Чтение онлайн

Майк позволил еще раз наполнить свой стакан. Он не разделял отвращения Джилл по отношению к происходящему. Его покоробило, что Старший Брат оказался куском испорченной пищи, но он отложил этот факт для дальнейшего осмысления и упивался творившимся внизу бедламом. Настроение службы было настолько марсианским, что Майк одновременно испытывал тоску по дому, и иллюзию того, что он дома. Внешне все было не по-марсиански, но Майк вникал, что внизу происходит сближение, как через воду, такое сильное и массовое, какого здесь ему еще не приходилось видеть. Ему нестерпимо хотелось, чтобы кто-нибудь пригласил его присоединиться к танцу. Он чувствовал, как подергиваются мышцы ног. Потом он увидел мисс Дон Ардент. «Может, она позовет?» Ему не пришлось вычислять ее по росту и фигуре, которыми она была очень похожа на брата Джилл: у мисс Ардент было собственное лицо, на котором сквозь мягкую улыбку проглядывала печаль и мудрость. Может быть, когда-нибудь она согласится разделить с Майком воду? Сенатор Бун Майку не нравился; хорошо, что Джабл оттер его подальше. А сидеть рядом с мисс Дон Ардент было бы неплохо.

Мисс Дон Ардент так и не взглянула на Майка. Людской поток понес ее дальше.

Человек на возвышении поднял руки. В зале стало тише. Вдруг он уронил руки вниз.

— Кто из вас счастлив?

— МЫ ВСЕ СЧАСТЛИВЫ!

— Почему?

— БОГ… ЛЮБИТ НАС!

— Откуда вы знаете?

— ТАК СКАЗАЛ ФОСТЕР!

Пастор упал на колени и поднял к небу кулак.

— Так услышим же львиный рык!

Толпа зарычала, завопила, завизжала. Звук то усиливался, то ослабевал, переходя с бархатных тонов на пронзительные. У Майка захватило дух, он готов был уйти в себя, но Джилл ему это запретила; Майк остался со всеми и купался в волнах их крика.

Пастор поднялся с колен.

— Наш первый гимн, — сказал он отрывисто, — посвящается компании «Манна Бейкериз», производящей священный хлеб! Братья и сестры! Завтра по всей стране начинается продажа изделий компании «Манна Бейкериз» по сниженным ценам! Хлеб будет продаваться в пакетах с портретом Верховного епископа. Некоторым из вас в хлебе попадутся выигрышные билеты, которые можно обменять на деньги в ближайшей церкви Нового Откровения. Пусть ваши дети пойдут в школу с полными сумками священного хлеба, пусть делятся им с детьми грешников и приближают их к нашей вере! Оживим же ее свет священными словами нашего любимого гимна «В атаку, фостериты!».

Три-четыре:

— Второй куплет! Три-четыре:

Майк был так очарован, что даже не пытался вникать в смысл слов. Он понял, что суть не в словах, а в сближении, которые они несли людям. Прихожане вновь замаршировали по залу, на ходу выкрикивая слова гимна. После гимна пастор читал объявления, послания ангелов и архангелов, рекламировал что-то еще, разыгрывал призы по входным номерам. Второй гимн («Поднимем счастливые лица!») посвящался торговой фирме «Даттельбаум Департамент Сторез». После гимна пастор подошел к краю сцены и приложил руку к уху.

— Что-что?

— Хотим… видеть… Дигби!

— Кого?!

— Хотим — видеть — ДИГБИ!!

— Громче! Он не слышит!

— ХО-ТИМ ДИГ-БИ!!! Хлоп-хлоп, топ-топ!

Начали шататься стены. Джабл наклонился к уху епископа:

— Еще немного, и мы повторим историю Самсона и филистимлян.

— Не волнуйтесь, наш цемент замешан на вере. А если серьезно, то движение стен заложено в проекте — производит впечатление и нагнетает атмосферу.

Погас свет, опустились шторы. На сцене в круге ослепительного света появился Верховный епископ Дигби. Он потрясал над головой сплетенными в замок руками.

Толпа встретила его львиным рыком и воздушными поцелуями. Епископ подошел к одержимым, все еще сотрясаемым конвульсиями, и поцеловал каждую. Рядом с рыжеволосой он стал на колени и протянул руку за спину. Ему подали микрофон, который епископ приблизил к губам женщины.

Майк не понял, что она говорила: ему даже показалось, что она говорит не по-английски. В паузах между ее рыданиями Верховный епископ переводил: — Архангел Фостер с нами…

— Он доволен тобой. Поцелуй сестру, стоящую справа.

— Архангел Фостер любит тебя. Поцелуй сестру, стоящую слева…

— Он хочет сказать кое-что одному из нас…

Женщина сказала что-то еще. Дигби не расслышал.

— Что? Громче, прошу вас.

Она что-то невнятно забормотала и забилась в истерике.

Дигби выпрямился и улыбнулся.

— Архангел передал послание пилигриму с другой планеты, Человеку с Марса, Валентайну Майклу Смиту. Где ты, Валентайн Майкл? Встань!

Джилл хотела остановить Майка, но Джабл буркнул:

— Лучше не сопротивляться. Пусть встанет. Помаши им рукой, Майк. Садись.

Майк помахал им рукой и сел, удивленный тем, что люди начали скандировать: «Человек с Марса! Человек с Марса!». Ему было неловко: он не привык к славословиям; его смущал шум. Наконец служба в честь Человека с Марса прекратилась, Верховный епископ передал бразды правления молодому пастору и ушел. Бун поднялся:

— Пора идти, ребята. Лучше выйти, пока вся толпа не повалила.

Они шли через замысловатое сплетение арок. Джабл спросил:

— Мы идем на стоянку? Я велел водителю подождать нас.

— Мы идем на аудиенцию к Верховному епископу.

— Что? Нам пора домой!

— Как вам не стыдно, доктор, — возмутился Бун. — Нужно же засвидетельствовать почтение человеку, который пригласил вас в гости! Джабл сдался:

— Там хоть народу не будет? Парень и так перегружен впечатлениями.

— Только Верховный епископ Дигби.

Бун втолкнул их в лифт; через минуту они вошли в приемную Дигби. Открылась дверь, и Дигби поспешил навстречу гостям:

— Простите, что заставил вас ждать, но я принимал душ. Вспотел в сражении с Сатаной. Так вот он какой, Человек с Марса! Благослови тебя Господь, сын мой. Добро пожаловать в дом Господа. Архангел Фостер просил тебя быть, как дома. Он наблюдает за тобой.

Майк не отвечал. Джабл с удивлением заметил, что Дигби очень низенький. (Наверное, к прихожанам выходит на каблуках. А может, дело в освещении?) Епископ напомнил Джаблу торговца подержанными машинами: сердечная улыбка, радушные манеры. Мешала только козлиная бородка а ля Фостер. Нет, он определенно похож на кого-то. Ах да! Симон Магус, давно почивший муж Бекки Вези! Джабл сразу же почувствовал к священнику расположение. (Симон был очаровательным человеком).

А Дигби уже очаровывал Джилл:

— Не становись на колени, дочь моя. Мы беседуем, как друзья.

Выслушав его, Джилл поразилась: он почти все о ней знает.

— Я преклоняюсь перед твоим призванием, дочь моя. Архангел Фостер завещал нам избавлять тело от страданий, чтобы душа могла предаваться поискам Истины. Я знаю — что ты еще не вошла в нашу семью, но твое дело освящено Господом. Мы спутники в дороге на небеса.

Затем епископ обратился к Харшоу:

— Вы также наш друг и попутчик, доктор. Архангел Фостер говорит, что Господь велит нам быть счастливыми. Очень часто я, в минуту усталости или тяжких раздумий, обращаюсь к вашим книгам. Они возвращают мне душевное равновесие.