Чтение онлайн

– Зачем мы ждем тут своей смерти?
– Спросил Рольг.
– Не лучше ли погибнуть в славной битве, унеся с собой побольше врагов? Давай выйдем из кустов и дадим славный бой, пусть запомнят нас черные колдуны!

– Погибнуть со славой всегда хорошо, -ответил на это Верный Ло.
– Но ещё лучше, если с собой унесем мы не только рабов черных колдунов, но ещё и их самих. Я думаю, что знаю, как можно разбить статую! Надо вонзить в её единственный черный глаз острое трехгранное копье, отравленное порченой кровью! Порченая кровь быстро умирает, статуе понадобиться много крови, больше, чем можно получить от своих рабов, и они передохнут!

– Мы подойдем к ней и пусть пьет нашу кровь! И нападем на нее! Не получиться, так хоть умрем с честью.
– Согласился с ним Рольг Быстрая Рука.
– А ещё я спрячу кинжал, как учил меня отец, и постараюсь выколоть ей синий глаз!

– Быть по сему!
– Так сказал Верный Ло. Он набрал особых травок, сварил их на костре, поминая Скади, и они вдвоем выпили страшный яд, а потом пошли обратно в город. Рабы Черной Статуи были схватили их, насмехаясь, били и издевались.

– Отнесем их к нашему господину!
– Кричали они.

А статуя уже шевелила своими щупальцами, и глядела на храбрецов единственным огненным глазом…

Лана у меня за спиной порывисто вздохнула.

– …вонзились в голову Верного Ло. Сердце смельчака не вынесло, и он умер, а сияние над головой статуи стало ярче.

– Теперь твоя очередь!
– Засмеялись лишенные души. Рольг Быстрая Рука собрал последние силы и вонзил свой кинжал в красный глаз, так быстро, что никто не сумел остановить его.

Закричала статуя нечеловеческим голосом, закричали её рабы, ибо они ощущали всю её боль и страх, и пали замертво на землю. Выхватил тогда Рольг свой верный меч, и разрубил шипастую корону, и рассыпалась статуя черной пылью, и все её рабы превратились в камень. А последним умер храбрый воин Рольг Быстрая Рука, ибо слишком тяжелы были его раны.

Все молчали.

– Впрочем, есть и другое окончание этой истории.
– Добавила Ирина.
– Что у Рольга было три корабля, и которых разметало бурей, и что другой корабль причалил к берегу позже. Рольг и Верный Ло нашли своих собратьев прежде рабов Черной Статуи и рассказали про опасность этого места. Дружинники похватали оружие, пошли в город, убили всех одурманенных и разбили Черную Статую на тысячи маленьких кусочков. Тогда город и рухнул, а те, кто его населял, либо погибли в развалинах, либо ушли.

Все молчали.

– Ого, серьезная история.
– Сказал я.

– Это ещё не всё!
– Таинственным шепотом сказала Ирина.
– Ходят слухи, что дружинники Рольга не нашли в городе Черной Статуи, а перебили только её рабов. И где-то ходит сейчас ходит она по миру, ищет, в кого бы вонзить свой черный шип! А те, в кого она его вонзит, станут её новыми рабами… И будут всю жизнь видеть цветные сны! А наяву будут заросшие, грязные и голодные, как последний нищий на Рынке… Ап!

Ирина сделала быстрое движение в сторону Вихора.

– Ой!
– Сказал ущипнутый за руку Вихор.
– Иринк, так же нельзя…

– Тихо!

Мне показалось, что я услышал что-то постороннее. Чуть-чуть, на грани слышимости, но что-то я такое услышал. Может, кто-то в коридоре смеется? Или шаги, тяжелые шаги человека, привыкшего носить доспехи?

Может, это барон Шорк? Или Черная Статуя шагает по коридору?

– Тихо… -Поднял я палец. Кто-то разговаривал… Отчетливо слышно, кто-то разговаривает.

Выйти из двери не проблема была, гораздо большая проблема была в том, чтобы открыть её без скрипа.

А потом я сделал несколько шагов, и оказался у угла коридора, сел на корточки, выглянул снизу.

Голоса-то знакомые показались. Понятно почему. Вот этот рыцарь - это мой новый граф Виктор, а вторая… А вторая это маркиза Нина. Оба сейчас остановились на углу, около ящика с песком, в руках Виктора керосинка, которую он заботливо притушил. Света достаточно было.

Эх-эх-эх, где же все эти самосветящиеся мхи, магические светильники и все такое-то прочее, что должно быть в средневековом мире-то просто так, а? Я у Мишки в фэнтези читал, так там через книжку то одно, то другое. А на деле пока не было керосинок и пока я сюда фонарики не притащил, то жгли масленки, свечи да факелы. Да ещё и жаровни эти дурацкие тоже жгли, от которых дыма больше, чем тепла.

Меж тем события развивались.

Виктор приобнял Нину за плечи. Та высвободиться не пыталась, стояла камнем, как и не было ничего. Словно к стене прислонилась.

– Значит, ты теперь граф?
– Как-то пренебрежительно-шутливо спросила Нина.

Виктор опустил руки.

– Да.
– Голос его звучал глухо, хотя твердо.

– Эх, Виктор. А что же Его Величество, не дал тебе земли да крестьян? На что же ты будешь подобающе жить?

– Не дал так и не надо!
– Запальчиво возразил Виктор.
– Я найду где взять земли… Нина, не о том речь. Я… Я тебя люблю.

– Какой раз ты говоришь мне это, Виктор.

– И который раз ты говоришь, что мы не равны. Я уже не мелкий рыцарь… Я граф Виктор! Я стал к тебе ближе.

Глупый. Если бы ты только знал, как же ты от неё стал дальше.

А события меж тем развивались. Виктор решил перейти к решительным действиям, обнял Нину чуть больше, и получил такой же облом. Нина стояла как каменная и смотрела на него с усмешкой.

Так… Поцелуй будет, нет?

Поцелуй был, но Нина продолжала стоять как каменная, смотреть на Виктора смешливым взглядом.

Нда, облом.

Что дальше?

Виктор чуть отступил на шаг, и спросил с мукой в голосе.

– Маркиза, почему вы так со мной?

– Граф… Нас могут увидеть!

– Так… Тут… Я могу пригласить вас, маркиза, к себе?

– О, граф, это так неожиданно, но правила приличия… Вы бы не проводили меня до моего особняка. Мой отец будет беспокоиться…

Донесся вздох Виктора.

– Конечно же, маркиза!

Я с трудом удержал проклятие. Так, кажется, мы тут явно лишние. Если сейчас они сюда повернут, то…

Обошлось, двинулись они в противоположную от нас сторону. Шаги затихли вдали.

Я включил фонарик, поглядел на удивленные лица Вихора и Ирины, на спокойное, даже в чем-то равнодушное лицо Ланы.

– Так, ростики. Мы ничего не слышали, понятно? И забыли вот прямо всё.

– Ясно дело.
– Серьезно кивнул Вихор.

Глава 30

– Подмели мы практически все.
– Доложился мне Ждан.
– Больше железной руды нет. Ближайшая будет через три седмицы, я договорился.