Почему, бабушка.

– Так уж жизнь устроена, – вздыхала бабушка.

И внучка вздыхала вместе с ней. Почему нельзя устроить так, чтобы делать только то, что хочется, что нравится? Нет, когда она вырастет, то постарается всё устроить по-другому. Ну а пока придётся учиться терпению. Одно хорошо, ходили они к бабушке и дедушке нечасто.

Когда Поля подросла, она пыталась понять, почему не любит бабушку с дедушкой. Тем более что мама, когда дочка отказывалась идти с ней, с раздражением спрашивала: «Что тебе не нравится?»