Чтение онлайн

— Возьмем каждому по гемишту? — предложил сержант и, не дожидаясь ответа, повернулся к официанту.

— Гемишта, господа, у нас нет, — успел сказать тот, прежде чем Миле закрыл рот.

— Как это нет гемишта?

— Здесь у нас лаунж-бар.

— Что?

— Лаунж-бар.

— Ну ладно. А пиво есть?

Официант покачал головой в том смысле, что нет и пива.

— Мне очень жаль, но пива мы тоже не держим.

— А что тогда держите?

— Коктейли.

— Неси тогда три коктейля.

— Какие?

— Да все равно какие, мать твою, лишь бы были холодные, — уже грубо отреагировал Миле.

Официант повернулся и ушел, и пока он не исчез за стойкой, Миле с недоумением следил за ним и, казалось, не мог прийти в себя оттого, каковы теперь обычаи.

— Хорошо, а вы-то оба что здесь делаете? — спросил он у Звонимира и Бранимира, когда они снова остались одни.

— Увидели по телевизору, что дело дрянь, и приехали помочь чем можем.

— Уже не дрянь, уже все в порядке, — успокоил их Миле. — Сейчас выпьем, а потом отправляйтесь домой. Здесь вам делать нечего. Эх, это ж надо, мать твою, — вздохнул он весело, — только отделаешься от одного Поскока, а на тебя из-за угла выскакивают еще двое.

— А что это за женщина с Крешо? — поинтересовался Звонимир.

— Ловорка, скоро с ней познакомишься. Не женщина, а реактивный самолет, такая красивая. Если хотите мое мнение, лучше нее ваш брат никого бы не нашел.

— Бэкхенд! Бэкхенд! Бэкхенд, Мирела! Бэкхенд, и зачем только мать тебя родила! — снова заорал тот псих возле сетки корта, а у стола появился официант с подносом, на котором стояло три больших стакана с чем-то зеленым.

— Что это? — удивился Миле. — Средство для мытья посуды «Ликви»?

— Коктейль из белого рома и лайма, господин, — сказал официант, и им показалось, что он явно напуган.

— Рома?! У нас его добавляют в тесто для пирожных, — заметил Бранимир.

— Уважаемые, этот ром — один из лучших в мире. Ему двадцать пять лет.

— Двадцать пять лет? — спросил Миле. — Друг мой, если бы он был так хорош, как ты говоришь, его бы давно выпили.

— Если не желаете…

— Ладно, ладно, оставь, — успокоился Миле.

Неуверенно отпили каждый по маленькому глотку, и неожиданно оказалось, что зеленый напиток им понравился.

— Парни, — признался Миле, — мне это почти нравится.

— Так что это там было, в церкви? — спросил Бранимир.

— Полный дурдом! — сказал Миле восхищенно. — Ничего вам не скажу, узнаете от Крешо. Это была такая операция, что о ней можно читать лекции в Вест-Пойнте.

— А дядя Иве и тетя Роса, — вдруг вспомнил Звонимир, — они тоже как-то в этом замешаны? Вчера мы целый день…

— За них не волнуйся, они в надежном месте, — перебил его сержант. — Мы их на пару дней спрятали, пока все не утрясется.

Полностью успокоившийся теперь Бранимир попробовал развалиться на диванчике, но задняя подушка была примерно в полуметре от него, и он повалился назад.

— Господи Иисусе, что такое?!

— Похоже, что это так принято в ихних лаунж-барах, — заметил Миле. — Смотри, все пьют лежа.

— Э, мать вашу, лежа я пью только антибиотики, — сказал Бране недовольным тоном.

— Надо же, я прямо как будто Крешо слышу, — улыбнулся Миле, а потом залпом допил коктейль из лайма и белого рома и спросил: — Ну что, еще по одному?

— Не стоит, нам еще до дома ехать.

— Да ладно, чего там, не горит… Эй, парень, — крикнул сержант официанту, — принеси-ка еще три этих «Ликви»!

Официант глянул на них с отвращением, как на прокаженных, но шейкер тем не менее взял.

— Так, Мирела, смотреть мультики ты больше не будешь! — пригрозил малышке тот тип на корте. — Никаких мультиков, пока не отработаешь вторую подачу! Нет, нет и нет!

— А ты? — спросил Бранимир сержанта. — У тебя вроде из-за этого были большие проблемы с полицией?

— Да ни хрена, — беззаботно отмахнулся Миле. — Этот педик Капулица только выпендривается: ни доказательств, ни каких-то косвенных улик у него нет. И свидетелей нет. Никто меня не обвинит и ничего мне не сделает.

Официант поставил на стол еще три коктейля, а Миле спросил:

— Может, сразу и заплачу? А то мы спешим.

— Пятьсот десять.

— Что пятьсот десять?

— Пятьсот десять кун.

— Пятьсот десять кун? — повторил потрясенный сержант.

— Восемьдесят пять кун умножить на шесть, — доходчиво объяснил ему официант.

— Один «Ликви» стоит восемьдесят пять кун?

— Да, именно так, уважаемый.

— Ты что, охренел?

Официант только моргнул. Молча.

— Да имел я твоего отца и твою мать! Я что, ради этого три года мерз на позициях? — возмутился Скрачич и полез в карман. — Пятьсот десять кун! — повторил он и бросил деньги на стол. — Эх ты, сучья Хорватия и сучьи твои официанты!

Второй коктейль уже не показался им таким же вкусным, как предыдущий. Они обменялись еще несколькими фразами и под конец распрощались, почти как давние друзья.

— Ну, господин сержант, мы пошли, — сказал Звонимир, вставая.

Но стоило Посококу подняться и выпрямиться, как он вдруг покачнулся и плюхнулся обратно на диванчик.

— Что, забирает? — спросил Бранимир.

— Еще как! — подтвердил Звоне. — Я бы сказал, пьется как сок, но валит с ног.

— Сладкое обманчиво, — весело произнес кто-то у них за спиной.

Звонимир, Бранимир и Миле обернулись посмотреть, кто это, и увидели Горана Капулицу, начальника жупанийского полицейского управления. Тот стоял почти рядом, с улыбкой до ушей, довольный, как кошка, которая только что слопала канарейку.

— Ну наконец-то, где ж ты был, Миле? Мать твою, и кто только дал тебе такое имя! — сердечно приветствовал он Скрачича.

— Что ты здесь делаешь? — помрачнел Миле.

— Да так, просто решил заглянуть.

— Что ж, как пришел, так и уходи по-хорошему. Что ты таскаешься за мной, как щенок?

— Ну, по правде сказать, меня интересует операция, которую будут изучать в Вест-Пойнте.

От неожиданности сержант Миле побледнел, а начальник полиции игриво подмигнул ему:

— Как это ты выразился: «педик Капулица выпендривается: ни доказательств, ни каких-то каких косвенных улик у него нет…»