Чужая Л
Шрифт:
По мере просмотра лицо отца, строгое и сосредоточенное, стало напоминать бесстрастную маску.
Он несколько раз останавливал запись, пересматривал некоторые сцены, шевелил пальцами, кастуя выжимку рапорта о чрезвычайном происшествии. О всех делах, связанных с высшей знатью, дознавательный комитет в обязательном порядке извещал короля.
Когда отец дошёл до сцены первой ночи Эланы, Крис отвернулся к окну, чтобы унять в себе желание убить Нэйго немедленно, с той особой жестокостью, которая позволит мерзавцу прочувствовать на собственной шкуре то, что он сотворил с неопытной юной девочкой.
Сцена закончилась, и отец сухо спросил:
– Ты уже нашёл свидетелей?
– Одного, - подтвердил Крис.
– Второго друга Нэйго Фелида нет в городе. Как видно, сбежал сразу, как только Элана пропала. Понял, что запахло жареным.
– Объяви его в розыск, - деловито сказал отец.
– Это тот, кто был особо активным?
– Нет, этот своё получит. Я записал на сферу слепок с его памяти.
– Прекрасно, - кивнул отец.
– Давай смотреть дальше. Я должен знать всё, что у нас есть по этому делу.
Они досмотрели воспоминания Эланы и перешли к свидетельским мнемозаписям.
Отец внимательно просмотрел показания арги Флеманс.
– Да, - согласился он.
– Арг Фелид явно был заинтересован в том, чтобы служанка осталась в отдалении и не могла свидетельствовать против него. Заклинание грани не дало ей войти на площадку вместе с Эланой, а позже он применил...
– дознаватель вернулся на несколько секунд назад.
– Кринесто!
Кристер даже привстал, коря себя за то, что не заметил того, что легко обнаружил отец.
– Он что, просто вытолкнул её со смотровой площадки? Где были мои глаза?
– Да, - кивнул отец и чуть улыбнулся, потому что заметил, как расстроился сын.
– У меня просто больше опыта. Но работа, которую ты проделал, достойна уважения. Из тебя выйдет хороший дознаватель. Что ещё у нас осталось?
Кристер пустил запись со сферы Герьюта.
Отец хмурился, изучая запись так внимательно, что Крис заволновался, не пропустил ли он ещё чего-то важного.
– Что ж, здесь всё не так однозначно, и этого так называемого свидетеля могли бы оправдать, учитывая, сколько он выпил. Но встреча с Эланой в ювелирном всё расставила на свои места.
Герьют-младший также циничен, как Нэйго. Сегодня же дам задание физиономисту. Он считает все эмоции и докажет, что Герьют не испытывает ни малейшего сожаления о случившемся не без его участия. Более того - все эти переглядывания и ухмылки оскорбляют женщину не менее слов.
Запись со сферы Герьюта пустим сразу после показаний Эланы. Может, это пригасит рвение некоторых членов Совета, которые стремятся непременно доказать, что в большинстве случаев расторжения контракта линтина виновата сама.
– Да, на этом будут настаивать и сам Нэйго, и его служанка, по совместительству любовница, -
подтвердил Кристер.
– К официальному рапорту приложены её показания.
– Ты уже побывал у неё?
– Нет, у меня осталась она, второй друг линта Нэйго и сами Фелиды - линт и его отец.
– Если всё так, как ты рассказал, Фелид-старший виновен не меньше сына. Их мнемослепок лучше снять прямо на суде, в таком случае у них не будет возможности забросать короля жалобами на выдуманные нарушения в дознании. Полагаю, что тянуть дольше не стоит. Как только все свидетели дадут показания, я выступлю с требованием провести внеочередное заседание Совета.
Кристер быстро взглянул на отца.
– Я хотел бы сам вести это дело, - предупредил он.
– Ты не можешь это делать, пока не пройдёшь квалификационный экзамен. Ты успел бы сделать это в нормальном режиме, но суд столько ждать не может. Дело буду вести я, -непререкаемо сказал отец.
Кристер в волнении поднялся. Не то, чтобы он не верил в профессионализм отца, но это дело было его личным делом! Вернуть честное имя любимой девушке, наказать тех, кто едва не сломал жизнь Эланы - он должен был сделать это сам!
Отцу не нужно было читать его мысли, чтобы понять, о чём думает Крис. Но и Кристер хорошо знал своего отца, потому, остановившись у окна, спросил:
– Это ведь не единственная причина?
– Нет, - согласно кивнул королевский дознаватель арг Таурлин, и встал рядом, глядя на экипажи, проезжающие по улице.
– Дознаватель не должен быть пристрастным, сын, - тихо сказал он.
– Я
чувствую твою ярость. Она не нужна, Кристер. Вина линта Нэйго сама притянет наказание. Наш долг собрать доказательства, и сделать всё необходимое для того, чтобы решение людей не разошлось с заповедями богов.
Кристер не ответил. Он знал, что отец сделает всё, и даже больше для торжества справедливости, но как же трудно было это принять!
– Скажи мне, Крис, - также негромко спросил отец.
– Твоё неожиданное решение стать дознавателем связано с возможностью лично контролировать это дело?
Кристофер взглянул на него, но заговорил не сразу.
– Не только, отец. Наверное, то, что случилось с Эланой, явилось катализатором, -признался он прежде всего самому себе.
– Я и раньше пользовался родовой магией, чтобы быстро добывать необходимую информацию. За некоторые методы мне стыдно до сих пор.
Я не совершал преступления, но и не сознавал, сколь опасен мой дар.
Отец задумчиво кивнул.
– Хорошо, что ты понял это, пока ещё не совершил непоправимое. Вседозволенность часто рождает иллюзию, что ты неуязвим.
Крис кивнул.
– Ты прав, отец. Возьми сферы, пусть они хранятся в сейфах дознавательного комитета.
Так будет надёжнее на тот случай, если кому-то захочется проломить мне голову, как Летте, служанке Эланы.
– А что со второй служанкой? Пойдёшь к ней сегодня?
– Пойду, - кивнул Кристер.
– Давно пора побеседовать с этой продажной девицей.
– Будь осторожнее, - предостерёг отец. — Эта женщина хитрее, чем может показаться.
– Думаю после беседы немного подкорректировать её память, чтобы не разболтала обо всём
Нэйго, - сказал Кристер.
– С такими людьми нельзя играть по правилам.
– В случае с Арабеллой это оправдано, - вынужден был согласиться отец.
– Но лучше возьми артефакт. Если защита Нэйго потребует проверки свидетелей перед судом, ментальное воздействие легко обнаружат. Артефакт же обладает кратковременным действием, и установить воздействие практически невозможно.