Чума вашему дому
Шрифт:
Букет Люка не поймала, но это не помешало им с Павлом пожениться всего через месяц. Разумеется, она была свидетельницей у меня, а я — у нее. Летом они удочерили двухлетнюю девочку Наташу, родители которой погибли при пожаре, а заодно, подумав, и ее трехлетнего брата Витю. Работала Люка теперь больше дома, но дела в клинике шли вполне успешно. И онкологическое отделение мы после долгих раздумий все-таки открыли.
С детьми мы с Артемом решили не тянуть, предоставив это дело небесной канцелярии. Видимо, там подумали, что Тамара уже слишком старая, стоит поторопиться, и в мае тест выдал две полоски. Артем был на седьмом небе, а Кулаков в ярости, потому что летнюю сессию я закрыла, а вот в декрет должна была уйти еще до зимней. И тут снова на помощь пришел палочка-выручалочка Аркадий. Он и в клинике меня охотно подменял, но там интерес у него был другого рода, помимо зарплаты. Одна рыжая лисичка-медсестричка. Вот так и оставляй девушку на месяц с симпатичным доктором.
Артем хотел дочку, мне было все равно, и мы договорились оставить это сюрпризом. Приданое выбирали унисекс, и даже имя такое, чтобы подходило и для мальчика, и для девочки. Беременность прошла сравнительно легко, а вот во время родов мироздание меня немного потроллило.
Рожала я в той самой Снегиревке, где мы с Тарасом появились на свет, в платном отделении. Срок поставили пятнадцатого января, договор я заключила заранее и врача выбрала по рекомендации отца — приятную женщину в возрасте. Но барышня наша решила так долго не ждать и появилась на свет под Новый год, в ночь на первое, когда врача моего не было в городе. Пришлось рожать с дежурным — мальчишкой, едва вышедшим из ординаторского возраста.
— Знаешь, что такое кармический бумеранг, Тома? — поддел Артем. — Это тебе отлились слезки твоих пациентов. Которые входили в кабинет и с ужасом понимали, что их письки будет лечить симпатичная молодая женщина.
Но меня как раз совершенно не волновало, что в моем интересном месте предстоит ковыряться мужчине. В отличие от того, что он еще совсем щенок и наверняка ничего не умеет. К тому же парень обрадовал с порога:
— Тамара Григорьевна, давайте вместе как следует поработаем, иначе Григорий Сергеевич меня из-под земли выкопает и голову откусит. Я ему экзамен два раза пересдавал.
— Вы очень обнадежили, молодой человек, — мрачно ответила я.
К счастью, все прошло благополучно, но вряд ли в этом была его особая заслуга. Женька родилась крепкая и здоровенькая. И даже сейчас, когда ей еще не исполнилось и месяца, все говорили, что она вылитый Артем. И что это хорошо — если дочь похожа на отца.
На этот раз торопыга моя продержалась чуть дольше — минут семь или восемь. Сыто вздохнула, отвалилась, почмокала губами и моментально уснула.
— Как ты? — спросил Артем.
— Лучше. Спасибо тебе!
— Да не за что. Полежу минутку с вами.
После моего возвращения из роддома Артем спал в гостиной на диване, и я страшно по нему скучала. Хотя и было пока ну совершенно не до интима. А вот ощущения, что он рядом, можно протянуть руку и дотронуться, страшно не хватало.
Артем прилег поверх одеяла и уснул так же мгновенно, как и Женька. Часы показывали начало третьего. С одной стороны маленький теплый комочек — часть меня. С другой — самый любимый, самый дорогой мужчина. Половинка. И вдруг показалась, что моя жизнь никогда не станет более полной и насыщенной, чем сейчас, когда они со мной. Да, жизнь не может состоять из одного счастья, но тем оно острее и глубже, когда все-таки приходит…
[1] «Liebfraumilch» (нем.) — "Молоко любимой женщины", белое полусладкое вино, производимое в Германии
Конец