Чтение онлайн

* * *

Яна очнулась от яркого света, бившего прямо в глаза. Поверхность под ней слегка покачивалась, а лицо обдувал свежий ветерок с ароматами незнакомых растений. Она открыла глаза и увидела улыбающееся лицо эльфа.

– Я так и думал, что ты будешь первой.
– Радостно сообщил он. Меня зовут Жифлинур. Я - ваш временный кормчий.

Яна осмотрелась и обнаружила причину постоянной качки. Они летели над кронами деревьев на грузовой воздушной лодке. Эта посудина была не столь совершенна, как суда королевских эльфов, и имела всего четыре шеста-антенны. Она держалась почти вровень с кронами деревьев, так что казалось, будто она плывет по безбрежному зеленому морю.

Рядом с Яной на корме мирно дремал Яма. Вся передняя часть восьмиметровой лодки представляла собой открытый трюм и была заполнена теми желто-зелеными плодами, которыми угощал их Бувинрат.

Яна потрясла своего спутника за плечо:

– Вставай. Хватит дрыхнуть.

Яма тотчас открыл глаза, как будто только и ждал этой команды. У Яны возникло подозрение, что на самом деле он только притворялся спящим. Впрочем, это могло быть и не так.

– Меня зовут Жифлинур.
– Еще раз представился кормчий.
– Мне поручили научить вас управлять воздушной лодкой.

– Вперед!
– Яна указала Яме рукой на корму.
– На меня тратить время бессмысленно - я все равно не могу использовать всякие магические штуковины.

Как и все воздушные корабли эльфов, эта лодка состояла из плотно сросшихся между собой растений. Их корни находились в специальном отсеке, в питательном растворе, а листья образовывали палубу. Шесты-антенны на самом деле являлись длинными тонкими ветками. Их покрывали не листья, а маленькие нераскрывшиеся почки. Устройство управления лодкой состояло из нескольких побегов-рычагов, которыми задавались высота, скорость и направление движения. Достаточно было только произнести короткое заклинание.

Для Яны все эти волшебные премудрости оставались за пределами понимания, тогда как Яма разобрался с управлением всего за каких-то сорок минут. Правда, вначале он едва не опрокинул лодку, слишком сильно наклонив ее носом вперед. Но с помощью Жифлинура быстро исправил ошибку.

Параллельно с процессом обучения Яма пытался выудить у эльфа какую-нибудь полезную информацию. Яна только поражалась, как ловко он поворачивал разговор к интересующим его темам. К сожалению, знал кормчий немного, поэтому не мог добавить ничего принципиально нового к тому, что и так уже знали люди.

– Я вижу, что ты достаточно молод для эльфа, Жифлинур. Но так хорошо водишь лодку, как будто занимаешься этим не одну тысячу лет.

Кормчий заулыбался:

– Внешность эльфов обманчива. Хотя я и родился уже после того, как Желтую Бусину захватили темные эльфы, произошло это достаточно давно, чтобы я успел набраться опыта.

– И все это время вы прячетесь в лесу?
– Яма достаточно профессионально разыграл смесь удивления и уважения.

– Да.
– Просто ответил эльф.
– А что нам еще остается?

– Ну, например, вы могли бы вступить в армию темных эльфов. Сражаться за короля-Дракона. Завоевать славу, почет и уважение.

Эльф как-то странно посмотрел на Яму:

– Ты это серьезно говоришь?

– Нет, конечно!
– Открытая улыбка успокоила эльфа.
– Но ведь многие именно так и поступили. Эти эльфы не прячутся по лесам. Они стали полноправными гражданами империи короля-Дракона.

– Они - предатели.
– Жифлинур нахмурился.
– Мне стыдно, что на Желтой Бусине нашлись эльфы, которые сейчас воюют в армии короля-Дракона. Они убивают и умирают за чужие интересы.

– Но ведь и ты готов умереть за идеи Бувинрата. Он-то хоть хочет отомстить за эльфов, которые были его друзьями. Но тебе-то это зачем?

– У меня всего два пути. Вступить, как ты сказал, в армию и умереть на чужой Бусине, или сражаться за свою Родину, за свой дом. Король-Дракон не оставил мне другого выбора. Лично я не хочу воевать с королевскими эльфами, которые не сделали мне ничего плохого. Но я буду сражаться с темными эльфами, которые вторглись в мой мир.

Яма повернулся к Яне:

– Вот тебе другая сторона блестящей медали, именуемой "военное государство". Его жители не хотят воевать за своих правителей. Они предпочитают сражаться с государством, отстаивая свои личные интересы, свои дома.

– Это совершенно неправильный вывод!...
– Запротестовала Яна.
– Я же не говорила о жителях оккупированных территорий.

– Какая разница? Любого гражданина в любом государстве можно считать живущим на оккупированной территории.

– Ты противопоставляешь личность и государство?

– Естественно. А ты разве нет?
– Невинно поинтересовался Яма. Люди - это овцы, а государство - пастух. Овцы нужны пастуху для того, чтобы стричь с них шерсть и резать их самих на шашлык. Но вот нужны ли пастухи овцам?

– Пастухи защищают овец от волков...
– Не слишком уверенно произнесла Яна.

– Вот-вот. Это основной постулат государственной пропаганды. Но не все ли равно овце: съест ее волк или зарежет пастух? По крайней мере, от волка можно убежать. Любое государство построено на лжи. Главная ложь - о том, что государство вообще нужно людям.

– Удивительно слышать это от сына главы целой планеты. Усмехнулась Яна.
– Ты - не патриот.

– Я - сам по себе. Поэтому-то я и здесь.
– Ничуть не смущаясь, осветил Яма.
– И я считаю себя патриотом. Просто мы с тобой по-разному понимаем патриотизм. Ты говоришь о верности идеям государственности, а я в первую очередь думаю о народе, о конкретных людях, живущих в этом государстве. Интересы отдельного человека и цели государства, как правило, не совпадают.

– На Земле один умный человек сказал: "Нельзя жить в обществе и быть свободным от общества".

– Очень верная мысль. Только общество и государство - вещи совершенно противоположные. Представь, что ты вернулась к себе на Землю и рассказала о множестве обитаемых миров, о возможности путешествовать по Вселенным и Измерениям. ОБЩЕСТВО назовет тебя героем. А что сделает с тобой ГОСУДАРСТВО? Что сделает пастух с овцой, которая научится летать, или, что еще хуже, будет учить летать других? Овцы разлетятся и пастух умрет от голода. ГОСУДАРСТВО этого никогда не допустит.

Яна стала что-то возбужденно доказывать, но Яма совершенно не слушал ее возражений. Он спокойно обратился к кормчему, как ни в чем не бывало продолжая разговор: