Чтение онлайн

Была в ее комнате еще одна полка, прямо над ее кроватью. Совсем короткая, два локтя длиной, она представляла собой старую половую доску, которой не нашлось места и которую не бросили на растопку. И эта полка вмещала всю библиотеку Ванессы - двадцать две книги, привезенные ее отцом с Большой земли. Ей, конечно, было далеко до Университетской библиотеки Сиэльстена, и девушка не знала, сколько стоит ее сокровище на Большой земле, но по меркам Зеленого берега каждая из этих книг была бесценна. Попади какая-нибудь из этих книг в руки местного крестьянина, он бы незамедлительно попытался ее продать, и выручил бы за нее солидные деньги. Даже в Десилоне, единственном государстве, где был известен порох, где впервые зародилось и процветало рыцарство, где дисциплина и профессиональность армии были опорой для мирной жизни, книги по цене шли на одном уровне с серебряными, золотыми драгоценностями и отличным оружием. Солт как-то рассказывал, что видел, как какой-то парень в оружейной лавке менял книгу на комплект доспех и молот, наверняка способный колоть гранитные валуны, как орехи. Для Ванессы они были еще дороже из-за их содержания. Научные трактаты по алхимии, анатомии, спагирии и болезням, книги ученых, в которых объяснялись природные явления и природные законы. Были среди них и рыцарские романы, но их она не особо любила, в отличие от ее друга Нила. Ванесса улыбнулась совсем свежим воспоминаниям. Для нее стало полной неожиданностью, когда простой деревенский парень, жутко стесняясь и запинаясь, спросил у Ванессы, есть ли у нее какая-нибудь книга о приключениях рыцарей и подвигах героев. Таких было две, и ее просьбами и стараниями отца теперь их было пять. Нил теперь часто захаживал к новой подруге, и не только из-за больных суставов его отца-траппера.

Еда приготовилась быстрее, чем Ванесса ожидала - за приятными воспоминаниями и любованием своим сокровищем на полках время пролетело незаметно. Стоило ей приняться за еду, как неприятные мысли начали понемногу отступать. Хлеб казался свежим с голодухи, хоть и обветрился еще позавчера, масло, растаявшее в каше, казалось девушке амброзией. Какое-то время она была полностью сосредоточена на еде и утолении чувства голода. Только когда голод поутих, а миска опустела, Ванесса позволила себе расслабиться целиком. Закинув ногу на ногу, она лежала в кровати, мучая зубами сухарь и закручивая пальцем кончик локона. Было тихо, трещал камин, дышащий теплом, достаточно мягкая кровать приятно расслабляла одеревеневшие после трудового дня мышцы. Все же хорошо дома. Но какая-то мысль навязчиво крутилась у нее в голове, требуя внимания. Девушка вновь вспомнила хозяина жирного хряка. На этот раз раздражение было легким, почти незаметным. Наконец, она ухватилась за мысль, потянула, и из памяти всплыла фраза: "Ничто не происходит сразу. Даже магии нужно время, чтобы подействовать". После этих слов толстолобый хозяин хряка сразу заткнулся, разумеется, причиной тому было упоминание магии. Сейчас Ванесса уже не помнила, что именно заставило ее сослаться на мифическую силу, в существование которой она не верила. И все-таки ей стоит упоминать ее чаще, может, тогда ей удастся в следующий раз управиться за три часа, а не за восемь. Да, ей определенно стоит так поступить в следующий раз, а сейчас пора заставить себя встать с кровати и вымыть миску. Если овсянка засохнет на посуде, ей придется отдирать ее ножом.

Скоро чистая миска стояла на столе. Идти к ручью Ванессе не пришлось: снаружи уже хлестал ливень, и ей оставалось только высунуть руку из-под навеса на крыльце. Немного подумав, Ванесса заперла дверь на замок и закрыла ставни. Теперь ее точно никто не побеспокоит. Да и не найдется в этой деревне любителей ходить под дождем, опять же, из-за суеверий.

Прошло достаточно много времени, прежде чем Ванесса, устав лежать без занятия, зажгла свечу, поставила ее на табуретку рядом с кроватью. Ровный свет свечи разгонял тьму на небольшое расстояние, дрова в печи уже прогорели, угли в камине тлели, отдавая последние крохи тепла. В круге света оставалась только кровать девушки, полка, табурет и часть пола. И та книга, которую она вытащила с полки, "Виды болезней". Автор был неизвестен, только на переплете стоял тесненный знак, чем-то напоминающий ключ. Должно быть, знак самого автора трактата, подумала Ванесса. В предвкушении начала новой книги девушка прошлась глазами сначала по переплету, затем по окружавшему ее полумраку. Запах горящей свечи никогда еще не был таким приятным. Как же хорошо наконец-то оставить грязь и глупость поселения за закрытой дверью, оказаться один на один с книгой. Глядя на черный переплет, Ванесса попыталась представить, кто ее писал. Наверняка очень умный, уже немолодой человек в красном или сером саване, какие носят ученые Университета, успевший повидать за свою жизнь много всего и передать свою мудрость не одному молодому человеку. Ванесса открыла первую страницу. Ее ждала надпись: "Виды болезней и способы их излечений методами народной медицины и спагирии". Перелистнув еще страницу, Ванесса углубилась в чтение.

Ее отвлек резкий прерывистый звук. Девушка не сразу определила его, но когда поняла, что это за звук и откуда он идет, ее пальцы сжали края книги и побелели. Кто-то стучался в дверь. Кто-то все-таки притащился ночью к порогу ее дома в ливень. Ванесса закрыла книгу, положив тканевую закладку между страниц. Она откроет дверь, но если кому-тот опять нужна ее помощь, пусть ждут до утра. Сегодня она больше никуда не выйдет.

Снова раздался стук в дверь, однако на этот раз он показался Ванессе знакомым. Она положила книгу на табурет и взяла с него свечу. Третий раз в дверь постучались, когда Ванесса уже открывала дверь ключом, все еще держа свечу в руке. Раздался все тот же глухой щелчок, в щель между дверью и стеной тут же подул холодный влажный ветер, грозя потушить огарок свечки.

Стук действительно был ей знаком. За порогом стоял рослый белокурый юноша, кареглазый, с простым и честным, внушающим доверие лицом с чертами северянина. В его глазах помимо доброты и простоты, присущей почти всем молодым людям поселения, отражался ум, редкое явления в этих краях. Ему были не понаслышке знакомы понятия достоинства и чести, Ванесса не раз убеждалась в этом, с отцом-северянином трудно было расти без них. Холщевая рубаха и штаны полностью промокли и прилипли к телу, волосы вымокли и растрепались на ветру, его кожа блестела от воды. Даже в таком виде юноша не казался сколь-нибудь приниженным.

– Нил?

– Привет.
– На его лице отразилось облегчение. Со стороны дом действительно казался необитаемым.
– Извини, что так поздно, но это важно.

– Что ты здесь делаешь? Ночью, в дождь... Не важно, заходи.

Нил явно хотел что-то сказать, но слова Ванесса удивили его еще больше, чем закрытая дверь и темный дом.

– Заходить? Ты уверена?

– Заходи скорее. Потом расскажешь, что у тебя ко мне за дело, только не стой под дождем.

Как только юноша неуверенно шагнул в дом, дверь тут же закрылась за ним, отрезая шум воды. Только сейчас Ванесса заметила, что с посетителя на пол падают капли.

– Черт, ты не мог подождать до утра? Ты весь вымок! Подожди...

Ванесса метнулась к одному из сундуков и открыла его крышку. Мгновением позже в ее руках оказалась легкая белая простыня, с которой она подошла к Нилу.

– Вот, вытрись. Не хватало еще, чтобы ты подхватил простуду или воспаление.

– Спасибо.

Нил на мгновение замялся - его руки были заняты небольшим прямоугольным свертком, который Ванесса не сразу заметила. Юноша протянул ей сверток, принимая из рук девушки простыню. На ее лице появилась легкая улыбка.

– И ради этого ты вышел в такую погоду? Чтобы вернуть мне книгу?

– Не совсем.
– Раздался его голос из-за простыни.
– Я ее прихватил, потому что случай представился. У отца снова разболелись суставы. Ты же знаешь, когда они болят, сама жизнь кажется невыносимой.

Ванесса развернула самодельную обертку из мешковины, в которую Нил упрятал книгу, чтобы защитить ее от дождя. Это был рыцарский роман, который она отдала Нилу месяц назад, "Сказания о подвигах Эрика Кровавоперстого".

– И как?
– Спросила Ванесса, имея в виду книгу. Юноша, не ожидавший такого вопроса, на секунду перестал работать простыней и замер.
– Понравилось?

– Ну...
– на его лице отразилась неуверенность. Ему до смерти не хотелось расстраивать Ванессу, но еще меньше ему хотелось врать ей.
– Вроде бы.

Улыбка на лице Ванессы стала чуть более заметной.

– Не пытайся меня обманывать, даже для того, чтобы сделать мне приятно. Мне она тоже не понравилась.

Почувствовав, что кровь больше не приливает к его лицу, Нил вздохнул свободнее.

– Не понравилась? Так ты тоже считаешь, что подвиги Эрика... Они...

– Неправильные. Им и его рыцарями движет жадность и жажда наживы, в далекие земли они отправляются, чтобы обогатиться. На деле они грабили, убивали, насиловали, или что еще мужчины делают во время таких налетов. Не такими должны быть подвиги.

– Согласен.

Ванесса поставила "Сказания о подвигах Эрика Кровавоперстого" на полку рядом с остальными книгами. Потом она перешла к другой полке, к своим препаратам. Огонек свечи отражался в многочисленных склянках, стеклах и жидкостях. Она не помнила, куда поставила тот препарат, который нужен отцу Нила, помнила только, что приготовила его позавчера днем и поставила куда-то на полку. Поиски немного затянулись.

– Так, значит, у твоего отца опять болят суставы?

– Болят.

– Пора бы ему уйти на покой.

– Он и так ставит ловушки все ближе к поселению, потому что не может много ходить. Звери попадаются все реже. Суставы суставами, но охотнику тоже нужно кушать. И жить на что-то.

– А ты ему на что? Твоему отцу скоро шестьдесят стукнет, пора бы передавать дело в руки сына. Ты ведь давно уже не ребенок, густыми лесами тебя не напугаешь.

– Чтобы быть траппером, нужен опыт. Зверь осторожен, всегда знает, куда следует ставить лапу или копыто. Так отец и идет сам, говорит, что у меня опыта нет, все меня с собой берет как помощника или ученика.