Чтение онлайн

— Прекрасно. Все уладим утром, — решила Роуз.

Мэгги зябко обхватила себя руками и встала, тощая, синяя. Дрожа от холода. Ей действительно следовало бы стать актрисой. Жаль, что такие драматические таланты тратятся на выклянчивание денег, туфель, а иногда и приюта у родственников.

— Со мной все о'кей, — заверила Мэгги. — Постою здесь, пока не рассветет, а потом… — Она шмыгнула носом. Руки и плечи покрылись гусиной кожей. — Потом решу, куда пойти.

— Пойдешь со мной, — отрезала Роуз.

— Я тебе не нужна, — печально вздохнула Мэгги. — Никому не нужна.

— Садись в машину.

Старшая сестра повернулась и зашагала по дорожке, ничуть не удивившись, когда Мэгги, помедлив, двинулась следом. Кое-что в жизни никогда не меняется, например, Мэгги, нуждающаяся в помощи, Мэгги, нуждающаяся в деньгах, Мэгги, просто нуждающаяся.

Всю дорогу до Филадельфии Мэгги молчала. Двадцать минут. Роуз тоже было не до разговоров: она ломала голову, как сделать, чтобы сестра не заметила голого мужчину в ее постели.

— Ляжешь на диване, — прошептала она, едва они вошли в квартиру, и попыталась незаметно убрать с пола костюм Джима.

К сожалению, от Мэгги ничего не ускользало.

— Так-так! — протянула она. — Что тут у нас?

Ее рука нырнула в охапку одежды прижатую к груди Роуз, и секунду спустя показалась снова, торжествующе сжимая бумажник Джима. Роуз попыталась выхватить его, но Мэгги ловко увернулась.

«Начинается», — подумала Роуз.

— Немедленно отдай!

Вместо ответа Мэгги открыла бумажник.

— «Джеймс Р. Денверс, — громко прочитала она. — Сосасти-Хилл-Тауэрс, Филадельфия». Очень мило.

— Ш-ш-ш, — прошипела Роуз, бросив встревоженный взгляд на стену, за которой в настоящее время мирно почивал Джеймс Р. Денверс.

— Тысяча девятьсот шестьдесят четвертый, — стальным голосом продолжала Мэгги. Роуз так и видела, как вращаются шестеренки в ее голове: всякие вычисления, как уже было сказано, были для сестры каторжным трудом.

— Тридцать пять? — спросила она наконец. Роуз все-таки удалось отобрать бумажник.

— Ложись спать, — прошипела она.

Мэгги вытянула майку из груды одежды, валявшейся на тренажере, и ловко стянула платье.

— Не смей ему этого говорить, — предупредила она.

— Какая ты тощая, — вырвалось у Роуз, шокированной видом острых ключиц, казавшихся еще более жалкими по сравнению с нелепо огромными грудями, оплаченными бывшим бойфрендом.

— А ты так и не пользовалась тренажером, который я тебе купила, — парировала Мэгги, натягивая майку и плюхаясь на диван.

Роуз открыла рот, но тут же закрыла снова.

Не надо спорить. Чем скорее заснет, тем лучше.

— Ничего, у тебя бойфренд симпатичный, — одобрила Мэгги и зевнула. — Не принесешь стакан воды с двумя эдвилсами[5]

?

Роуз поморщилась, но принесла таблетки и воду и проследила, как Мэгги принимает лекарство, запивает и, не подумав поблагодарить, спокойно закрывает глаза. Роуз поскорее отвернулась и вошла в спальню. Джим по-прежнему лежал на боку, тихо сопя. Она нежно положила руку ему на плечо.

— Джим…

Он не пошевелился. Может, забраться к нему в постель, накрыться с головой одеялом и забыть обо всех проблемах до утра?

Роуз оглянулась на дверь, посмотрела на Джима и поняла, что не сможет. Не сможет лежать рядом с голым мужчиной, когда за стеной спит сестра. Ее долг был, есть и будет — показывать Мэгги пример, а не валяться чуть ли не в ее присутствии с мужчиной, который все же кто-то вроде босса… нет, так не пойдет. А если он снова захочет секса? Мэгги наверняка начнет подслушивать или, что еще хуже, ввалится в комнату и уставится на них.

И засмеется…

Роуз взяла с кровати еще одно одеяло, подняла с пола подушку, прокралась в гостиную и устроилась в кресле, думая, что во всех анналах истории романтических встреч ни одна ночь до сих пор не заканчивалась подобным образом.

Она вертелась из стороны в сторону, безуспешно пытаясь улечься поудобнее. Ну с какой стати, спрашивается, она уступила Мэгги диван? Та вполне могла бы обойтись и креслом.

И тут послышался голос Мэгги.

— Помнишь Хани Бана[6]

?

Роуз закрыла глаза.

— Помню.

Хани Бан появился весной, когда Роуз было восемь, а Мэгги — шесть. Как-то в четверг Кэролайн, мама Роуз и Мэгги, разбудила их раньше обычного.

— Ш-ш-ш, только не проговоритесь, — прошептала она, поспешно натягивая на дочерей праздничные платьица, а сверху заставила надеть свитера и пальтишки. — Сюрприз! Большой сюрприз!

Они попрощались с отцом, все еще сидевшим за кофе и изучавшим деловой раздел газеты, пробежали мимо кухни — столы были завалены коробками конфет, а в раковине горой громоздилась грязная посуда — и залезли в машину. Но вместо того чтобы повернуть к школьному подъезду, как всегда, Кэролайн поехала дальше.

— Мама, ты пропустила поворот! — окликнула Роуз.

— Никакой школы, детка, — улыбнулась мать не оборачиваясь. — Нас ждет особенный день!

— Ура! — завопила Мэгги, которой тогда досталось заветное переднее сиденье.

— Почему? — удивилась Роуз, не желавшая пропускать школу. Сегодня был библиотечный день, и она собиралась поменять книги.

— Просто случилось что-то очень хорошее, — пояснила мать.

Роуз до сих пор помнила ее лицо: карие глаза сияют, бирюзовый шарф, повязанный на шее, развевается от ветерка. И тут Кэролайн начала говорить, очень быстро, слишком быстро, так, что слова мешались, путались:

— Новые сладости. То есть помадка. Нет, не совсем. Лучше. Просто божественно. Вы когда-нибудь ели такое?

Сестры покачали головами.

— Я читала в «Ньюсуик» о женщине, которая пекла творожные торты, — тараторила Кэролайн, лихо обогнув поворот, но остановившись на светофоре. — Все ее друзья просто бредили этими тортами. Сначала она предложила их в один супермаркет, потом договорилась с оптовым поставщиком, а сейчас ее торты продаются в одиннадцати штатах. Одиннадцати!

Сзади нестройно загудели машины.

— Мама, — напомнила Роуз. — Зеленый свет.

— Ладно, ладно, — отмахнулась Кэролайн, нажимая на педаль газа. — Так вот, вчера вечером я подумала, что если не могу печь творожные торты, то уж с помадкой справлюсь. Моя мать готовила лучшую помадку в мире, с грецкими орехами и суфле, так что я позвонила ей, попросила рецепт и всю ночь не спала, готовила. Пришлось дважды бегать в супермаркет за ингредиентами. Но я справилась.