Чтение онлайн

– Друзья мои, – обратился к нам Лео, – позвольте мне представить нашего талантливого ученого, руководителя многих генетических проектов и главного смотрителя за нашими питомцами – доктора биологических наук Альфреда Гюстафа Краймерса… Альфред, – повернулся господин Мирандерик к брюнету, – это наши уважаемые гости и друзья: Джесси Сирок и Джек Андер.

– Очень приятно с вами познакомиться! – произнес с типичным немецким акцентом доктор Краймерс, пожимая нам руки. – И добро пожаловать в мой небольшой зверинец!

Затем он обратился ко мне:

– Я читал Ваши труды, профессор Сирок, и мне они очень понравились.

– Спасибо, – пробормотала я, от смущения опустив глаза и чувствуя, как мои уши начинают пылать, словно бифштекс 35 на гриле.

– У Вас прекрасная манера изложения материала, – продолжал доктор Краймерс как ни в чем не бывало, – а Ваши теории заслуживают тщательного анализа… Да, кстати, я знаю, что Вы выступаете против содержания животных в негигиеничных условиях. Так вот, позвольте Вас убедить, что мы очень внимательно относимся к своим питомцам. Все клетки собраны с учетом индивидуальных особенностей каждого вида, а автоматические системы климат-контроля, рациона питания и состояния здоровья создают требуемые для них условия. Да и я сам часто проверяю состояние каждого животного в нашем питомнике.

– Это очень хорошо. Спасибо, что сообщили! – ответила я, довольная, что еще остались люди, по-настоящему использующие научный подход к заботе о братьях наших меньших.

– Может, пройдем в твой рабочий кабинет, Альфред? – обратился к доктору господин Мирандерик. – Там ты в деталях расскажешь нашим гостям о беглеце и обо всех неприятностях и проблемках, связанных с ним.

– С удовольствием! Прошу сюда, пожалуйста! – и доктор Краймерс указал на небольшую стеклянную дверь справа от нас. Мы вошли в довольно просторный ярко освещенный кабинет.

Альфред Гюстаф Краймерс. Иллюстрация Керт Вильяло.

На стенах висели многочисленные книжные полки с толстыми томами научных трудов, а также различные таблицы и графики, в углу блестел металлическим корпусом электронный микроскоп, а в центре кабинета находился письменный стол, позади которого располагался широкий экран монитора.

– Прошу вас, присаживайтесь! – предложил Краймерс, указав на два больших кожаных кресла перед письменным столом. Мы опустились в кресла и тут же словно утонули в их мягких объятиях. Господин Мирандерик и доктор Краймерс уселись за стол перед нами.

– В общем, Альфред, – сказал Лео доктору, – за обедом я уже успел сообщить Джеку и Джесси о сути нашей проблемки, но только поверхностно. Теперь ты опиши им беглеца, расскажи о его повадках и прочее, чтобы наши гости уже знали, с каким ужасным созданием мы тут имеем дело.

– Безусловно, сэр! – кивнул в ответ доктор Краймерс, а затем обратился к нам: – Итак, профессор Сирок и господин Андер, как вы уже знаете, мы пригласили вас для того, чтобы вы помогли нам поймать или убить страшного хищника, который вот уже более двух месяцев успешно терроризирует сотрудников GEC и жителей местной деревушки, нападая на беззащитных людей и поедая их. Мы попросили о помощи именно вас, так как очень хорошо осведомлены о храбрости, ловкости и мастерстве охотника Джека Андера и мудрости, опыте и необъятном багаже знаний в области биологических наук профессора Джесси Сирок, – доктор Краймерс украдкой подмигнул мне, и я снова почувствовала, как мое лицо наливается краской. – Но прежде чем вы подпишете контракт, мы хотим, чтобы вы знали, с кем будете иметь дело. Существует мнение, что наш беглец – это случайно созданный нами ужасный мутант 36 , крайне агрессивный, злобный и кровожадный…

– То есть вы подтверждаете то, что из-за ваших экспериментов гибнут невинные люди! – грозно заключил Джек.

– Это еще не доказано, – вмешался Лео. – До того как облучить яйцо кси-волнами гиперакселератора, мы испытали их воздействие на организм еще трех живых существ: лягушки, мыши и орангутана. 37 Однако никаких генетических отклонений от нормы не наблюдалось.

– Может, эти кси-волны оказывают наибольшее влияние на определенных стадиях зародышевого развития, когда организм еще только формируется? Тогда и возникает реакция на излучение, – предположила я.

– Наши генетики сейчас проводят исследования в этой области, – ответил директор. – Но большинство ученых склоняется к выводу, что мы просто обнаружили какой-то новый вид хищника, встречающийся только на острове С***.

– Кстати, – сказал доктор Краймерс, – у меня тут есть остатки скорлупы яйца, из которого вылупилось это животное. Возможно, профессор Сирок сможет на их основании предварительно что-нибудь сказать о нем.

Он открыл один из шкафчиков стола и осторожно достал оттуда несколько довольно крупных кусочков скорлупы. Я взяла их в руки, но тут же чуть не уронила – поверхность скорлупы была усеяна крохотными, но острыми шипиками. Сама же она была довольно толстой, прочной и очень красивой – она отливала темно-синим блеском с металлическим оттенком, на котором слабо проступали зеленоватые крапинки.

– Яйцо было примерно семнадцать дюймов в длину и до десяти в диаметре, 38 – объяснял доктор, – оболочка его, как видите, состоит из трех слоев, а скорлупа сверху покрыта шипиками. Раньше в них содержалось незначительное количество яда басилисколина, и малейшее прикосновение к яйцу вызывало покраснение и сильное жжение и боль. Судя по всему, эти ядовитые шипики служат защитой от животных-яйцеедов. Но перед вылуплением детеныша яд постепенно растворился в оболочке и белке яйца.

– А где же вы нашли это симпатичное яичко? Может, в норе у пасхального кролика? 39 – спросил Джек, наклонившись, чтобы лучше рассмотреть блестящую скорлупу, и таким образом дыша мне прямо в ухо.

– Местный охотник, который принес нам это яйцо, утверждал, что нашел его в пещере невысокой горы, что расположена рядом с полем Скорпионовой травы, – ответил доктор Краймерс. – Судя по его рассказу, оно лежало в своеобразном гнезде, свитом из этого растения. И так как рядом не было животного, которое могло бы его охранять, то охотник быстро спрятал яйцо в мешок и побежал к нам в лабораторию.

– А можно ли поговорить с этим охотником? – поинтересовалась я. – Вероятно, он сможет показать нам то гнездо.

– К сожалению, охотник уже давно мертв, – сказал господин Мирандерик. – Видимо, по дороге в лабораторию он поцарапался о шипы Скорпионовой травы. Да и семена этого растения могли попасть ему в легкие – тогда как раз был период созревания плода и распространения семян.

– Да-а, пасхальное яичко ему дорого обошлось, – подытожил Джек.

– Так что, профессор Сирок, Вы можете теперь определить, к какому роду или семейству принадлежит вылупившаяся из этого яйца тварь? – обратился ко мне доктор Краймерс.

Я пожала плечами, положив кусочки скорлупы на стол.

– Тогда, может, после того, как я опишу внешний вид и повадки этого животного, Вы сделаете какой-нибудь вывод.

– Вполне возможно.

– Хорошо. Сейчас я включу монитор, чтобы показать вам его… э-э… сейчас… одну минутку, – смотритель питомника что-то усердно набирал на клавиатуре, вмонтированной в стол. Когда экран позади него загорелся, доктор Краймерс взял лазерную указку и встал рядом с монитором. – Полученное от охотника яйцо мы держали в инкубаторе 40 с температурой сорок – сорок пять градусов по Фаренгейту, 41 – говорил доктор, показывая на сменявшиеся на экране фотографии яйца и диаграммы результатов эксперимента. – Мы два раза облучили яйцо кси-волнами, но детеныш вылупился лишь через семь дней вместо предполагавшихся ранее десяти часов. Сразу после появления на свет он таинственным образом сбежал из лаборатории. Камеры и сенсоры, установленные в каждом секторе, ничего не зарегистрировали. Поиски в джунглях также ни к чему не привели, и мы решили, что больше его никогда не увидим. Но мы ошибались…, – доктор Краймерс сделал паузу, внимательно посмотрел на нас и продолжил уже тоном рассказчика какой-нибудь страшной истории: – Ровно через три месяца беглец сам нашел нас, но он уже не был детенышем. Теперь к нам вернулось ужасное чудовище, кровожадный самец неведомого нам животного, убивающий всех на своем пути. И он это делал не только ради пищи. Множество трупов так и оставались нетронутыми, словно этому монстру доставляло удовольствие сеять смерть среди нас. Нападал он, в основном, ночью и исключительно на людей. По рассказам немногих выживших свидетелей атаки этого хищника, он появлялся внезапно, будто материализовывался из самой тьмы, молниеносно вонзал свои острые, как лезвия ножей, когти в несчастную жертву и утаскивал к себе в ночную тьму. Поэтому наши сотрудники прозвали его Блэйд Даркер – Лезвие Тьмы… 42