Чтение онлайн

– Какая?
– спрашивает та.

– Видишь ли, моя бабушка, хочет, что бы....

Время: две минуты спустя.

Место действия: у той же скамейки.

– Но мы так не договаривались!
– с возмущением на лице произносит Юн Ми, - я не могу тратить столько времени на тебя!

– В этом нет моей вины, - раскинув руки в стороны по спинке скамейки и сидя, заложив ногу за ногу, отвечает Чжу Вон, - всё шло по плану и должно было закончится вчера, как мы договаривались. Но возникли непредвиденные обстоятельства о которых ты прекрасно знаешь. Поставленная задача - не выполнена. Все по-прежнему думают, что ты парень, а я гей. Это нужно исправить. Исправить, до моего призыва в армию. Всего три с небольшим месяца.

– Три месяца! Целых три месяца!

– Всего три месяца. Не ты ли только что сказала, что должна мне? Это вот значит как ты относишься к своим словам?

– Но...
– немного теряется Юн Ми, - просто я собиралась найти работу. Мне нужно на что-то жить и оплачивать занятия...

– Я возьму тебя на работу, - закинув голову и смотря в небо, небрежно произносит Чжу Вон.

– Возьмёшь меня на работу?
– очень заинтересованно смотрит на него Юна, - Что за работа?

– Моим секретарём, - всё так же небрежно говорит Чжу Вон, - довольна?

– Секретарём?
– удивлённо переспрашивает Юн Ми.

На лице её растерянность и непонимание. Уловив интонации её голоса, "работодатель" поворачивает к ней голову.

– Чем недовольна?
– спрашивает он, - Что, не так?

– Это же женская работа.

– А ты кто?
– насмешливо фыркает Чжу Вон, - Парень, что ли? Так вошла в роль?

– Ээээ... я имела в виду, что секретарь, эта работа, которую нужно делать очень тщательно. Кропотливо всё записывать, соблюдать везде порядок... Думаю, что это не для меня.

– Ну ты даёшь, - говорит Чжу Вон, - первый раз вижу девушку, которая признаётся, что не способна к порядку. Если уж ты всё раскидываешь и за тобою убирает твоя мама, то хоть вслух об этом не говори. Держи за зубами свой язык. Похоже, он твой главный враг. Поняла?

– Ну...
– начинает было что-то говорить Юн Ми и замолкает.

– Значит так, - окинув жертву оценивающим взглядом, говорит Чжу Вон, - должность - стажёр секретаря-переводчика. Зарплата...

Чжу Вон ещё раз окидывает девушку взглядом.

– ... Восемьсот тысяч вон в месяц. Срок стажировки - три месяца. Обязанности - сопровождение руководителя, то есть меня, в деловых и личных поездках. Вопросы?

– Так ты мне будешь платить?!

– Тшщь!
– презрительно выдыхает сквозь зубы Чжу Вон, - ты что, решила, что я рабовладелец и воспользуюсь твоим долгом, для твоей бесплатной эксплуатации? Как ты вообще ко мне относишься?

– Я согласна!
– заявляет Юн Ми, не став отвечать на последний вопрос.

– Ещё бы ты отказалась!
– фыркает Чжу Вон, - когда ты сможешь приступить к работе? Как ты себя чувствуешь? После вчерашнего, ничего не болит?

– Нет, всё хорошо.

– Ну раз так, тогда, пошли со мной. Составим договор, дома подпишешь. И заодно, заберёшь свою сумку с вещами.

– Мммм...
– задумчиво мычит Юн Ми, - а я дома уже сказала, что на одежду упала банка с краской и она испорчена. Куда теперь её девать?

– Ну ты и врать, - качает головою Чжу Вон, вставая со скамейки, - врёшь, как дышишь. Телефон, ты тоже - в краске утопила? В сумке ведь ещё твой телефон.

– Вот чёрт!
– восклицает Юн Ми.

– Ладно, получишь зарплату - купишь новый, - усмехаясь, говорит Чжу Вон.
– это будет тебе наказание за враньё. Пошли! И с этого момента, прекращай говорить со мною неформально. У нас нет с тобою никаких отношений, я тебя старше и теперь ещё я твой начальник.

– Да, кунчан-ним, - послушно отзывается Юн Ми.

– Да! А как ты мне позвонила? Телефона ведь у тебя не было? Откуда ты взяла мой номер?

– Не знаю, - несколько удивлённо пожимает плечами Юна, которая, похоже, до этого не задумывалась об этом, - запомнила, Чжу Вон-сии.

– Запомнила? Ты так легко запоминаешь большие цифры?

– Не знаю. Наверное, да. Никогда не думала об этом, кунчан-ним.

(чуть позже, в машине)

Сижу в машине, смотрю на дорогу. Чжу Вон везёт меня в офис. Вот уж правда и не знаешь, где найдёшь, где потеряешь! На меня упала работа в восемьсот баксов! Чёрт, это же получается, что я теперь смогу и комп купить и занятия оплатить! Свезло. Даже не ожидал. Правда, ничего бесплатно не бывает. Придётся опять изображать "друга" Чжу Вона, правда уже в женском варианте, ну да ладно. Всего три месяца. За восемьсот баксов в месяц могу и потерпеть. Тем более, что я малость уже "пообтёрся" в этой роли и ничего страшного в ней не вижу. Чжу Вона, Юн Ми, как девушка, не интересует. Нечего себе "такого" не позволяет.

– По вчерашнему...
– говорит Чжу Вон отвлекая меня от моих мыслей, - тот американец... Он был настолько пьян, что не помнит кто и за что его бил. Есть информация, что это дело решили не расследовать. И американцы и наша полиция....

Решили спустить "на тормозах"? Фига себе тут порядочки! Прямо как у нас! А я думал что за границей порядка всё же больше...

– Так что не беспокойся, - продолжает говорить между тем Чжу Вон, чуть-чуть двигая рулём, - никто тебе претензий предъявлять не станет.

– Мне не беспокоится?
– удивляюсь я, - я вообще-то думала, что беспокоится нужно как раз не мне!

Чжу Вон бросает на меня взгляд. Глаза его серьёзны.

– Юн Ми-ян, - говорит он, - не знаю, почему ты об этом не знаешь, но раз так, то придётся объяснить мне. Никогда, слышишь? Никогда не подходи к американским солдатам. Если хочешь - считай их всех насильниками и подонками. Так у тебя не будет проблем. Поняла?

Я кивнул в ответ.

– Они все - "неприкасаемые", - ещё раз глянув на меня, объясняет свои слова Чжу Вон, - что бы они не сделали, судить их будут не тут, где они совершили преступление, а в Америке. А в Америке... там свои законы. Преступления, совершённые её военными за её границами считаются в американском суде незначительными. У нас бы, тот, вчерашний ублюдок, сел бы в тюрьму, а там ему, в худшем случае, штраф назначат выплатить...

Чжу Вон замолчал, следя за дорогой.

Да, помню. Когда изучал японский, я читал их газеты. Так вот, там с периодичным постоянством писали о том, что вот опять, американские солдаты, в очередной раз, изнасиловали очередную школьницу. В конец охреневающие от такого беспредела жители в очередной раз брали в руки вилы и сбившись в толпу, блокировали военную базу, вопрошая у своего правительства - "доколе"? Правительство в очередной раз говорило им, что: "дык, пык, они союзники, япона-мать!" и обещало разобраться. После чего преступника увозили в Америку, толпа "рассасывалась" и всё затихало до следующего раза. До следующих "вил". А наказания для американской военщины, они, да, такие... Специально поинтересовался этим вопросом. Почитал статьи наших журналистов, разбиравших эту тему. Так вот, в Америке, этим горе-воякам, максимум два года за изнасилование несовершеннолетней давали. Причём даже не всегда. В основном - какие-то ихние дисбаты, переводы на новые места службы и прочий "неадекват". Фигня, короче, а не наказание. "Отделались лёгким испугом", как говорится. Ну а чё? Не американцы? Значит люди второго сорта! Пошто наших защитников демократии наказывать за их развлечения? С аборигенов не убудет. Пусть будут благодарны за то, что их защищают...