Чтение онлайн

Сложив подушки, я помогла мужу опереться на них, досадуя на его глупое упрямство.

— Рассказывай. Я тебя внимательно слушаю, — потребовал он.

— Ничего не случилось, Мансур! Просто отец… он такой, всегда таким был. И ничего с этим не поделаешь! У каждого свои пороки. У него это — выпивка и вымещение своей злости на мне! Неважно, провоцирую я или нет! Он всегда находил причины для наказания, — чувствуя, как внутри закипает гнев, начала откровенничать я, не в силах больше держать в себе эту обиду. — Что ты хочешь от меня услышать? Что моя семья меня не любит? Так это не секрет! Ты не мог не заметить их отношения ко мне! Да и не только ко мне! Я и мои сестры для них — мусор! Неудавшаяся попытка иметь сыновей! Но если от мусора можно избавиться, то с нами так поступить не было возможности. И это злило их. А когда люди не в себе, они вымещают свою злость на предмете своей злости! — Сама того не желая, я начала выплескивать горечь и разочарование, которые всколыхнул во мне сегодня отец.

— Ангелок, успокойся… — Попытался потянуться ко мне Мансур.

— Думаешь, я не знаю, что ты и остальные говорили обо мне? Дочь нищего пьяницы, продала себя богачу, согласившись на роль жены для приходящего мужа! Но для меня это было спасением, а не компромиссом! Таким людям, как ты, не понять, каково это — бояться звука собственных шагов! Вы только и можете осуждать слабых и смеяться над ними!

— Шехназ! — Прикрикнул он так, что я тут же пришла в себя, не понимая, как могла сорваться. — У меня и в мыслях не было осуждать или смеяться над тобой! Черт возьми, когда я такое говорил?! — Негодующе воскликнул он.

— Может, я и не вспомню твоих точных слов, но их смысл был именно в этом! — Утратив весь свой пыл, печально закончила я.

— Мне жаль, если я по неосторожности сказал такую глупость. Я не могу отвечать за прошлое, но, поверь мне, когда я спрашиваю тебя о семье, то вовсе не для того, чтобы задеть или оскорбить. — Взяв за руку, он притянул меня к себе и продолжал говорить, серьезно глядя мне в глаза. — Я спрашиваю потому, что ты моя жена. И тот, кто оскорбляет тебя, оскорбляет и меня. А я этого не допущу. Я не хочу, чтобы ты общалась с этими людьми. Они не достойны называться семьей. Теперь я и Ася — твоя семья. Люди, которые не уважают и не ценят тебя, не достойны быть частью твоей жизни. Поняла меня?

— Не так-то просто вычеркнуть близких из своей жизни, — горько усмехнулась я. — От того, что кто-то нас не любит, мы не перестаем ждать и надеяться на взаимность.

— Только глупцы способны на такой самообман, — ответил он, отпуская мою руку. Мои последние слова явно пришлись ему не по душе, это было видно по помрачневшему лицу Мансура. — И чем скорее ты поумнеешь, тем счастливее и беззаботнее станет твоя жизнь.

— Пойду готовить ужин, — я направилась к выходу из комнаты, решив проигнорировать его тон.

Я не хотела говорить о своей семье или выслушивать то, о чем и так знаю! Понимала, что не права, но не так-то просто изменить то, что въелось в меня за столько лет. Даже понимая, что лицемерю, не могла согласиться с Мансуром и сказать, что забуду о родителях. Мансур вычеркнул из своей жизни сестру, когда понял, что она из себя представляет. И я была рада, что он это сделал. Но сама была слишком слаба для такого поступка.

— Шах… — Вывел меня из невеселых мыслей детский голосок.

Я почувствовала себя виноватой за то, что совсем не уделила ей внимания, отдавшись переживаниям.

— Иди сюда, сладкая, — усадила я ее за стол. — Поможешь мне приготовить ужин?

— А папа заболел? — Спросила она, посмотрев на меня своими не по-детски умными глазками.

— Ушибся. Но через несколько дней он будет в полном порядке, — попыталась я успокоить девочку. — А сейчас давай-ка приготовим для него вкусный ужин.

— Дяяя! Папа всегда колмит меня вкунястями, когда я падаю! — С энтузиазмом подержала меня Пироженка.

Дав ей несложное задание перебрать рис, я приступила к разделке курицы, решив приготовить ее в сливках и подать с гарниром.

За готовкой я, как всегда, успокоилась, выбросила из головы все плохие мысли, решив сосредоточиться на хороших. Ведь моя жизнь еще никогда не была такой радостной и красочной.

— Поедим вместе с папой, да? — Чмокнула я свое чудо в прелестный носик.

Разложив еду по тарелкам, я понесла поднос в спальню, надеясь, что муж, так же как и я, уже остыл и забыл о нашем разговоре.

— Папотька, ужин готов! — Открыв для меня дверь в спальню, провозгласила Пироженка, вызывая бархатистый смех Мансура, который продолжал сидеть в той же позе, в какой я его оставила.

Вот же упрямец! Судя по тому, что он сидел с телефоном, точно был занят работой.

— Как вкусно пахнет! — Сказал он, когда я подала ему тарелку.

— Решили поужинать вместе с тобой. — Ответила я, поставив поднос на тумбочку. — Хочешь чаю?

— Кофе. — Муж поднял бровь, удивившись моему вопросу, ведь я прекрасно знала, какой напиток он предпочитает.

— Никакого кофе. Чай или сок? Выбирай, — я подвинула пуфик к прикроватной тумбочке и устроила на нем Пироженку.

— Почему это?

— Тебе не нужен кофеин — в твоем состоянии. Крепче будешь спать и хорошо отдохнешь.

— Ты слишком сильно вошла в роль медсестрички, — недовольно проворчал он, пробуя рис.

— Значит, сок, — подытожила я, пытаясь сдержать смешок при виде его недовольной мины.

— Я тебе это припомню. Чувствую, к концу недели соберется целый список, по которому тебе предстоит расплачиваться передо мной.

Посмеиваясь над его словами, я пошла за соком, радуясь тому, что мы вновь вернулись к непринужденному общению.

Вечер прошел идеально. Мы поужинали, потом посмотрели мультики и вместе легли спать, решив, в качестве исключения, не отправлять ребенка в его комнату. К счастью, кровать была огромной и мы с комфортом разместились на ней втроем. Пока я убирала посуду, а потом, готовясь ко сну, принимала душ, отец с дочерью уже заснули, самым умилительным образом прижавшись друг к другу. Я смотрела на них и думала, не в силах поверить своему счастью: неужели это моя семья?

— Ты с ума сошел! Никуда ты не пойдешь! — Прорычала я, загораживая ему выход из дома.

— Уйди с дороги, Ангелок! — Не менее яростно ответил Мансур, пытаясь оттолкнуть меня. И, судя по тому, как он скривился, это резкое движение вызвало болевой спазм в пояснице.

— Да ты даже двинуться не можешь без того, чтобы не почувствовать боли! Как ты собираешься работать? — Попыталась я воззвать к его здравому смыслу.

А ведь утро не предвещало никакой беды! Мы позавтракали все вместе в постели, и, решив не нарушать график ребенка, я отвезла Пироженку в сад. А вернувшись, обнаружила Зазнайку, который решил, что пойти в офис в его состоянии — отличная идея!