Чудо - из чудес
Шрифт:
Поклонились отцу Тихону.
И пошли обратно.
В магазине, не успели они осмотреть прилавок в поисках черных очков, продавщица сообщила, что здесь недавно был Ваня.
— На шикарной такой машине приезжал!
— Наверное, решил нам продукты в дорогу купить! — предположила Лена и деловито сказала: — Стасик, кстати, об этом мы как-то совсем забыли! А что он брал, теть Свет? — уточнила она у продавщицы и вдруг услышала:
— Бутылку водки!
— Что?!
Лена с недоумением посмотрела на Стаса:
— Зачем она ему? Отцу пить нельзя. Ване тоже. Не иначе, как кто-то из соседей, что не был на свадьбе, пришел и потребовал угостить его хотя бы дома. У нас в Покровском это бывает!
— Да-да, — рассеянно ответил Стас, ища взглядом среди расчесок, массажных щеток, лампочек, одеколонов, зубной пасты, противокомарных жидкостей и прочего, что обычно бывает на прилавках в сельмагах, солнцезащитные очки, и, наконец, радостно воскликнул: — Есть! Нашел!
Продавщица принесла им эти, оказавшиеся единственными, очки.
Предупредила, что они с небольшим браком.
Вот здесь, небольшая царапина.
— Ничего страшного! — отмахнулся Стас, хотя царапина эта была целой трещиной. — Они нам и нужны только на один раз!
Затем, по советам Лены, он стал наполнять пакет бутылями с газированной водой, яблоками, бананами, тульскими пряниками и, конечно, конфетами.
Решив, что этого будет вполне достаточно, Лена протянула продавщице деньги и на ее обычное требование дать мелочь, а то у нее нет сдачи, спросила:
— Стасик, у тебя рубля нет?
— Не знаю, посмотри в кармане! — старательно умещая продукты в сумку, сказал он.
— В чужом?! — ужаснулась Лена.
— Теперь у нас все общее! — улыбнулся ей Стас и, услышав, что у него в куртке ничего нет, одни только бумажные деньги, посоветовал поискать в боковом кармане своего пиджака.
— Балуете вы ее уж очень, да еще с самого начала, смотрите — ведь так и привыкнуть может! — хмуро заметила продавщица, которой, судя по всему, не очень дружно и сладко жилось с мужем.
— А может, я только этого и хочу? — не остался в долгу Стас.
— Нашла! — прекращая перепалку, обрадовалась Лена. — Держите, теть Свет.
Продавщица взяла монетку.
Машинально взглянула на нее.
И лицо ее так и перекосилось от злобы.
— Вы чего это мне вместо рубля даете? Пуговицу от джинсов?! — на весь магазин возмутилась она. — Ну ты, Ленка, ладно, полуслепая. Но твой муж… Такие вещи себе позволяет — в мелочах честных людей обманывать! А еще москвич! Сын академика!..
Стас посмотрел на то, что лежало на ладони продавщицы, и оторопел.
Это был — денарий Тиберия!
Который он неосторожно, прямо без пакетика, бросил в карман на всех этих радостях…
— Простите! — бросая сумку, выхватил он у никак не ожидавшей от него этого продавщицы монетку.
Достал из кармана куртки сторублевую бумажку, положил ее, придавливая ладонью, на прилавок.
— Сдачи не надо! — сказал он и, не выдержав, как некогда в подобной ситуации, только в автобусе отец Тихон, когда был еще Василием Ивановичем, добавил: — На эту, как вы сказали, пуговицу половину вашего магазина скупить можно. Если не весь вообще!
И когда они с Леной, провожаемые не знавшей гневаться ли ей дальше или удивляться тому, что услышала, продавщицей, добавил:
— История повторяется!..
Смеясь и то и дело перебивая друг друга, вспоминая все то, что только что произошло в магазине, они дошли до дома.
И в недоумении…
Страхе…
И даже ужасе — застыли на месте.
Перед распахнутыми воротами стоял вдребезги разбитый ломом, который лежал тут же рядом, «Лексус» Вани…
10
— Что она натворила! — простонал Ваня.
— Вань!
— Ты видел, что здешние хулиганы с твоей машиной сделали?!
Лена со Стасом с грохотом распахнули входную дверь.
Ворвались в комнату Вани.
И… застыли на пороге.
Ваня, сгорбившись, как накренившаяся скала, готовая вот-вот рухнуть в подмывшее ее основание бурное море, сидел за столом.
Лицо его снова было в багровых пятнах.
Скулы так и ходили ходуном…
— Это не хулиганы, — с трудом выговаривая каждое слово, возразил он.
— А кто же?
— Я…
— Ты?!
— Ну да, своими руками. А что — нельзя?!
Ваня взял допитую почти до дна бутылку, плеснул из нее немного водки в аквариум и, чокнувшись с ним, приложился к ней.
— Что ты делаешь? — закричала Лена.
– Ну не могу же я пить в одиночку, как алкоголик! – на мгновение отрываясь от горлышка, пьяно пожаловался Ваня.
Стас подбежал к нему и вырвал из рук бутылку.
– Тебе вообще нельзя пить! – напомнил он.
– А жить теперь можно? – поднимая на него глаза, наполненные такой болью, что Стас невольно содрогнулся, спросил Ваня.
— Ванька, ты что, с ума сошел? И это говорит православный человек! — воскликнула Лена.
— Откуда у тебя только такие мысли?! — с укором поддержал ее Стас.
— А вот откуда!
Ваня со злобой подтолкнул рукой лежавший перед ним на столе телефон.
Стас взял его.
И, вспомнив, что Лена плохо видит, сам прочитал вслух смс-сообщение:
«Ребенка больше нет. Ты свободен. Папа сделает развод в три дня без твоего участия. Прощай. Больше уже не твоя Виктория».
— Что она натворила! Погубила живую душу… — простонал Ваня. — Ну хотя бы родила, чтобы его можно было крестить. И отдала мне… Да и священником я теперь уже не смогу быть никогда. Так что всё, дорогие мои друзья и родственники! Жизнь — кончилась…