Чудовище (сборник)
Шрифт:
– Древнейшее учение арктов, – говорил тот, – принесено было в наши земли народом, уже существовавшим задолго до времен Авраама и отца его Евера. [9] Римляне называют это многочисленное племя этрусками, мы же, греки – фракийцами. Но сами они себя именуют русены или, иногда, одрюсы . [10] Ибо они сохранили первоисточную веру – в Единого – и посвященные их облечены Его Духом. [11]
9
Историк Александр Снисаренко пишет: «К северу от Балканского полуострова и в северо-западной части Малой Азии жили фракийцы, чьи корни уходят в такую древность, какая и не снилась тщеславным эллинам». («Третий пояс мудрости», Лениздат, 1989.) Подобные утверждения вовсе не голословны. Еще священномученик Ипполит Римский, епископ Остиумский, писал: «Это великая тайна самофракийцев, хранителей известного мистериального культа, которую нельзя выразить, и которая известна лишь посвященным. Они же могут с достоверностью сообщить об Адаме как о своем прачеловеке». («О Воскресении – против иудеев», III в. по Р.Х.) Знаменитый мистик начала ХХ в. Рудольф Штайнер ссылается на это свидетельство Ипполита Римского в работе «Христианство как мистический факт». При этом отмечая, что о существовании культа, «известного» во время жизни епископа, теперь забыто и лишь немногие знают, что вероучение о Едином Боге (о Боге и людей, и богов) существовало задолго до времен, о которых повествует Ветхий Завет.
10
Античные авторы оставили многие письменные свидетельства о фракийцах. Типичное описание их внешности находим, например, в поэме Ксенофана Колофонского (V в. до Р.Х.) о богах.
«Их [бессмертных] наружностью каждый сравнил бы
С той породой, к какой он и сам на земле сопричастен:
Черными мыслят богов и курносыми все эфиопы,
Голубоглазыми их же и русыми мыслят фракийцы».
Современный историк Владимир Щербаков пишет: «Фракийское племя, объединившее другие племена региона, называло себя русами. Античные же авторы называли их одрисами (произносилось одрюсы). Случай тот же, что и с этрусками, которые сами себя называли расенами (росенами, русенами), а латинские авторы называли их этрусками. Самоназвание народа вообще нередко отличается от его названия на другом языке». («Асгард – город богов», М., «Молодая гвардия», 1991) Основываясь на результатах своих исследований в Малой Азии Щербаков полагает несомненным «родство этрусков с такими народами как русские, киевские русы, белорусы, русины (народ, живущий в Прикарпатье), балтийские русы (ободриты), давшие, кстати, начало роду Рюриков».
11
«Немногие – писал отец истории Геродот – посвящены в тайное учение… совершаемое на Самофракии» Страбон же добавлял «Их [самофракийцев] все считают чем-то вроде людей боговдохновенных».
Эти потомки северных находников, которых египтяне и до сего времени называют иногда людьми с холодного моря, всегда отличались верой в исполнение гиперборейских пророчеств. [12] Предметом их особого упования, определившим обычаи, было то, которое недавно исполнилось. Что неискусобрачная Дева некогда родит Спасителя Мира, зачатого не от мужа, но от самого Духа.
В честь этого Предсказания одрюсами издревле установлен ежегодный праздник: Русалии. По форме это прославление Девы-Птицы, то есть – на языке символов – чествование Девы и Духа. Мне доводилось видеть, как девушки русенов совершают священный танец в облачениях из перьев белого голубя… [13] Известно ли тебе, странник: город, где расположен теперь ваш Храм, основан был переселенцами-одрюсами и получил имя в честь этих празднеств? [14]
12
Одну из волн переселения северных народов на юг, пришедшуюся на конец третьего – начало второго тысячелетия до Р.Х., известный историк-славист Б.А.Рыбаков описывает как «марш боевых топоров» от Полесья до Атлантики. Историк Александр Снисаренко добавляет: «Оттуда же, с севера, явилось в Средиземноморье высокорослое племя русенов… и все остальные народы, упоминаемые в „Гимне победы“, „Поэме Пентаура“ и других египетских памятниках. По крайней мере в пользу этого свидетельствуют указания античных авторов на то, что этруски были киммерийцами, то есть северянами, переселившимися по неизвестной причине в Малую Азию». («Третий пояс мудрости», Лениздат, 1989.)
13
На древней иконе Благовещение, хранящейся в музее города Владимира, изображены Мария Дева и архангел Гавриил, приносящий весть, что Она зачнет от Святого Духа и родит Сына Божия; под этими двумя фигурами крупно изображены три танцующих белых лебедя… Традиция о Деве-Птице, то есть о Деве и Духе, насчитывает многие тысячелетия. Еще Прометей в трагедии Эсхила говорит о девах, подобных лебедям, обитающих на краю земли, окутанной вечной ночью. Античная Греция знала их как фракийских дев, и позднеантичная мифология усвоила им имя форкиды – дочери божественного прародителя Форкия. «В славянских и германских сказках – пишет историк и доктор философии В.Н.Демин („Тайны русского народа“ – М., „Вече“, 1997.) – одинаково распространен образ Лебединых Дев, что… сбрасывая лебединое одеяние, превращаются в волшебных красавиц… Аналогичные представления сохранились у народов, населяющих север нашей Родины… Все это свидетельствует о том, что гиперборейская лебединая символика охватывала значительные пространства Евразии и распространялась на многие разноязычные народы на протяжении многих тысячелетий». Специалисты по мировой фольклористике называют предания о Деве-Птице бродячим сюжетом, так он распространен в северном полушарии. «Но – замечает Демин – сюжеты бродили не сами по себе, а по той причине, что бродили люди и народы, их распространявшие. Когда-то был единый народ с единым языком и едиными праверованиями. Единый очаг культуры находился на Севере… Затем начались дифференциация и расселение народов, растянувшиеся на тысячелетия. Одни впоследствии оказались в Индостане или на Иранском нагорье, другие остановились в ареале от Волги до Одера… от Черноморско-Кавказских степей до Прибалтики и Волхова… третьи двинулись на Балканы через Малую Азию и с севера, основав по берегам Средиземного, Эгейского и Адриатического морей древнегреческие колонии и полисы. Былое же время, когда они тесно соприкасались, и отразилось в дошедших до нас сильно измененных преданиях о славянской Дане – Жене Солнца и, одновременно, Деве…» Добавим, в Откровении Св. Иоанна Богослова сказано: Наступил брак Агнца и Жена Его приготовила себя. И дано было Ей облечься в виссон чистый и светлый… (19: 7,8.) В качестве брачного облачения Жены-Девы называется именно виссон – материя, изготовлявшаяся из птичьего пуха. Едва ли это случайный выбор, никак не связанный с пророчествующим каноном древних Русалий… Тем более, что в Откровении почти сразу же затем сказано: Богу поклонись, ибо свидетельство Иисусово есть дух пророчества. (19: 10.)
14
Иерусалим пребывал столицей древнееврейских государств, в общей сложности, не более 500 лет. Престолы ветхозаветных царств – Израильско-Иудейского, Иудейского, Хасмонеев – неизменно рушились в нем, продержавшись лишь век-другой. История же самого Города насчитывает многие тысячелетия. Арабы называли его El-Kods – Святой Город. Различные племена потомков северных переселенцев именовали: God’s (Божий); Evus, Ievus или Dievus (Диев – Богов – или, по другой версии, Девий). А также прозывался он и Русалы – место Русалий.
Божьим, святым Город слыл еще когда Авраам, прародитель еврейского народа, пребывал бездетным. Диев уже тогда был славен и силен и древнюю имел историю. Его населяло племя иевусеев, поклоняющееся Всевышнему (Бытие, 14:18) – Богу и людей, и богов. Владыкой Города был святой царь-жрец.
Потомки Авраама прозвали этого царя Мелхиседек (Царь Праведный). Однако позднее они же говорили о нем «сын блудницы» (свидетельствует Епифаний Кипрский). Наверное – чтобы оправдать свое вторжение в Святой Город и узурпацию престола.
Под именем Мелхиседек первый из упоминаемых в Библии царей Града Божьего вошел в Священную Историю. Славянский извод книги Еноха, восходящий к ессейскому оригиналу и, возможно, к более древним источникам, повествует, что Мелхиседек при жизни возносился на небо и прозревал славу грядущего Христа.
Авраам, выходец из многобожного Ура Халдейского, мог воспринять веру в Единого Всевышнего именно от народа иевусеев. По крайней мере Авраам жертвовал Мелхиседеку, посвященному венценосцу, десятину со своей военной добычи (Бытие, 14:20).
Потомки Авраама уже не отличались подобном благочестием. Более того, из века в век они затевали войны против Святого Града – столь же постоянно, сколь безуспешно. Книга Бытия (32: 24–28) повествует аллегорически: Иаков (персонификация евреев) боролся с Ангелом Божьим и не мог одолеть. За что и наречен был Израиль (Борющийся с Богом).
Град Божий не сдавался натиску потомков Авраама со времен еще Навина, истребившего все окрестные племена, и приобрел у поколений евреев славу неприступного. Диев покорил лишь Давид – во времена гораздо более поздние. И то только благодаря тому, что захватчиками случайно был обнаружен древний подземный ход, ведущий сквозь скалистую толщу гор в подземелья Города.
Кем и когда был сооружен этот грандиозный туннель? Иевусеи, защитники, не знали о его существовании, почему и не предприняли мер по его охране или же перекрытию. Возможно, это указывает на то, что даже и не они, тысячелетиями владевшие Святым Городом до евреев, были основателями его.
– Некогда – продолжал Дионисий – почитателями Руса было заложено множество городов на пространстве меж двух морей, северное из которых не даром и до сего времени зовут Русское . [15] Таковы Ас, Дума… Икона, Скифоград и Верея (что означает на забытом здесь языке: затвор ). И таковы же Кротон, Смирна и Милет – родина моего учителя.
– Гиперборейское пророчество о рождестве Божича – говорил афинянин – указывало конкретную землю. Она тысячелетиями привлекала паломников с востока и севера. Значительное их число оседало здесь, на побережье теплого моря. Однако веру отцов сохранили в чистоте немногие из потомков…
15
Черное море именовалось Русским начиная с эпохи господства на нем Сурожа – процветающего русского торгового города. В IV в. до Р.Х. греческий полководец Перикл, родом из Афин, взял Сурож приступом и разграбил его. Об этом повествует Влесова Книга (III, 21): «во храмах сурожских, добытых врагами, святыни наши повержены во прах».
Известно было и расположение звезд, под которым Ожидаемое свершится. Поэтому учитель мой Гермий не жалел лет, овладевая искусством точного определения констелляций.
И вот однажды он понял, что живет в ЭТО время!
И сразу же тогда отправился в путь, все бросив…
Он оказался менее удачливым, чем те трое, о которых тебе, я думаю, хорошо известно. Ведь Гермий выступил на двенадцать лет позже. До этого он еще не был искусен в чтении звезд, и не подозревал, что Время уже пришло.
Около четырех лет он странствовал по побережиям двух морей. Расспрашивая: не видал ли кто Сына Бога? не слышал ли о Рожденном Девой? Встречая лишь недоумение и насмешки. Так обошел он множество городов.
Наконец, в земле, которую вы называете Галилея языческая , [16] в городе Назарет ему указали один ничем особенно не приметный дом. И передали, что, сказывают, к младшему из детей живущего в нем семейства, еще во времена младенчества Его, приходили какие-то волхвы с севера… а не-то с востока… И поклонились Ему тогда как некоему Царю. И будто бы однажды глава семейства обмолвился о Нем – единственном Сыне своей молодой Обручницы, которую он взял вместо умершей жены: не от меня, но от Бога.
16
Еще Исаия, пророчествуя о пришествии Христа, говорил: «В стране, что за Иорданом… в Галилее Языческой… великий Свет воссияет». (Ис. 9:1–2.) Языческой именовали Галилею и в евангельские времена. Поэтому, вероятно, и существовала тогда в землях иудейских поговорка: что доброго может выйти из Назарета [языческого]? (Иоан. 1:26.)
Рассказывали все это Гермию, впрочем, не имея особенного доверия к передаваемым слухам, а скорее глумливо. Но в сердце у него немедленно возгорелась надежда… чтобы смениться разочарованием. Как в скорости он узнал, Отрок оставил дом. И, вопреки увещеваниям близких, отправился на купеческом корабле в опасное плавание к далеким и холодным берегам бриттов. [17]
Конечно же, туда направил свой путь и Гермий. Но, будучи уже близ берегов Альбиона, его корабль потерпел крушение.
17
Поэту-духовидцу Вильяму Блейку было откровение о том, что древняя английская легенда, повествующая об Отроке Иисусе, приплывшем на берега Британии – истинна. Он положительно отвечал на вопрос, который сам же формулировал так:
Правда ли, что ноги Его приминали некогда травы этих холмов?
Правда ли, что Святого Божьего Агнца видели на лугах Англии?
Торговый морской путь, связывавший Средиземноморье и Англию, известен был как минимум за 6–7 веков до Р.Х. Это был знаменитый «оловянный путь» греков, проложенный, согласно Плутарху, еще легендарным Одиссеем.
Учитель мой спасся чудом. И несколько дней бродил, в одиночестве, по вересковым холмам и дубовым рощам в поисках человеческого жилья. И не без Божиего промысла, видимо, оказался на пути его отчаянных странствий Камень, почитаемый в тех землях священным. [18]
И Гермий, подойдя к нему, обмер. На плоской выщербленной поверхности угловатого гранита, почти ушедшего в землю, виднелся ясный, словно на мягкой глине, оттиск небольшой человеческой ступни.
18
Друиды поклонялись этому знаменитому Камню Врат (Tor-Stone) вплоть до 563 года, когда на Авалон высадился Колумбанус. Тогда, повествуют «Хроники св. Колумбануса», Камень был разломан как «языческий»… Было ли известно ревнителям предание, что на нем – след Пришедшего из Галилеи Языческой? Сколько еще уничтожается подобных следов… именем Того, Кто сказал: «не разрушить Я пришел, но исполнить»?
Забыв усталость и голод, учитель мой, пораженный чудом, стал на колени и приступил к молитве.
За нею его и застал друид, живший неподалеку в пещере и поклонявшийся Камню. Он рассказал Гермию предание. Некогда на этом самом холме аркты («боги, пришедшие со стороны льдов» – говорил друид) построили великий Храм-Солнце, какой не могут возвести смертные. Стены его были воздвигнуты из голубых костей гор. Сводами ему служило самое небо. Храм посвящался Сыну Бога Всевышнего. Взаиморасположение и форма величественных колонн указывали сочетание звезд, под которым Ему предопределено Отцом явить Себя миру… Однако было это в такие незапамятные времена, что камни, составлявшие Храм, успели все уйти в землю. Остался только этот последний.
Друид жил в этой пустоши с юности, служа Камню. Он помнил его с совершенно ровной еще поверхностью. И он видел, как совершилось чудо запечатленья следа.
И рассказал моему учителю то, о чем тот уже и сам догадывался.
Около трех лет назад на этом холме стоял Отрок. И говорил к собравшимся вокруг него овиддам, и бардам, и филидам. [19] И к самому Верховному Друиду. И сей, способный мановением руки вызвать бурю или низвести с небес молнию, носящий нагрудник правды – смиренно Ему внимал.
19
Степени друидического посвящения.
И попросил благословения Его. И Отрок, благословляя, шагнул к склонившемуся перед ним старцу и Его нога оказалась на гранитной поверхности. И тогда-то, как это хорошо видел друид, и запечатлелся след.
Служивший камню стал собирать утреннюю росу из этого следа, ибо она исцеляла… Он приютил Гермия. Во время жизни у друида учитель мой видел завораживающие празднества в дебрях леса. Он мне рассказывал о шествиях людей дуба с факелами. Об благочестивых их песнях около чистых огней. И как они восклицали: «Есус, Который был предречен от начала мира – вот, Он явился! Радуйтесь! Близка Его победа над Мертвым Древом!..» [20]
20
Есус и Мертвое Древо – образы друидической мифологии, имеющие очень древние корни. О Есусе – Есу (Отцу) – С ыне – Божиче – говорят предания всех северных народов, сохранивших гиперборейскую (арктическую) Традицию с праантичных времен. Мертвое Древо есть негатив Мирового Древа (известного официальному христианству как Древо Жизни).
Мертвое Древо изображается в друидической традиции как крест, четырехконечный, или же Т-образный, обвитый змием. Крест этот имеет иногда корни, а иногда – двенадцать или тринадцать ветвей. (Поздняя реминисценция этой традиции – картина Пасино да Бонагвидо, IV в. – Христос, распятый на древе о двенадцати ветвях.) Победа над Мертвым Древом, преобразование его в Древо Животворящее символизируется у друидов сидящей на кресте Птицей, чаще всего Голубем (Духом).
Есус изображался либо распятым на Мертвом Древе, либо побеждающим его – имеющим секиру в руке. (Сравним: «Уже и секира при корне дерев лежит» – Лук. 3:9.) Такие изображения создавались задолго до рождества Иисуса Христа. Римляне, воевавшие с галлами и кельтами, обнаруживая иконографию Есуса, не подозревали о ее профетическом (пророчествующем) смысле. Поэтому они восприняли Есуса как некое «гневное» божество, требующее повешенья жертв на дереве. Но сами кельты называли Есуса Добрый Бог и Господь Богов.
Долгое время Гермий не мог узнать, куда отправился Отрок дальше. Многие месяцы он странствовал по туманному Альбиону, расспрашивая кельтов о Том, Кого они называли Есус. Как правило его собеседники знали, что чудо Его рождения совершилось. Однако на расспросы Гермия они отвечали, что человеку невозможно ведать Его пути.
Однажды мой учитель услышал барда, певшего недавно сложенную священную песню. В ней говорилось о благочестивом князе Двиване. Уверовав, что Отрок и есть Туисто – Великий Герой гиперборейского Пророчества [21] – князь взял Его на свою славную боевую ладью в плаванье на священный Русин. [22]
21
Древнегерманские племена почитали Есуса под иносказательным именем: Туисто (или Туистос) – Двойной. Этому и причина была двойная. Гиперборейское Пророчество сообщало о Нем, что, воплотившись, Он будет иметь двойную природу: одновременно и Божескую, и человеческую. А также и что Ему суждено прийти дважды.
Тацит, римлянин, не зная праантичной борейской мифологии и ее пророчеств, считал, будто бы «варвары» поклоняются некоему «двуполому божеству» – наподобие греческого Гермафродита.
Но сами греки не понимали так плоско северный символизм. Свидетельство тому – все произведения дорийскойветви священной поэзии эллинизма. Эта исконная школа представляла собой, пишет Эдуард Шуре («Великие Посвященные», 1895) «могучий отпрыск древне-арийского духа» – наследие северных находников. Божественные имена сказаний воспринимались посвященными и поэтами исключительно в качестве «символов понятий чистой доктрины». Строгую духовность этой философско-мистической школы хранили фракийские жрецы храма Аполлона Гиперборейского в Дельфах. Она просуществовала вплоть до времен Дионисия Галикарнасского, лишь постепенно вытесняемая из эллинизма чувственным элементом – «слезливым и сладострастным». Поэтому вполне вероятно, что греческое слово «Христос» (Мессия) имеет прототипом иносказательное именование Есуса – «Туистос» (Двойной) – мистическое понятие, восходящее к временам Арктиды.
22
Остров, наиболее известный теперь как Рюген, прозывался также Руян и даже Буян (в былинах). Однако Северная Традиция хранит его исконное имя: Русин – то есть Духов – остров. В былинные времена храм Духа, первоначально воздвигнутый на нем, по преданию, «пришедшими со стороны льдов», славился чудесами, почему остров и попал в былины, а также поминается в старорусских заговорах. В 1168 году этот многажды перестроенный храм Святовита (Святого Витающего – то есть Всеприсущего Духа) был окончательно разорен датчанами.